Р. Метьюсон - Высокий, Загадочный и Одинокий

– Он милый.

– Он кретин.

– Крис!

– Что? Он такой, – нагло сказал он, – Он вообще заставил нас встать в круг и выражать свои чувства.

Она почувствовала досаду, как только представила Криса и его друзей, тех кого обычно оставляли после уроков в наказание, попавших в такую ситуацию.

– И какие чувства ты выразил?

Крис пожал плечами.

– Я сказал ему, что он кретин.

Медисон захихикала, хотя знала что не должна.

– Я очень рада, что вы так весело проводите время, а моя жизнь закончилась! – сказала Джил с такой драмой в голосе, что Кенди позеленела бы от зависти.

Крис фыркнул.

– Тебе пятнадцать. Ты в средней школе. Заканчивай. Это была не любовь, а страстная влюбленность. У него она закончилась быстрее чем у тебя, и ты не восприняла это нормально. Заканчивай. Прими это и двигайся дальше, и перестань напрашиваться на то, чтобы тебя оставили после уроков вместо меня.

Медисон могла только удивленно покачать головой. Крис был очень умным ребенком с большой долей рассудительности. Если бы только он нашел свое место в жизни, она не сомневалась, что у него все сложилось бы хорошо.

– Я люблю его! – рыдала Джил.

Крис отмахнулся от нее и обратил все свое внимание на Медисон.

– Итак?

– Итак?

– Итак, расскажите мне, что случилось.

Она откинулась на своем стуле.

– Крис, в какой момент мы потеряли с тобой отношение учитель-студент и подружились? – Она указала на себя и него.

Он пожал плечами.

– Вы не даете мне послаблений и не терпите мои оскорбления. Я очень уважаю вас, чтобы обращаться с вами по-другому.

– Приму как комплимент.

– Так и есть. – Он криво ей улыбнулся.

Громкий стук в дверь заставил их обоих закатить глаза.

– Войдите, – громко сказал Крис.

Вошел Ефраим неся подставку с двумя напитками и белую коробку с выпечкой.

– Детектив Уильямс, вы пришли, чтобы произвести арест? – весело спросил Крис.

– А, Крис, знал, что ты будешь здесь.

– Враки.

– Да? – Ефраим вытащил один из напитков из подставки и поставил его перед Крисом.

– Что написано на стаканчике? – спросил он, пододвигая кружку Крису таким образом, чтобы он мог прочитать свое имя, написанное сбоку кружки.

– Будь я проклят. – Он бросил взгляд на Ефраима. – Ты туда плюнул?

– Ага.

Крис пожал плечами.

– Спасибо за честность. – Он сделал глоток. – Черт, какое хорошее горячее какао.

– Слышал, что оно лучшее.

Другой напиток Ефраим поставил перед Медисон.

– Ты все еще сердишься на меня?

– Ага, – ответил Крис вместо нее.

– Я так и думал. – Он снова повернулся к Крису и поставил перед ним коробку. – Ешь.

– Интересно, что вы нам принесли, – размышлял он. Он откинул крышку и выдохнул, – Вы самый лучший детектив, в мире.

Ефраим дотянулся до коробки и вынул большое вкусное шоколадное толстое печенье и подал его Медисон.

– Мне очень жаль.

Она взяла у него печенье.

– Сейчас не время, я на работе. Мне нужно присматривать за этими детьми.

И он забыл о ее дне рождении!

Она никому не напомнила, хотя она никогда этого и не делала. Ей нравилось, когда ее брат и сестра помнили о собственных днях рождения и делали из этого целое событие.

Крис проговорил с набитым шоколадным брауни ртом:

– Я не возражаю.

Она в раздражении махнула ему рукой.

– Иди и предложи одно Джил.

– Ни за что. Она только что успокоилась. Она съест всю коробку.

– О, а что ты собираешься делать?

Он выглядел оскорбленным.

– Это другое. Я не ем из-за депрессии, я ем из-за голода. Я был в кабинете директора во время ланча, если вы помните.

– И чья в этом вина?

Выражение его лица стало серьезным.

– Это вина мужчины. Он мешает мне развиваться.

Она посмотрела ввысь.

– О, Небеса, помогите нам.

Ефраим подошел и стукнул кулаком о кулак Криса.

– Сделай его, – сказал Ефраим.

– Чертовки правильно.

– Эй, не подначивай его! – рявкнула Медисон.

– Мне не нужно подначивание. Я и сам неплохо справляюсь.

Он жадно поедал другой брауни.

Медисон посмотрела на свое печенье, а затем снова на Криса.

– Почему он получил брауни, а я всего лишь печенье?

– Потому что я люблю его безусловно, а вы заставляете его нервничать, – Крис запихнул остаток брауни в рот.

Ефраим дотянулся и щёлкнул его по макушке.

– Что? – пробурчал он через следующий брауни.

– Дай леди брауни.

Крис, пробубнил что-то еще, но сделал так как ему было сказано. Медисон взяла брауни с ореховым маслом, с которого не спускал глаз Крис. Он обиделся на нее и вернулся на свое место. Сделав большой глоток своего какао, он сказал.

– Прежде чем нас так грубо прервали, вы рассказывали мне почему так сильно сердитесь на детектива Уильямса, – сказал Крис будничным тоном. Джил громче всхлипнула.

– Что с ней? – Ефраим посмотрел назад. Джил все еще всхлипывала себе в руку, разметав рыжие волосы по крышке стола.

– Девочки и мальчики встречаются, думают, что у них любовь, в один день подросток западает на новую девочку в школе с большей кормушкой и собственной машиной, мальчик кидает девочку, девочка опрокидывает содержимое мусорки мальчику, скажем, на голову. – Он пренебрежительно махнул руками. – Типичная драма средней школы, давайте переключимся на хорошую тему. Что ты сделал?

– Что заставляет тебя думать, что я что-то сделал?

Крис хмыкнул.

– Ты – парень. Конечно, это твоя вина. Даже если, когда не твоя, то всё равно твоя вина, поэтому колись.

– Перестань выспрашивать. Он тебе не скажет. – Медисон поерзала на своем стуле. Он даже и не вспомнит.

Крис выжидающе посмотрел на Ефраима. Ефраим поднял руку и ослабил узел галстука и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. Медисон посмотрела на него в предвкушении. Ей нужно было встряхнуться. Она на него сердилась.

Они ссорились шесть дней. Ну, она ссорилась. Он только улыбался и выслушивал ее гневные тирады.

Когда она заканчивала, ему хватало смелости кивнуть и извиниться, каждый божий раз. Он только расстраивался, когда она отказывалась разрешить ему спать в ее кровати, прижимаясь к ее заднице.

Ему хотелось большего судя по тому как он пожирал ее глазами.

Поэтому, она начала игнорировать его. По началу ей это не нравилось. Затем, он только пожимал плечами и игнорировал ее в ответ. А теперь, ему хватило наглости появиться у нее на работе, выглядеть привлекательно и принести вкусное какао и перекус. Черт побери этого мужчину.

– Ну? – напомнил Крис.