Хит сезона - Мира Форст

− Скажите, что надо. Я раздобуду любое лекарство, − готов был бежать Валентин сию секунду в аптеку.

− Мне надо кое-что проверить. Надеюсь, я ошибаюсь, − достал доктор из своего сундука прибор-считыватель.

− Только не скрывайте от меня ничего, − попросила Нани врача.

Мужчина кивнул и подсоединил к животу, шее, голове кудесницы трубки-присоски и включил аппарат.

Несколько лет назад Нани читала в новостном Вестнике о появлении такого аппарата. Его изобрел студент Академии медиков. Почему-то изобретение не попало в рубрику «Хит сезона», а ведь какая полезная вещь.

− Я слышал, считыватель был усовершенствован, – как будто прочел ее мысли Кряж.

− Да, − подтвердил врач. – Тот, что изобрел студент, имел недочеты и не давал точных показателей. В прошлом году аппарат удалось довести до ума, что существенно облегчило задачу постановки диагнозов.

Он замолчал и сосредоточился на графиках, которые стали появляться и пульсировать на считывателе.

Валентин смотрел на графики, но ничего не понимал в них. Теон и Анатоль напряженно ждали.

Нани лежала с закрытыми глазами, ее мутило, она уже не могла притворяться, что с ней все в порядке.

− Что показывает считыватель? – не выдержал Фош.

Доктор не ответил. Аккуратно отлепил от тела Нани все присоски, протер их и вместе с прибором убрал в медицинский сундук.

− У девушки есть марки? – неожиданно спросил он.

− Что?! Нет! – нервно дернул воротник своей рубашки Валентин. – То есть, марки у Нани есть. Но вы же не хотите сказать…

− К сожалению, именно это я и говорю. Девушка умирает. Сутки – это самое большее, сколько она еще протянет. Если отравление случилось без умысла, каждая марка жизни будет дарить ей дополнительный год. Если же девочку травили сознательно… Мне жаль.

− Отравили? – изумленно выдохнул Анатоль.

− Нани, родная, ты ела что-нибудь в том подземелье? – опустился Фош на колени возле ее кровати.

У мужчины бешено колотилось сердце, впервые в жизни он не мог мыслить связно. Он не верил, что такое вообще возможно, не верил в то, что его Нани может умереть.

− Не ела. Только воду пила, − слабо сказала кудесница. Силы ее таяли, она бы поплакала, но внутри нее все как-то замораживалось, твердело, слова давались с трудом.

− Через воду могли отравить, − подтвердил доктор такую возможность.

− А кроме воды? – резко спросил Теон. Он вообще выглядел невменяемым. Сжимал кулаки и ни секунды не стоял на месте.

− Внутренние органы девушки выглядят так, как будто она надышалась отравой.

− Надышалась? – хриплым голосом переспросил Фош.

− Данный вариант видится мне наиболее вероятным, − кивнул доктор. – Понимаете, попади отрава с пищей или водой, Нани умерла бы в тот же день. Но в ее случае процесс атрофии органов жизнедеятельности происходит постепенно. Так бывает, когда яд проникает через дыхательные пути.

− А что, противоядия нет? – спросил Анатоль.

Все с надеждой уставились на эскулапа.

− Считыватель указал на очаг, куда яд проник первым делом. Надежды не было никакой с самого начала.

− Как же понять, отравили Нани, или это была случайность? – с жалостью смотрел Анатоль на свою подругу.

− В заброшенной Провинции мы видели деревья с белой коростой. Их стволы и корни давно высохли. На одном мы даже сидели, − пришла Валентину догадка, откуда мог взяться яд.

− Ты еще обратил внимание, что дерево странно пахнет, − попыталась улыбнуться Нани.

− Так в этом дело, да? – стал догадываться и Анатоль. – Не зря в той Провинции никто не селится. Отрава, которую теурги бросили в колодец, попала и в землю. От нее и деревья погибли, а яд в коросте остался.

− Валентин, но в этом случае ты тоже должен был отравиться, − заметил Кряж (следователь по делам коррупции не знал о второй сущности своего друга). – Вы же вместе там были и сидели на том дереве.

− Не обязательно, − объяснил доктор, − все зависело от направления ветра и расположения ядовитой коросты, ее близости к человеку.

− Зачем ты ее потащил туда? – набросился с упреками Кряж на Валентина. – Съездил бы сам, один. И с ней все было бы в порядке!

− Думаешь, я уже не подумал об этом? – злился Фош. Он корил себя за свой эгоизм. Именно его желание постоянно находиться рядом с девушкой привело к такому плачевному исходу.

− Ты виноват! – не успокаивался Кряж.

− Теон, не надо, − попросила Нани. – Я сама хотела посмотреть на заброшенную Провинцию.

− Думаю, вам всем надо успокоиться, − взял на себя миротворческую миссию доктор. – Исходя из ваших слов, можно надеяться, что мы имеем дело не со спланированным отравлением.

Нани скрутила судорога, Валентин прижал ее к себе, стал целовать, шептать ласковые слова.

− Пожалуй, не помешают обезболивающие. Будет немного полегче, − решил врач и отдал главному королевскому следователю упаковку с нужными таблетками.

− Я остаюсь в твоем доме, − твердо сказал Теон.

− И я, − не мог в такую минуту оставить кудесницу Анатоль. – Можно только воспользуюсь вашей радиобудкой? Надо отца предупредить, как бы он со своими экспедициями в заброшенную Провинцию на эти деревья с коростой не наткнулся.

Валентин неопределенно кивнул. Ему было все равно. Он обнимал свою любимую и ничего не замечал вокруг.

Нани Лавуан умерла ночью.

Глава 14. Ошибочное мнение

Это так странно, знать, что ты вот-вот умрешь и не знать – вернешься или это твои последние минуты.

Таблетки, оставленные доктором, помогли, смягчили болевую агонию.

Теон и Анатоль уснули в креслах. У Анатоля упала книга на пол, а Теон сильно запрокинул голову и спал в неудобной позе, в такой, после которой обычно больно вертеть шеей.

Валентин все последние часы ее жизни лежал рядом, обнимал, рассказывал о том, как жил до встречи с ней и о том, как заболел ею, когда увидел. Он никогда так много не говорил, как в эти часы. А Нани слушала и смотрела в любимые глаза.

Какое же это везенье – найти свою истинную пару. Несмотря на то, что с ней сейчас происходило, Нани была счастлива.

Ее сознание уловило наступление крайнего мига, сердце только что стучало, и вот делает последний удар.

− Люблю тебя, − прошептала она, глядя в полные муки глаза обожаемого следователя.

Валентин