Королевской поступью - Айлин Лин

Сзади послышались смешки.

– Простите, – Жадовский не унимался, – как тогда графиня проделала вами сказанное?

Он обернулся к длинному, на котором уже лица не было. Тот глядел на толпу, нервно подрагивая, по-моему, даже пара волос из носа выпала.

– Магия, – прохрипел Кляин.

– Ах, магия, – Василий Андреевич улыбнулся, – как я уже сказал, Александра Николаевна – моя ученица. А после занятий мои ученики не то что, кхм, ночные вазы, пёрышко поднять в воздух не способны.

– Подтверждаю, – раздался сзади голос Павла, – а что здесь происходит?

И теперь уже цесаревич слушал сию душераздирающую историю в изложении наставника. Принц крепился как мог, поняла по глазам. Но смешки то и дело вырывались, впрочем, он старательно делал вид, что поперхнулся. Не у одного Павла случился приступ першения в горле. Позади, то тут, то там кряхтели и стонали от смеха зрители. Народу всё прибавлялось. Гуляющие спешили к нам, узнать, что за сборище.

Лицо Кляина стало тоскливым, он шарил глазами по сторонам, словно ища, куда улизнуть от внезапной «славы».

Павел глянул на окна, куда указывал Жадовский. Надо признать, угадали точно.

– Полно, господа, – вмешалась Софья Дмитриевна, – я лично видела Александру Николаевну после занятия. Она шла-то еле-еле. Пришлось даже предложить ей перевести дух в одном из эркеров. А метать горшки, простите, ей точно было не по силам.

– Всё ясно, – цесаревич глянул на Кляина, – вам, судя по всему, показалось. Ошиблись. Как тогда, с дверью. Часто у вас такое? Может прислать лекаря?

– Б-б-благодарю, Ваше Императорское Высочество, – заблеял длинный, – всё в порядке. Я здоров.

– На вашем месте, – ответил принц, – сам бы сходил к врачу. Мало ли…

Позади кто-то хихикал. И тут раздался явно женский голосок: «Посол помойный». Толпа грохнула. Виновницу не нашли. И не старались.

Теодора, пунцовая от стыда, поспешила к себе. За ней вприпрыжку нёсся любитель юных дев. Авдотья только хлопала глазами. Она так жаждала моего наказания и не поняла, как всё это обернулось фарсом.

– Вернёмся и мы во дворец, – кивнула мне Софья Дмитриевна, – с вашего позволения, господа.

Она взяла меня под руку и потащила за собой:

– Рассказывайте.

Я подробно изложила всё, что было ранее. Женщина хохотала так, что по лицу заструились слёзы:

– Василий Андреевич, как всегда, в ударе. Вы не знаете, но когда-то он слыл первым балагуром при дворе. Его шутки до сих пор помнят. И проказы тоже. Не хуже нынешней.

Она остановилась отдышаться:

– Александра, это была первая партия. Я догадываюсь, кто надоумил этого дурака идти жаловаться Теодоре. Сегодня вам просто повезло. Иначе бы уже пускали слюни под магией теурга. Будьте предельно осторожны. И лучше не выходите одна.

– Спасибо за вашу заботу, Софья Дмитриевна.

– С вами не соскучишься, графиня, – подмигнула она мне, – идёмте, провожу вас до комнаты. Со мной вам ничего не грозит.

Добрая женщина довела меня до спальни, на пороге которой мы и распрощались.

Вот так денёк. Вот так наставник! Без него я бы пропала. Однако надо быть готовой к любой неожиданности. Обер-гофмейстерина права, сегодня мне просто повезло.

Глава 31

Я понимала, что история с послом только первая ласточка, а потому приступила к занятиям с утроенной силой, занимаясь день и ночь. Теодора не простила мне унижения и отказалась от меня, как от фрейлины. Я ждала отставку со дня на день. Уехав из дворца, у меня не будет такого наставника, как Василий Андреевич, Веся останется здесь, и доступ к книгам из библиотеки тоже будет закрыт. Потому старалась получить как можно больше новых знаний.

С рассвета, иногда до полуночи, я штудировала магические книги, занималась по записям, изучала ритуалы с Жадовским и волшебство теургов с Весей. Надо сказать иллюзии стали даваться мне неплохо, как и мороки.

Через пару дней после скандальной истории, нас с Василием Петровичем вызвал император.

– Что вы себе позволяете? – Тихим, но суровым голосом вопрошал Михаил Романович, – опозорить на глазах всего двора не только посла Дании, но и Её Высочество!

– В нашу защиту, – возразил Жадовский, – хочу сказать, что именно принцесса Датская стала инициатором расследования, вкупе с господином Кляином. Мы лишь уточнили некоторые детали.

– Так уточнили, что теперь его кроме как помойным послом никак и не называют. Кляин закрылся в своих покоях, и нос боится высунуть наружу. Ну ладно вы, Василий Андреевич, ваши методы мне известны давно. Но вы! Александра Николаевна!

– Её Высочество сама пришла ко мне за объяснениями, – не поднимая глаз, ответила я, – она хотела применить магию теургов, а Василий Андреевич помог разъяснить ситуацию.

– Что? – Император опешил, – магию теургов? Без моего ведома?

– Я подчинённая принцессы, мне не полагается возражать.

– Не тогда, когда грозит опасность вашему разуму и рассудку.

Михаил Романович прошёлся по комнате:

– Её Высочество поступила неосмотрительно, и только поэтому вы оба не будете наказаны. Можете идти к себе.

За спиной императора Софья Дмитриевна шёпотом пересказывала Анне Александровне пикантные подробности, и государыня тихонько хихикала, прикрываясь веером. Не очень серьёзная сложилась обстановка.

Мы с Жадовским вышли из покоев.

– Спасибо вам, Василий Андреевич. Я так и не поблагодарила вас за спасение.

– Не мне следует говорить спасибо, а вашей горничной. Она вовремя разыскала меня. Хорошая девушка.

– Тут я с вами полностью согласна.

– Но мы совершенно бездарно тратим время занятий. Поспешим.

И Жадовский увёл меня в кабинет, мучить изучением заклинаний. Наставник требовал заучивать их наизусть. И я понимала, в случае чего не будет времени читать по листам. Хотя ритуальная магия и не такая удобная, как та же ментальная. Однако, например, артефакт не создаст ни один менталист.

Меня заботил вопрос о защите Вари. С ним я и подступилась к Василию Андреевичу.

– Хм, вы замахнулись на очень сложный ритуал. Боюсь, пока он вам не по силам.

– Я хотела бы знать в теории. Можно создать амулет для человека магией не владеющим?

– Можно. Но ещё сложней. Как вы знаете, артефакт привязывается кровью. И такая связь работает на магических силах хозяина. В случае когда амулет делается для человека без дара, сам артефактор должен завязать его на свою кровь напополам с кровью хозяина. Тогда амулет будет вбирать эфир сам. Это не лучшая защита, как у нас. Однако тоже действенная. Да. В этом случае заклинание меняется. Раз это вас интересует, садитесь, запишем оба ритуала.

Так и проходили мои дни. Утром – Жадовский, вечером – Веся, оказавшаяся учителем ещё более суровым. Она заставляла раз за разом повторять мороки, доводя мои действия до автоматизма.

Ложась спать, я чувствовала