Королева терний (ЛП) - Тромбли Стейси

— Нет, — твёрдо возражает Рев. Его руки обвивают меня. — Нет, Кейлин. Ты ошибаешься, и я скажу тебе, в чём.

Я кладу голову ему на грудь, он крепко сжимает меня. Хлюпаю носом, уткнувшись лицом в его окровавленную рубашку.

— Ты уже десять лет живёшь с этим монстром внутри.

Я дрожу. А он такой тёплый…

— Но ты не стала от этого плохой или слабой. Это просто то, что случилось с тобой. И тот факт, что ты, несмотря на всё случившееся — несмотря на то, что ты носишь в своей душе осколок истинной тьмы, — остаёшься такой, какая ты есть, говорит о такой невероятной силе, что я не понимаю, как ты этого не видишь.

Внимательно вслушиваюсь в каждое слово. Мне хочется верить ему. Хочется, чтобы он верил в меня.

— Если бы твои страхи были правдой, Кей, ты бы не стала спасать меня на Испытаниях. Ты бы не стала бежать от славы, в которой твой двор был готов искупать тебя. Ты бы не жертвовала собой ради меня снова и снова. Ты продолжаешь бороться изо всех сил, чтобы сорвать все планы Несущему Ночь. Ты готова была умереть в Выжженных землях. Думаешь, всё это было бы возможно, имей он над тобой хоть крупицу контроля? Если бы его душа имела на тебя влияние, ты бы не была такой эмпатичной, заботливой и удивительной девушкой. Я знаю, что это так, всем своим существом.

Я вся трясусь в коконе объятий Рева. Сильно сжимаю его. С моих губ срывается всхлип.

— Ты, Кейлин из Двора Теней, настолько сильная, настолько невероятная, что даже могущественные древние не могут тебя подчинить. Ты заслуживаешь того, чтобы о тебе слагали легенды, Кейлин.

Из меня вырывается горький смешок сквозь слёзы.

— Я уже почти поверила, — пошутила. — Но тут ты уже немного перегнул палку.

— Это правда, — шепчет он в мои волосы. — Я так сильно тебя обожаю, что не могу даже представить себя с кем-то другим. Ты больше, чем потрясающая, Кейлин. И я не шучу, когда говорю, что горжусь тем, что именно ты моя истинная пара. И тот факт, что судьбой тебе предназначен именно я, придаёт мне уверенности в себе. Если уж судьба считает меня достойным такой поразительной фейри, значит, я определённо стою большего, чем кажется.

Ну всё, теперь я точно не могу сдержаться и плачу.

Кейлин

— Вот твоё финальное испытание, Кейлин из Двора Теней. Если ты согласишься на мои условия, я выступлю на вашей стороне. Сражусь с твоим чудовищем.

Сглатываю и выпрямляюсь, расправляя плечи.

— И какие же условия?

— Мне нужна жертва.

Резко втягиваю воздух.

— Ты предложила мне всё что угодно. Сказала, что тебе неважно, что с тобой будет. Я прошу тебя это доказать. Обещай, что добровольно отдашь мне жизнь, если я уничтожу твоих врагов.

— Нет! — выкрикивает Рев.

Я же просто закрываю глаза. Волна пронзительной грусти накрывает меня, однако следом за ней наступает принятие. Я не злюсь, не боюсь. Единственное, что я чувствую, это… поражение.

— Я согласна.

— Нет! — Рев хватает меня за плечи, разворачивает лицом к себе. — Нет, ты не можешь этого сделать. Я не позволю. Мы найдём другой способ. Если эта сволочь нам не поможет, мы… будем сражаться сами, вместе.

Киваю, глядя на него с ничего выражающим лицом.

— Будем сражаться сами, — шепчу, — и вместе проиграем.

— Нет, — тихо возражает он, его голос надламывается. — Нет, я отказываюсь в это верить.

— Я не могу допустить нашего поражения. Я лучше отдам жизнь здесь и сейчас.

Его дрожащие пальцы держат мой подбородок.

— Нет, Кейлин, пожалуйста, посмотри на меня.

Я поднимаю взгляд, смотрю в его тёмные глаза, из них текут слёзы. Это невыносимо. Я не могу. Не хочу видеть его боль.

Одно я знаю наверняка: я не смогу жить, пока живы эти чудовища. И хотя Рев верит, что можно найти другой способ, я знаю, что другого нет. Это единственный вариант. Если Королю Света нужна жертва, я дам её ему.

