Академия магии. Дорогу ведьме! (СИ) - Нема Полина

Бом нахмурился. Но я уже не буду его уговаривать. Нельзя же вечно бегать за другом. Пусть уже решит точно на чьей он стороне.

— Нас больше, — сказал друг и вышел вперед. — Нам плевать на ваши людские разборки, господин ректор. Но если надо будет драться, то каждый из нас будет драться. Мы сюда пришли учиться, получать знания, а не становиться свидетелями уничтожения целой академии. Так что — за Дивину!

Бом вскинул дубину кверху.

— За Дивину! — откликнулись студенты.

— Деус! Угомони свой курс, или это сделаю я! — крикнул ректор.

— Боюсь, что здесь главный не я. Но если вы хоть кого-нибудь пальцем тронете, то я приму меры, — холодно отозвался любимый. — Не забывайте, я знаю, где тьма.

И все затихли, уставившись на Максвелла.

— По правде говоря, многое в мирах крутится и создается благодаря двум противоположным вещам. Если представить себе, что тьма — сила, которая притягивает, то свет — отталкивает, — начал объяснять мужчина. — Но эти две величины взаимодействуя между собой приводят процессы жизнедеятельности в активность. Без одного не будет другого. Даже магия лежит сразу на двух этих поверхностях. Она может идти как и от света так и от тьмы. Причем свет это не всегда что-то яркое, а тьма не всегда чернота. Поясню. Мир драконов раз в полгода превращается в выжженную пустыню. Из-за этого их города с поверхности погружаются под землю, где и продолжают жить. А вот наверху все ослеплено светом. Но с этим светом жить нельзя, он отталкивает тьму. Мир эльфов — самый близкий к тьме, но все еще свет двух солнц попадает к ним, и отталкивает тьму. При этом их земля наиболее плодотворная и жизненная. Столько растений и живности, сколько есть у них — нет ни в одном мире. То есть где-то тьма убивает, где-то дает жизнь.

Все застыли на месте, даже оружие опустили. Максвелл умеет интересно рассказывать.

— Насчет Дивины. Все это — здание, сад и поле — работа тьмы и света. Без них не было бы и здесь ничего. Это те две жизненоважные составляющие, которые дают жизни функционировать. Как вы сами понимаете никаких происшествий, связанных с тьмой в Академии не было. Но при всем при этом, если пошатнуть — то разрушится все. А сейчас закрыты все выходы во все существующие миры.

— Но мы занимаемся боевой магией! — крикнул кто-то.

«Так занимались боевой магией, что аж свет нашли» — подумала я.

— Это стандартные занятия, которые ничем не навредят ни свету ни тьме. В академии есть свои системы защиты. Проблемы могут возникнуть, — Максвелл посмотрел на ректора. — Если кто-то воспользуется людской магией.

Я нахмурилась. А ведь на сдаче боевой магии я пользовалась своими кошмарами. И еще помню тогда, когда была слепая видела какие-то едва заметные всполохи. А потом я применила магию. А потом был дракон. И чет мне кажется, что принц своими когтями расковырял тот свет. Хотя это могло быть и из-за кошмара, что я наслала. И на выступлении был момент, что я начала видеть. Я что свет наружу вытаскиваю?

Ох, как все запутано.

— То есть свет это плохо, а тьма хорошо? — спросил Бом.

— Это ни хорошо и ни плохо — это две величины, которые в любом случае опасны. Но без них ничего не будет работать.

— Эй куда! — раздалось из кустов.

— А где ректор? — послышалось позади.

Там, где стоял ректор, появилась огромная дыра.

Ректор и Аврила исчезли. Вот только никто ничего не слышал. Вот они исчезли. И никто этого не увидел. Все Максвелла заслушались.

— По крайней мере дальше академии, они никуда не денутся, — процедил он.

— Раз cбежали — значит виноваты! — крикнул Бом.

А мы уставились в ту нору, оставшуюся после ректора. Точнее возле самого мужчины никто не стоял. Там, где была Аврила были эльфы, но они не смогли ее удержать, когда та рванула в норму. При всем при этом висела гробовая тишина. Никто в той зоне ничего не слышал. Они даже себя не слышали, не говоря уже о ком-то другом.

— Кто полезет? — спросил Чахноши, всматриваясь в темноту.

