Бесправная наследница - Юлия Александровна Пульс

с места с такой решимостью, что глаза ее полностью заволокло чернотой. Я не знала, что она конкретно задумала сотворить, но мешать расспросами не стала. Уж ей доверяла всецело!

Глава 41

Воздух в хижине загустел, приобретая тягучую, вязкую текстуру. Пламя в очаге взметнулось, словно встревоженное невидимым ветром, отбрасывая пляшущие тени на стены. Нара издавала низкий, нарастающий гул, похожий на пение древнего, забытого ритуала. Ее одежда, прежде простая и незатейливая, словно ожила, ткань вздымалась и опадала, следуя за невидимыми потоками энергии. Чернота в ее глазах распространилась, заполняя лицо женщины, словно густая тушь, растекающаяся по фарфоровой коже. Из глубины этой тьмы прорывались искры – сверкающие, словно звезды, падающие в бездонную черноту космического пространства.

Грата встрепенулась и задрожала, заскулила, забившись в дальний угол. Страх, охвативший животное, был заразен, но я пыталась сохранять спокойствие, в душе сражаясь с собственным ужасом. В конце концов, я тоже чувствовала давление невидимой силы, наполнявшей пространство густым, тяжелым воздухом, сдавливающим грудную клетку.

Наконец, гул прекратился и Нара медленно повернула голову ко мне. Женщина будто помолодела, чернота испарилась. Ее лицо стало бледным, но в глазах пылал непоколебимый огонь силы. Вокруг экономки висел тонкий туман, искрящийся серым светом. Он пульсировал, дышал, словно живой организм, защищая ее, как невидимый глазу врага кокон.

Пора бы привыкнуть к магическим причудам этого мира, но я никак не могла скрыть истинного восторга.

– Обалдеть! Что это было?

– В случае опасности у нас будет верный защитник-страж, – бросила она взгляд на Грату. – Хижина теперь ловушка для врагов, – она взмахнула рукой и сизый туман устремился к полуволчице. Окутал рычащее и скалящееся животное. – Если они попытаются прорваться внутрь, – продолжила Нара с коварной улыбкой на устах, – то собака превратится в чудовище, от укуса которого нападающие попадут в иллюзию. В мир самых худших кошмаров. Врагу придется сражаться с самим собой, а это сводит с ума, – рассмеялась Нара, чем и у меня вызвала ответную улыбку.

Я понятия не имела, что эта чувствительная и добрая женщина способна сотворить магию, сотканную из страшных иллюзий. Перевернуть сущность черной силы и направить ее на защиту. Для выживания. Это было нечто невероятное, нечто, что заставило меня с уважением и неким священным трепетом взирать на экономку.

– А как долго это… это чудовище сможет поддерживать иллюзию? – спросил я, на секунду представив, что на нас нападает целое полчище наемных бандитов с холодным оружием.

Грата, окутанная сизым туманом, продолжала рычать, но теперь ее рычание звучало глуше, словно из-за толстого слоя ваты. Глаза светились неестественным, холодным, потусторонним светом.

Нара опустила руку, туман начал рассеиваться, показывая очертания полуволчицы, которая теперь выглядела еще более угрожающе. Ее шерсть встала дыбом, а клыки казались длиннее и острее.

– Долго, – ответила Нара, медленно подходя к очагу, чтобы подкинуть пару дровишек. Пламя весело затрещало, отбрасывая пляшущие тени на стены хижины. – У меня достаточно энергии, чтобы подпитывать проводника черной силой, – кивнула она на преобразившуюся Грату. – А это… – она задумалась, постукивая пальцем по подбородку, – достаточно надолго, чтобы отбить желание атаковать даже самую отчаянную банду разбойников. Я усилила заклинание, добавив в него немного… – она замялась, – личного опыта. Бывают такие кошмары, от которых просыпаешься в холодном поту, и еще долго не можешь прийти в себя. Вот такие я и "подарила" Грате для наших врагов, – и тут я вспомнила ту страшную историю насилия из ее прошлого, после которой в этой женщине и зародилась черная сила. Она пережила жуткий опыт, который действительно может свети с ума.

– А как это работает? – не удержалась я от вопроса. Разговоры отвлекали меня от боли и позволяли немного переключиться от того, что происходит с моим телом. – Это какая-то специфическая ветвь магии? Ты же знаешь, я еще не разбираюсь в подобном. Ваш мир для меня все так же непонятен.

Нара улыбнулась, показывая ровные, белые зубы.

– К счастью, детонька, что тебе никогда не придется понять сущность черной магии, – подошла она к топчану и аккуратно присела на край, взяла меня за руку и с тяжестью вздохнула. – Традиционные заклятия, подкрепленные черной энергией – гремучая смесь. Потому эта магия и под запретом. С ее помощью можно натворить много бед. А так же причинить зло самой себе. Поэтому я и выбрала Грату проводником. Ее природная агрессия и инстинкты усиливают эффект. А если нападающий применит магию, откат пойдет не в меня и не в тебя.

– Будем надеяться, что переживем эту ночь и дождемся помощи. Как только я встану на ноги… – запнулась, чувствуя новый прилив боли и слабости.

Нара погладила меня по плечу и поднялась с места. Подошла к окну, отодвинула дряхлую шторку и вгляделась в темный лес. Ветер завыл, путаясь в кронах деревьев, словно напоминая о возможной опасности. Ее лицо, освещенное мерцающим светом луны, проникавшим сквозь щели в старых рамах, казалось застывшей маской тревоги.

Ветер усиливался, его вой превратился в неистовый рев, заставляя дрожать стекла в окнах. Дом стонал под напором надвигающейся стихии, словно живое существо, предчувствующее беду. И вот обрушился ливень, злобно барабаня крупными каплями по крыше хижины.

– Грата, – позвала я защитницу и собака покорно подошла, забралась на топчан и легла в моих ногах.

Как-то спокойнее сразу стало. Я закрыла глаза и погрузилась в глубокий сон…

      Не знаю, сколько времени спала, но когда очнулась, показалось, что лишь минуту назад закрыла глаза. Хотя настенные часы говорили об обратном. Через час уже рассвет. Я хотела было позвать прикорнувшую на стуле Нару, чтобы дала мне попить воды, как внезапно дом содрогнулся от сильного удара, будто на крышу свалился ствол дерева.

Стекла в окнах треснули, пропуская в комнату холодный ночной воздух и резкий запах сырости.

Нара быстро вскочила на ноги, схватив с пола длинный, остро заточенный нож. Грата, которая до этого лежала свернувшись клубочком в моих ногах, взвизгнув, бросилась к окну, ее шерсть встала дыбом. Рычание было низким, гортанным и грозным, полным неукротимой ярости.

Я на миг зажмурилась, ожидая неизбежного. По голосам, что доносились с улицы, не трудно было догадаться, кто явился этой ночью по мою душу, дабы завершить начатое в поместье.

Нара прижалась к стене за дверью, выставив нож острием вперед. Воздух наэлектризовался, наполнился невидимой энергией. Я могла чувствовать, как каждый мой нерв напряжен до предела. В тишине, прерываемой лишь воем ветра и рычанием Граты, я прислушивалась к молчанию, ожидая нового удара, нового знака надвигающейся беды.

– Это конец, самозванка! Если сейчас сдашься, никто не пострадает! –