Анастасия Романчик - Прощеные

Только после того как они исчезли из виду, Сирена отняла руку и вылезла из трещины.

— Вам никто не говорил, что вы сумасшедшая? — возмущенно прошипела Лима.

— Мне часто об этого горят и только потому я до сих пор жива, — усмехнулась воительница.

— Зачем было затевать эту гонку?

— Отрицательный опыт, тоже опыт. Теперь у тебя есть хотя бы шанс удрать от опасности. Мы избежали самого страшного. Они были в городе. Если бы эти ребята застали нас там, мы бы не отделались легким испугом. Надеюсь Желтоглазик удрал, иначе я не ручаюсь за его желтоглазую душонку. Идем, скоро они поймут, что их обдурили, а нам еще нужно запутать следы.

— Эти парни…

— Два вампира, вирусный — тот, что с черным поясом и белый — с белым поясом. Оба сильны и быстры. И им за тысячу. Мне едва удалось сбить их нюх. Они не простачки, как эти молодчики, что за нами гнались вначале. Матерые волки. С ними встречаться себе дороже.

— Почему вы не объяснились? Вы же сражаетесь за свет!

Сирена фыркнула. Они бежали вглубь пещеры, все дальше удаляясь от первоначального места пребывания.

— Охотники, особенно, такие как эти, вначале палят, а потом разбираются. Они четко чуют адских вампиров.

— Но вы…

— Я нет, но у меня есть свойство подстраиваться под других. В итоге они чувствовали сразу двоих. Мало кто даже из старого поколения могут распознать прощеных, таких как ты с ослабленным ядом в крови. Для них ты лютый враг и они будут всеми силами стремиться тебя уничтожить до того, как ты добралась до многолюдного города. Сейчас будет обыскивать селение, где тот укушенный дед и его внучка.

— Какой дед? — не поняла девушка.

— Надо же мне было как-то подзадорить мальчиков, вот и использовала актерское мастерство.

— Вы их обманули! — возмутилась Олимпиада. — Так вот зачем нужна была кровь!

— Солгать-то я не солгала, но я не виновата, что меня не так поняли, — улыбнулась широко. — Откуда им знать, что я сказала им дважды зашифрованный рецепт супа? Охотники-то это сразу поймут. А молодым, откуда знать? Вот мальчики и запаниковали. Укушенный дед, его перепуганная внучка и сбежавший адский вампир. Слишком много для молодого поколения белых вампиров. Ребята не на шутку перепугались возможностью вспышки эпидемии. Ух, устроят же им нагоняй, а может, и нет. Хотя в одном они правы, мы действительно были и обезвредили одного охотника.

В темноте Сирена выбила какую-то пробку, едва заметную на белом фоне и пролезла в узкий лаз. Лима полезла за ней.

— Немного отсидимся здесь.

Они вылезли в небольшое помещение. Воительница закрыла лаз щитом, как только Олимпиада выползла, кряхтя и стеная. Внутри уже сидел желтоглазый с Илем на коленях и драконом на плече. Он помахал им задорно ручкой.

— Насыщенный день, — прислонилась к холодной стене Лима.

— Зато ты заметила, как ты быстро поменять облик сумела, а как бегала? — задиристо хлопнула ее по плечу Сирена. — Надо будет еще раз повторить! Такой опыт, обалдеть!

Девушка выпучила глаза, но промолчала в тряпочку. Видимо «бег с препятствиями» еще самое легкое ее испытание и нечто страшное ожидает впереди.

— Вы тоже ядовиты? — спросила она, чтобы отвлечься от дурных дум.

— Ага, еще как! — не стала отрицать женщина. — О своих ядах я и сама много чего не знаю. Они могут парализовать, убить, лишить сознания, вдарить болевым шоком и так далее и тому подобное.

— Яды?

— У меня их много, — пояснила.

Вдруг внимание Лимы привлек некий блеск возле противоположной стены. Она поднялась и приблизилась к месту, откуда шел свет. Едва дотронулась до полупрозрачного природного стекла, как оно треснуло примерно в три метра в вышину. На пол посыпались куски льда. Ее глазам предстало оружие. Длинная толстая белая палка с широким с кисть блестящим лезвием и с два локтя длиной. Лезвие заостренно с одной стороны, переливалось всеми оттенками бледно-голубого. С другого конца палка имела заострение.

— Сирена, что это?

Воительница подошла и оценивающим взглядом посмотрела на оружие.

— Это копье? — спросила девушка, ничего непонимающая даже в оружии своего мира.

— Не совсем, заэна хранителей равновесия. В вашем мире нечто подобное называли тяжелая нагината. Интересное оружие, вполне подходит для более-менее тренированной женщины. Его можно раскручивать, как хочешь. И не приближаться близко к противнику. Правда этот артефакт покруче будет, чем палка с железкой. Удивительно, что она тут еще стоит. Хотя любому кто посмел бы ее коснуться, она оттяпала бы конечности.

Лима сразу убрала ручки за спину.

— Да не боись, ты же не вор, — заметив ее движение, улыбнулась женщина-воин. — Обычно оружие хранителя никого не признает и редко кто может совладать с его силой. Тебя оно, наверное, хочет проверить. Пригодна ли ты для использования или нет.

— А что оно тут делает? — Лима вздохнула и попыталась не обращаться внимания на глумливые выражения своей учительницы.

— Памятник погибшему хранителю равновесия, в ожидании достойных рук.

— Я не понимаю, — недоуменно переводила взгляд Олимпиада.

— Когда хранитель погибал насильственной смертью, ему ставили памятник в том месте, где он любил бывать. В землю, в камень, в лед втыкалось его основное оружие. Так сохранялась память о его мастерстве. Хранители бессмертны и умирали они редко. Удивляюсь, как мы вообще наткнулись на нечто подобное.

— Может, возьмете?

Сирена нахмурилась.

— Я конечно коллекционер хорошего оружия. Мне платят им за то, чтобы я сражалась. Дань уважения за услуги. Но… заэну, как бы она мне не приглянулась, я не возьму. Оружие редкое и смертоносное особенно в знающих руках. Но она особый артефакт и сама выбирает себе хозяина. Лучше попробуй ты. Меня она отвергла.

— Она же убьет меня!

— Крик, попробуй. Ты же не вор, в конце-то концов. Ты ее заметила, а не я. Возьми ее, раз она тебе открылась. Если обычному смертному достается оружие погибшего хранителя равновесия, ему передается его знания владения телом и ведения боя, а это тысячи лет практики! Редкий шанс! Не отказывайся от него, попробуй!

Девушка осторожно взялась за древко и с некоторым усилием вытянула заэну из щели. Она ощутила осторожное проникновение в свой разум, но не стала сопротивляться и торопить артефакт. Лима словно гладила чужого тигра, боясь, что он ее покусает. Заэна ярко вспыхнула и осталась в руках девушки.

— Не чувствуешь никакого отторжения? — спросили у нее.

— Нет, она такая легкая.

— Ну, тогда скоро ты познаешь какая она в деле. А дело подвернется скоро, гномы нас ждут возле гор.