— Никто никуда не полезет. Это не яма. Это отверстие тьмы, — сказал Максвелл. — Быстро все отошли отсюда! Кто подлезет, экзамен по истории не сдаст. И по другим предметам тоже.

Я хотела подойти, но любимый лишь кинул в меня очки, а сам присел над дырой.

Я видела, как из нее шла едва заметная дымка.

— Все плохо? — спросила я, видя как забеспокоились студенты.

— Нет, повода для беспокойства, — ответил мужчина.

— Эй, смотрите! — крикнул кто-то неподалеку от дуба. Теперь и там появилась небольшая дыра.

— Леся, свет на стадионе? — спросил Максвелл.

— Да, — я кивнула.

— Быстро все туда!

— Бом и Чахноши. Бего в Академию — у вас есть пять минут, чтобы вывести всех на стадион.

— Иначе что?

— Иначе будет совсем плохо.

— Максвелл, что случилось, — я подошла к нему.

— Ректор призвал тьму, — произнес он. — Академия будет разрушена, если ее не загасить светом. Живее, живее!

Мужчина рыкнул на тролля и орка.

— А нам как людей из академии выводить? — уточнил Бом.

— Всеми способами, — ответил Максвелл.

— То есть и пинками под зад?

Максвелл хмуро посмотрел на него.

— Преподавателям тоже скажите. И библиотекарю, — напомнил он, когда парни скрылись.

— Все к свету! Все на стадион! — пронесся громогласный голос по всей округе.

Максвелл тут же начал сгонять всех на поле. Я помогала ему и даже принцесса помогала, рыча на всех. Видимо, понял, что его так не хило обманули.

— Это всего лишь на сегодня мы принимаем сторону господина Деуса, — важно заметил Вася, когда я уставилась на принцессу. — В связи с небезопасной ситуацией.

А я уж подумала, что у них совесть проснулась.

Все были уже на стадионе, а мне поистине стало страшно.

Я запаниковала, но любимый взял меня за руку и сжал ее.

— не бойся, все будет хорошо. Стой там и никого не выпускай. Задействуешь магию, — он взял ладонями мое лицо и посмотрел в глаза.

— А ты?

— Мне придется найти ректора и компанию. Мелиссы с ними не было. Скорее всего она это сделала.

— Что сделала? Что произошло?

— Лесь, вспышка тьмы. Если я сейчас же не закрою дыры в Академии, то она просто развалится, убив всех. Просто будь со студентами.

— Но тебе понадобится свет! — крикнула я.

— Середина поля? Я не вижу его.

Студенты расселись на трибуне и с опаской смотрели на преподавателя.

— Да, прямо в центре.

— Отлично.

Глава 29

Максвелл вышел на середину и выставил руку. Свет заструился кверху, втекая в нее.

Земля затряслась. И еще. Все покрылось трещинами, и даже деревья накренились.

— Он же уничтожит здесь все.

— Если я не возьму свет, то тьма нас точно убьет. Стены всегда можно заштукатурить, — оторвался Максвелл, а свет вплетался в его руку.

— Мы их будем чинить? — спросил кто-то.

— До каникул две недели, если это никто не починит, то мы просто развалимся в пространстве, — подытожил мужчина. — Еще немного.

Свет в последний раз спульсировал в него, и теперь из того места в небо струилась едва заметная дымка. А я тут же перестала видеть. Надела очки. В руках у Максвелла появилась длинная палка, он больше походил на Гендальфа. Только без бороды. И в жакете, а не в платье. Пришло время спасать мир. Точнее, академию.

— Максвелл, — я поднялась, но мужчина покачал головой.

— Я сам, — сказал он.

И пошел в сторону зданий, откуда уже шли преподаватели и студенты. А позади них Бом и Чахноши. Они остановились и о чем-то переговорили с Максвеллом, а затем двинулись в сторону поля.

— Мы тоже будем сидеть на месте? — спросил Бом, подойдя ко мне. Линуэль кинулась в его объятья, обнимая за шею. — Эй, не души.

— Что в академии? — спросила эльфийка.

— Да так шатнуло, и стены трещинами пошли. Думали, завалится все. Но главное, что успели. Правда, не все пошли. Но Деус сказал — не возвращаться за оставшимися.

— А ректора не видели? — испуганно спросила Линуэль.