Право на любовь - Екатерина Руслановна Кариди

Адриан кивнул.  

Снова глухое давящее молчание, наконец Лектион спросил, показывая на перстень с драконом на его руке:

- Откуда он у тебя?

- Отец дал, - сказал Адриан. - Незадолго до...

***

Получалось, что отец уже тогда подозревал и все же доверился Максимилиану. А тот воспользовался моментом и отравил братьев. Лектион смотрел на генерала, в его глазах стоял вопрос:

«То есть ты с самого начала знал, что трон твой?»

Да, Адриан знал, но держал это в тайне и оставался в тени.

«Почему?!»

«Потому что я не знал об этом».

Он обернулся взглянуть на постаменты с телами отца и дяди Иктина. В этом деле с самого начала было слишком много непонятного и странного. Потому что они видели отца и дядю мертвыми и видели раны на их телах. Все выглядело так, как будто они в припадке помешательства убили друг друга. А дядя Максимилиан убивался. Потом он рассказывал, что пытался их разнять и просил молчать об этом. С политической точки зрения все выглядело правильно: это могло пошатнуть основы власти, вызвать смуту в империи.

Чтобы сохранить все в тайне, Максимилиан хоронил братьев сам. А гробницу запечатал так, чтобы они не смогли открыть ее своей кровью и не увидели правды.

- Когда ты понял? - спросил Лектион.

Адриан мрачно усмехнулся.

- Храм.

О многом он узнал на допросах, что-то прочел в панических мыслях великого клирика, а после нашел этому подтверждение в мыслях императора.

Однако ничего бы этого не произошло, если бы не одна маленькая служаночка. Яркий огонек, который он почувствовал в толпе, девушка, ставшая для его дракона избранной. Леди Виолетта, дочь Клейтаса из Согдианы, которую так упорно пытались уничтожить Фарьяб и Бактрийский белый храм.

Ради того, чтобы защитить ее, генерал распутал этот клубок.

Теперь правда смотрела на них мертвыми глазами драконов. И эти язвы на их телах, точь в точь такие же, как незаживающая рана на груди у императора.

***

- Пришло время спросить с него за все, - порывисто бросил Лектион.

- Это моя война, брат, - проговорил генерал, коснувшись его плеча.

- Ты что думал, я оставлю тебя одного? Не надейся, - хмыкнул тот. - Мы пойдем туда вместе.

- Что?! - тут же вмешалась Летта. - Какая война? Я иду с вами!

Генерал в один миг оказался рядом и подхватил ее на руки, поднимая так, чтобы их глаза оказались на одном уровне. Чмокнул в нос и сказал:

- Даже не обсуждается.

- Адриан! - попыталась вырваться она.

Но этот драконище опутал ее своей тьмой, окружив их невидимостью, и поцеловал по-настоящему. А потом сказал:

- В этот раз нет никакой опасности, все хорошо. Ты останешься и будешь готовиться стать царицей Бактрии. А я скоро вернусь.

Он целовал ее и гладил костяшками пальцев по щеке.

Ужасно хотелось сбросить его руку и показать, на что она способна на самом деле. Просто Летта в какой-то момент поняла, что должна дать ему этот шанс. Ведь он мужчина, к тому же дракон. У любого мужчины самое уязвимое место - его самолюбие и мужская гордость, а ей стоило представить себе, какого размера самолюбие и гордость у дракона, все становилось яснее ясного. Поэтому она поджала губы и проворчала:

- Хорошо.

При этом думала про себя: если только что-то пойдет не так, она вмешается и разнесет там все к чертям. Он, видимо, понял, о чем она подумала, и рассмеялся. Поцеловал ее снова, а после сбросил невидимость и передал ее с рук на руки Сайласу.

- Что? Мне так и не будет оказано высокое доверие? - глядя на это, ехидно поинтересовался Лектион.

- Обойдешься, - невозмутимо бросил Адриан.

И эти двое направились к выходу.

Летта смотрела на широкую мощную спину Адриана, и ей казалось, что ее сердце уходит вместе с ним.

Глава 19

Они все еще находились там, на площадке перед гробницей, а два дракона уже растворились невидимыми тенями в ночной мгле. Летта только успела заметить, как мелькнули огромные крылья. Даже в этой форме научилась сразу отличать генерала по какому-то внутреннему ощущению, нити, тянувшейся к нему.

«Адриан», - произнесла она мысленно.

В ответ по этой нити неожиданно пришел чрезвычайно довольный мужской смех. О, так он ее еще и подслушивал?! Неисправимый, непрошибаемый драконище! Она тут же оборвала контакт.  

- Пойдемте, леди, - окликнул ее Сайлас. - Я вас отведу в одно...

- Только попробуйте сказать «безопасное место»! - сердито уставилась на него Летта.

Мужчина, кажется, понял, что сейчас огребет. Брови чуть приподнялись, а губы странно дрогнули, как будто он изо всех сил сдерживался, чтобы не расхохотаться. Потом кашлянул и проговорил:

- Что вы, леди, я имел в виду э... - он правой рукой почесал левый висок. - Знакомое место.

- Какое еще знакомое? - Летта напряглась.

- В Согдиану. Предлагаю устроиться на ночлег у вас дома, а завтра навестим тамошний филиал храма. Как вам такой план?

В Согдиане Виолетта не была с того дня, как вырезали всю ее семью, а ей самой, чтобы спастись, пришлось разрушить и выжечь половину дворца. Вернуться туда, увидеть все еще раз? Наверное, там должны были остаться какие-то нетронутые пожаром комнаты. Сердце невольно дрогнуло от нахлынувших воспоминаний. Но Сайлас был прав: если возвращаться, то туда, откуда все началось.

Именно там, в Согдиане, в семье Клейтаса, она и появилась в этом мире, очнувшись в теле смертельно больной девочки. Обрела огненную силу и все эти немыслимые в обычной жизни навыки. Но ведь для чего-то же она в этот мир попала? Ради того, чтобы это выяснить, Летта готова была наведаться в храм и вытрясти душу из клириков.

- Пойдет, - кивнула она.

Потом оглянулась на спеленатого магией бесчувственного Фарьяба.

- А с этим что делать?

Никогда бы не подумала, что будет переживать из-за этого мерзавца. Но бросить его тут не получалось, а тащить с собой этот чемодан без ручки...

- Кхмммм, - Сайлас прокашлялся. - Бывший правитель Бактрии объявлен преступником, и за его поимку назначена награда.

- И? Не  понимаю, к чему вы клоните, уважаемый?

- Ну как же, леди, - тоном терпеливого наставника произнес ее страж. - Мы передадим этого опаснейшего преступника властям. И это будет первый шаг на вашем пути к трону.

Хммм. Сама она такую возможность не рассматривала.    

-