Право любить (СИ) - Риз Лаванда

— Они ведь преследуют тебя, верно, и это как-то связано с тем местом и временем, когда ты исчезала? Им же нужна ты, Софи?

— Именно, но на Бали сейчас всем опасно оставаться, здесь что-то произойдет! Если бы только мы могли предупредить людей! Но они не дадут мне это сделать. А! — я зарычала от досады и беспомощности. — Что ты задумала Кэм?

— Ты покупаешь билеты, я беру на себя преследователей. Если у меня это плохо получиться — ты улетаешь одна! Ясно?

— Я тебя не брошу! Мы улетим вместе! — заскрипев зубами, выдавила я. «Они не отберут у меня еще одного друга!»

Бросив такси, мы как сумасшедшие рванули к кассам! Я уже слышала, как завизжала тормозами остановившаяся следом за нами машина, и погоня возобновилась топотом бегущих ног.

— Простите, ради бога, пропустите! Экстренная ситуация! — расталкивала я возмущенную очередь, протискиваясь к кассе. Камила отстала, направившись к полицейским.

— Мне очень нужно, это вопрос жизни и смерти! Да успеете вы купить свой билет! — вытолкала я, пожилого мужчину. — Девушка, два билета срочно! На какой рейс уже объявлена посадка? Сидней? Отлично, давайте скорее! Я ещё успеваю? Быстрее, ну же! — торопила я кассира, проверяющую паспорта, и одновременно обеспокоено, поглядывая в сторону Камилы, которая энергично тыкала пальцами в приближающихся громил, воинов светлой стороны. Полицейские тут же преградили им путь, и как только Камила увидела у меня на руках билеты, она громко и разыграно, с вдохновленной панической истерикой завопила на весь зал, указывая на этих двух:

— У них бомба! Осторожнее, эти двое обвязаны взрывчаткой! Это террористы! Они хотят подорвать здание аэропорта! Смотрите! Смотрите! Спасайтесь, уводите детей!

Отвратительное зрелище, но, по крайней мере, у неё получилось. Началась невообразимая суматоха, крики полицейских, давка, люди стали метаться, сбиваясь в панике, а мы с Камилой ринулись к контрольно-пропускному пункту, бросая на стойку паспорта и билеты. Из-за образовавшегося хаоса нас там особо не задержали, пропустили не глядя.

Как только мы уселись в кресла, самолёт покатил по взлётной полосе.

— Мы успели! Мы смогли! — еле слышно, облегченно выдохнула я.

— А куда мы хоть летим то? — отдышавшись, выдавила Камила.

— В Австралию! Там сейчас тоже …тепло.

— А что потом?

— А уже оттуда вылетим в Америку, надеюсь, в Сиднее нам окажут помощь, хотя преследовавшие нас, могут связаться со своим австралийскими друзьями…, но это пусть он уже сам решает. Я вырвалась, что от меня и требовалась! — эмоционально выпалила я, с трудом сдерживаясь, чтобы не ляпнуть лишнего.

— О ком ты всё время говоришь?! — не выдержала Камила, заглядывая мне в глаза.

— Есть у меня один …друг, очень влиятельный. Вот на него и надеюсь. Нужно ждать его звонка, — невесело скривившись, я послала свои мысли тому, кто заварил весь этот кошмар, и от кого теперь зависела каждая моя прожитая минута.

«Рафаил, я знаю, ты слышишь мои мысли, и ты так же знаешь, как сильно я привязана к своей жизни не смотря даже на то, в какое бы отчаянье я ни впадала. Да, я не понимаю твоих правил, и вашего уничтожающего нас равновесия, мне жутко паршиво оттого, что там, на Бали, возможно погибнут люди, а я ничего не смогла сделать, зная это, сбежала, как последняя трусиха, дрожащая за свою шкуру. Но я прошу тебя, вытащи нас, и защити моих родных, как ты обещал, если я тебе по-прежнему так нужна»

Через пять часов мы приземлились в аэропорту Сиднея.

— Черт! Почему он не звонит?! — выходила я из себя, ёрзая в кресле.

— Уважаемые пассажиры, благодарим вас за то, что доверяете нашей авиакомпании! Посадка произведена успешно, приятного вам вечера. Прошу, приготовиться к высадке! — мелодичным голосом, произнесла улыбающаяся стюардесса. — Мисс, вы куда? — остановила она меня.

— В туалет, мне что-то нехорошо! — бросила я. Камила вломилась в туалет следом за мной, оставляя стюардессу теряться в догадках.

— Вызвать на борт медицинскую бригаду? — озабочено спрашивала та под дверью.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Нет, не стоит! Сейчас мы спустимся! — гаркнула я. — Звони! Ну же, звони!!! — напряженно сжимая телефон, твердила я, не сводя с него глаз. И всё равно раздавшийся гудок заставил меня вздрогнуть от неожиданности. Я чуть не подпрыгнула, с надеждой, взглянув на обеспокоенную Камилу.