Земля вибрирует от рёва. Я отхожу от Рева. Он тянется ко мне, но из-под земли до самого неба вырастает непробиваемая стена света.

— Кейлин! — кричит он с другой стороны. Бьётся о стену. Колотит кулаками с такой силой, что каждый удар отзывается глухим стуком в моей груди. Он орёт, ревёт, умоляет.

Внутренности болезненно скручивает, когда я поворачиваюсь спиной к своему истинному, чтобы отправиться навстречу судьбе. Я годами ждала, что этим всё и кончится. Я легко готова была принять такую судьбу, даже с радостью. Но вряд ли это было бы настоящей жертвой.

А вот сейчас мне больно. Настолько мучительно больно, что трудно пошевелиться. Все мышцы напряжены, бёдра сводит судорогой. Руки. Живот. Эта боль пронзает грудь. Я кричу. Агония охватывает меня целиком. Как будто душа разрывается на части.

— Иди ко мне, — тихо зовёт Король. — Оставь его. Мы выполним твою миссию, и после этого я приму твою жертву.

С закрытыми глазами я поднимаю лицо к небу.

Эта дикая боль разрушает меня изнутри.

Она повсюду. Но в то же время… разум начинает проясняться. Моя боль невыносима, но то, что испытывает Рев… намного хуже. Разве я могу с ним так поступить? Разве это правильно?

Живот снова сводит. Я вспоминаю наше первое задание. Интуиция подсказывала мне, что я делаю что-то не так задолго до того, как я поняла, в чём дело. Интуиция подсказывала, что я причиняю боль тому, кто мне дорог.

И то же самое я ощущаю сейчас.

Это… неправильно.

Делаю глубокий вдох, и мучительные спазмы ослабевают.

Разворачиваюсь обратно к Реву. Я не вижу его через стену света, но всё ещё слышу его крики и удары кулаков по барьеру, который ему не под силу разрушить.

— Только не так, — шепчу я.

Я думала… думала, что всё будет проще, если я дистанцируюсь от тех, кто мне дорог. Что тогда они все будут в безопасности. Но… я слышу эти крики, я чувствую его страдания как свои собственные.

Я подхожу к его тюрьме и кладу руку на стену света.

— Что ты делаешь?

В голосе Короля слышится лёгкое любопытство, но куда сильнее — его раздражение.

— Убери стену, — говорю ему. — Пожалуйста.

— Он не даст тебе сделать то, что нужно, — спокойно отмечает Король. — Неужели ты передумала? Отказываешься выполнять мои условия?

— Нет. Я пожертвую своей жизнью, если таково твоё условие. Но не так. — Сильнее нажимаю ладонью на обжигающую стену. — Опусти стену.

Король театрально вздыхает. В следующее мгновение стена падает, и Рев вместе с ней. Он грохается на колени, вода разбрызгивается в разные стороны. Он весь съёживается, сгорбив плечи. Я опускаюсь рядом с ним и обнимаю его.

— Прости меня, — плачу. — Прости, прости. Я не брошу тебя вот так. Ни за что. Прости, пожалуйста.

На его лице отражается осознание, и он тут же вцепляется в меня, сжимает в крепких объятьях, пальцы впиваются в мою кожу и одежду. Ледяная вода омывает нас. Он поднимается, не выпуская меня из рук. Я обхватываю ногами его талию.

Мы стоим так, вцепившись друг в друга, наверное, целую вечность. Наша последняя вечность вместе. Я глотаю слёзы.

Спустя некоторое время его дыхание выравнивается.

— Что происходит? — шепчет он.

Медлю с ответом. Мои слова причинят ему боль, а я пока не знаю, готова ли закончить эти последние мгновения рядом с ним. Наконец, я всё же набираюсь решимости.

— Я всё ещё намерена обменять свою жизнь на его помощь.

Он весь вздрагивает.

— Нет, пожалуйста, — умоляет он. — Я не могу… просто взять и позволить тебе сделать это.

Напряжённо сглатываю.

— Я почувствовала, что просто отвернуться от тебя и уйти было неправильно. — Отклоняюсь назад, чтобы посмотреть ему в глаза. — Возможно, я должна объяснить тебе, почему я это делаю.

Он снова падает на колени, я сворачиваюсь клубочком, прижимаясь к его груди. С красными от слёз глазами он кивает, готовый выслушать.

— Ради чего нужно перетерпеть боль, Кейлин? — раздаётся в тишине, прерываемой лишь нашим дыханием, шёпот Короля Света.