Анастасия Романчик - Прощеные

— О, и как он, очухался? Кстати, с Кометой он лично встречался на нашей базе, самостоятельно ее обругал, девушка расстроилась.

Молодой охотник фыркнул и показал знак, мол, все нормально.

— Орис, значит, есть возможность, что среди нас появиться двое прощенных или даже трое? — продолжал расспрашивать старший.

— Не знаю как трое, но двое точно. Если никто из них не сорвется. Адский вампир все-таки не вирусный. Его жажда сильнее, попробуй, выдержи. Она наверняка дергалась, находясь в обществе людей.

— Да, свидетели запомни ее эту особенность. Но как же тогда объяснить свидетельство Каларина? Он говорит, что после встречи с ней человек превратился в адского вампира и его сразу же умертвили.

— Она могла и не кусать его. Яд содержится не только в ее зубах и слюне, но и в когтях. Возможно, она его царапнула, а его собственная воля оказалась слаба против ее яда. Или он сам покусал ее в пылу страсти, такой вариант тоже возможен, некоторые люди меня самого удивляют.

— Орис, продолжать ли нам преследование? С ней другая женщина, но ее энергия зашкаливает. Мы не знаем, что думать. Аура и запах принадлежит адскому вампиру. Но тогда непонятно почему до сих пор все живы? И откуда она знает наш тайный код?

— Может, вы не распознали мага? Некоторые маги могут себя прикрывать чужой энергетикой, чтобы не рассекретить свою. Ты же, наверное, помнишь, что настоящие адские вампиры ничего не употребляют, кроме крови. Прощеные исключения, у них в крови яд ослаблен. Они живы. Их сердца, пусть и медленно, но бьются, пока они не сорвутся. Может кто-то помнить, что они ели или пили?

— Самогон гномов, — саркастически заметил темный охотник, — варвары находились в легком шоке оттого, сколько она его выпила.

— Маг? Это все объясняет и ее яд в том числе.

— В общем, так, — продолжал Орис. — Преследование не продолжайте и возвращайтесь на базу. Вы мне в другом месте нужны. Аркалия сама разберется с прощеной.

— А стая?

Орис позволил себе улыбнуться.

— Пускай тренируются. И в следующий раз, чтобы были внимательней, не лезли на рожон. А то так и в ящик можно сыграть с похоронной песенкой. Каларин, возвращаешься на службу.

— У меня штрафные очки, сэр. Я на время отстранен от полетов.

— Я их снимаю, лучше ты у меня на глазах разобьешь пару самолетов, чем будешь бегать за девицами с белыми волосами. Пускай девка побудет хоть немного в безопасности.

— А если ситуация выйдет из-под контроля? — не сдавался вампир.

— Пошлю тебя на истребителе, и ты расстреляешь ее в упор, — с сарказмом ответил командир. — Идет?

— Так точно, сэр.

— Вот и умница, быстро транспортируйтесь ко мне, а то засиделись, клуши.

Его образ исчез.

— Бериан, идти сможешь или тебя тащить? — спросил темный охотник.

— Иди в жопу! — закатил глаза раненый и оскалился.

— Он точно белый вампир? Может, в него вселился дух злобного гоблина?

Светлый охотник улыбнулся.

— Каларин, понесешь этого ворчуна, тебя он единственного никуда не пошлет. А вы, — он кивнул на остальных белых вампиров, — пока разойдитесь по домам, хватит с вас на сегодня впечатлений…

Глава 12

— Опускайте ее! ОСТОРОЖНО! Эта красотка денег стоит! — кричал во всю глотку Вулкан, пока его крылатые подчиненные пытались со своей огромной ношей приземлиться на скалистую местность возле портала. — Заказчик должен появиться с минуты на минуту!

— В жопу таких заказчиков! — буркнула недовольно Марина, в душе и вовсе ужасно сквернословя.

Рядом с ней рассмеялся Зубоскал, едва не выронив цепь.

— Крылья потемнеют! — крикнул он ей.

— Тьфу! — сплюнула девушка. — Почему все злобные злодеи ходят в черном? Это что мода такая, а может у них мания на черное?

— Кто тебе такое сказал? — изумился парень, обнажая в улыбке все свои «прекрасные» зубки. — Ходят-то в разном, некоторые и выглядят-то как попугаи, а ты говоришь черное. Просто так издавна повелось. Темные — в черном, светлые — в белом. А то, что по серединке, в чем хошь, хоть в трусах и подгузниках одновременно.

— Ребята у нас проблемы! — закричал Босс с земли, пока они переговаривались.

— Чего еще там? — рявкнул Зубоскал.

— Заказчик нас киданул и грохнуть хочет!

— Ну, вот опять! — жалобно простонал кто-то с земли.

— Что снова танцуем канкан? — спросила задиристо Маринка.

— А что это такое?

— Ща покажу!

Как только она спустилась на землю, кто-то из противников хохотнул и назвал ее стриптизершей. Смех его резко оборвался. Стройная ножка заехала ему между ног. Марина забыла о своем облике и, схватив первое попавшееся под руку, стала раздавать направо налево удары, повизгивая разъяренной макакой.

— Оставь мой сапог, бедствие ходячее! — обиженно крикнул Лом.

— Бей их, мальчики! — закричала, не обращая внимания на посторонние звуки, оседлав самого здорового разбойника размахивая сапогом поверх головы.

Что тут началось. Все позабыли о змее, оружии в руках, наемники отыгрывались за все страдания в мире фей и со старательностью стоматологов выбивали зубы. Змея из своего плена и фея из сумки наблюдали за всем безобразием молча — обе находились в глубоком шоке. Когда зубов и стоячих врагов больше не нашлось, толпа наемников услышала громкий звонкий мужской смех.

Злые и чумазые наемники повернулись в сторону смеха. Он принадлежал мужчине. Марине он напомнил аристократа. Так же оттопыривал пальчики и слащаво улыбался. Одет он в темно-зеленое нечто. Девушка затруднялась определить, где и как что застегивалось и за что крепилось, настолько причудлив наряд незнакомца. Глаза у него большие и, что самое поразительное сетчатые, как у мухи, зеленые с красным горящим зрачком. Радужка отсутствовала как, в общем, и белизна яблока. Ресницы и брови казались острыми иголками. Волосы длинные, завязанные в толстую косу, одна сторона белая, другая — черная. Когтистые руки скрещены, кожа белоснежная и вся в черные полосках. Губы черные, улыбка обнажала острые клыки. С ужасом Маринка различала, когда он открыл рот, вторую челюсть как в фильме «Чужие». Она никогда не думала, что такая мерзость возможна на самом деле.

— Что за цирк, Шруускунер? — яростно воскликнул Вулкан.

Марина поняла, что этот странный тип и есть заказчик. Светлым его трудно назвать — взгляд слишком нехороший.

— О, ты обиделся, мой дорогой друг? — огорчился тип с двумя челюстями. Он разговаривал с эхом, словно за ним повторяли его же слова. Как оказалось позже, это вторая челюсть создавала эхо.

— Обиделся?! Мягко сказано! Я привез твой заказ, как мы и договаривались, а ты устроил балаган!