— Да!

— Софи, я рад, что тебе удалось оторваться от светлых, — не торопясь, заговорил он, своим глубоким проникновенным голосом.

— А я как рада, что ты рад!!! — резко выплеснула я в трубку, всё скопившееся ожидание. — Что нам теперь делать?! Ты хочешь, чтобы я спятила от страха?!

— Но ведь не спятила же, или тебя ещё можно чем-то напугать после всего? — я услышала, как Рафаил усмехнулся в трубке, — Успокойся, сейчас вы спуститесь. У трапа вас ждут двое в полицейской форме, они сопроводят вас на другой рейс, вылетающий в Нью-Йорк с пересадкой в Париже. Билеты у них на руках. В Нью-Йорке вас тоже встретят. Уже всё под контролем. Тебе повезло, что ты попала именно в этот самолёт, на его борту были те, кого светлые пока не имеют права забирать, если бы не это — самолёт бы упал. Так что это пока можно считать разминкой, они повторят это снова. Но ты просто помни свою клятву и то, каким ты для себя меня воспринимаешь. Ты ведь ещё помнишь слова, какими описывала меня перед тем, как я вернул тебя в мир серых душ? А теперь, выходи оттуда, где сидишь!

— Подожди, не бросай трубку! Послушай, где ты?! Я хочу поговорить с тобой, встретиться. Я уже ничего не понимаю! Почему всё так, Рафаил?! — взмолилась я, прижимая телефон, как можно крепче к уху.

— Потом. Я всё объясню потом. А сейчас иди! И ещё, скажи своей подруге, дословно, что если она будет обо всем этом болтать, то я могу сделать так, что она умолкнет навеки. Пусть даже в мыслях не ищет ответа, поняла? — Закончил он угрожающими нотками, и отключился.

— Ну что? — затеребила меня Кэм.

— Сказал, что, если ты будешь болтать и выяснять что-то об этом случае — можешь готовить себе место на кладбище. А он слов на ветер не бросает, поверь мне, — ещё не отойдя от разговора с ним, тихо пробормотала я. У меня в ушах продолжал звучать его переменчивый сильный голос, и мне искренне захотелось его увидеть во плоти. Мой демон, как пожирающее пламя продолжал манить меня к себе.

— Кровожадный у тебя какой-то друг.

— О, на самом деле он проявил не свойственное для него человеколюбие, позволив тебе спастись вместе со мной! Ты даже не представляешь, насколько нереальный это поступок для таких как он. И я это, конечно же, должна оценить, — с горечью покачала я головой. Меня порядком уже начинала злить эта игра с ним в прятки. — Ну что, у трапа нас ждут сопровождающие. Мы летим дальше, в Нью-Йорк. Приготовься, плюс ещё восемнадцать часов в самолётах! Вот блин, отдохнули!

— Ну, хоть выспимся, — резонно уточнила Камила, тяжело вздыхая.

Двое молчаливых и угрюмых полицейских, под конвоем доставили нас на самолёт, вылетающий в Европу. И уже через двадцать минут мы снова оказались в воздухе.

— Отлично, так я Рождество ещё никогда не встречала! — протянула Кэм, устраиваясь поспать. — Надо же, как некоторые обстоятельства очень быстро помогают сориентироваться в своих приоритетах. Когда вернусь, приму предложение Джейка.

— Видишь, положительное можно отыскать даже там, где его на первый взгляд и незаметно! — грустно улыбнулась я. — Мой положительный результат был лишь в том, что я снова осталась жива …пока что.

Глава 28

А в Париже нас пересадили на другой самолёт, уже вылетающий прямым рейсом в Нью-Йорк. Никогда в жизни я ещё так долго не болталась между небом и землей! Эти сутки вошли в десятку самых мучительных дней в моей жизни!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Камила даже не догадывалась, что тот труп, те двое конвоировавших нас полицейских, и эта женщина, встретившая нас в Нью-Йорке и снабдившая нас всеми необходимыми теплыми вещами, причем наших же размеров — были демонами. А я знала, и это ещё сильнее усугубляло моё состояние, когда я находилась рядом с ними. Меня лихорадило и трясло изнутри под этими холодными взглядами, возможно, это было связано с тем, что на моей душе уже лежала печать темных. Но в эти моменты я теряла ощущение реальности и контроль своих мыслей, я будто не принадлежала самой себе. Темные легионеры выполняли то, что им поручал демон, значит, они на самом деле боялись его, раз встали на защиту человека. А ещё мне не давало покоя то, что в моём мире живых не был ни единого безопасного места. «Они» имели доступ ко всему! Этот мир — всего лишь шаткая перемычка между чашами весов! Нейтральная зона …