Карина Хелле - Рыжая лиса

— Как тебя зовут? — спросила я. — Я Перри.

— Перри, — рассмеялся он. — Как странно.

Я скованно улыбнулась, борясь с желанием ударить его.

— А тебя?

— Дэниел, — сказал он. — Это твой парень?

Он указывал за меня. Я оглянулась на Декса, что возвращался к столику с несколькими бутылками под руками в стиле Нила Гамбургера.

— Нет, — медленно сказала я. Стоило упомянуть, что он мой муж, но я решила, что это помешает игре. Я была рада, что обручальное кольцо было вне его поля зрения. Я незаметно сняла его и спрятала в карман.

Мы с Дэниелом поговорили немного, его брат Хэнк вернулся и отдал мне пиво.

Разницы не было, ведь Хэнк почти не говорил. Они были странными братьями. Хэнк казался больным, постоянно чесал шею. Дэниел был грубым и говорил неохотно почти обо всем, что я спрашивала, даже на невинные темы о школе и занятиях. Я узнала, что они считали себя современными Индианами Джонсами. Повезло, что пиво меня отвлекало.

Пошли вопросы обо мне. К кому я приехала? Почему я здесь?

— О, друзья семьи, — сказала я. — Ланкастеры.

Они напряглись. Интересно.

— Вы их знаете? — сказала я, ловя их.

Дэниел кивнул:

— Все друг друга знают. Как одна большая семья.

Я неловко улыбнулась. Но губы, что смешно, не хотели двигаться.

Дэниел отметил, что у Ланкастеров, как и у всех, тяжелые времена. Но в его голосе не было слышно сочувствия.

Я слушала, хотя казалось, что меня уносит все дальше. Я прижала ладонь ко лбу. Он был горячим, голова кружилась. Пальцы онемели, что было странно. Может, стоило меньше пить. Я ведь почти не спала. День был невероятно длинным.

Я опустила пиво на выступ. Там была еще половина, но я с трудом различила это.

— Наше пиво тебе не нравится? — спросил раздраженно Дэниел.

Я покачала головой и попыталась объяснить.

— День был долгим.

Получилось неразборчиво. Я огляделась. Люди смеялись, кричали, пели… становились то четкими, то размытыми. Комната кружилась. Я посмотрела на Дэниела. Он встревожился.

— Ты в порядке? — он обхватил мои плечи рукой.

Я кивнула, стараясь игнорировать это. Было сложно. Казалось, я даже думать не могу. Так было и при панической атаке. Странно, ведь признаков я не заметила.

Голова раскалывалась. Было сложно держать ее ровно, я попыталась посмотреть на столик. Декс и Берд пили и болтали. Я не знала, куда ушел Максимус. Мне было все равно.

— Мне нужно на воздух, — медленно сказала я, стараясь не лепетать. Не хотелось, чтобы они подумали что-то неверное. Это слишком смущало.

Я очень осторожно выпрямилась и улыбнулась, словно все было хорошо. Они вместе схватили меня за плечи.

— Тебе плохо? — спросил Дэниел.

Я что-то пробормотала в ответ.

Они, придерживая меня, повели меня по танцполу и к двери экстренного выхода. Я пыталась найти взглядом Декса и Берда, но они не заметили меня, когда мы проходили мимо столика. А я не могла ничего сказать. Я просто смотрела, проходя мимо, голова болталась.

Парни открыли дверь, знак экстренного выхода пылал красным цветом.

Я поняла, что я снаружи. Было холодно и темно. На миг мне стало хорошо, словно холод вернул меня в чувство.

А потом я потеряла это. Я рухнула на колени, и холодная земля безжалостно встретила меня.

Просто оставьте меня. Оставьте на четвереньках, и я буду рада. Мысли казались далекими, словно кто-то думал за меня. Я хотела уползти куда-то и уснуть, но смотрела на темную землю между рук, разглядывала каждую пылинку, молекулу. Это восхищало меня.

Я думала о земле и холоде под ладонями. В тусклом свете лампы над дверью земля казалась кристаллами, похожими на звезды, и они засияли, когда зрение стало размытым.

— Поднимайся, — прорычал Дэниел позади меня, и меня подняли его руки.

Я была на ногах, и он держал меня. Но что-то было не так. Неправильно. Когда я была в панике, оставались лишь чувства и инстинкты.

— Я хочу вернуться, — сказала я. И указала на дверь из последних сил. Мысленно я сказала больше. Я хотела вернуться к друзьям. Я хотела вернуться и получить помощь. Но сказать я этого не смогла.

— Шшш, — сказал Дэниел. Его голос звучал как яд, сочился опасностью и действовал на меня так же. — Мы тебе поможем.

И меня потащили. Серьезно. Он потащил меня по тьму, а я не могла двигать ногами, тело висело мешком, ноги ехали по земле. Это было неправильно. Что я могла сделать?

Что происходило?

Впереди был грузовик. Я увидела Хэнка за рулем. Они отвезут меня в больницу? Я сомневалась, но могло быть всякое.

— Остановитесь! — я попыталась повысить голос. И Дэниел остановился. Он поднял меня так, чтобы я оказалась на ногах, чтобы могла собой управлять. Он держал меня за плечи.

— Как ты? Выглядишь плохо, — сказал он. Я смотрела в его лицо. Глаза его напоминали обсидиановые дыры. Это пронзило меня насквозь.

— Мне нужно внутрь, — прошептала я, слова путались. Я старалась не потерять равновесие, но мышцы не слушались. Страх быть беспомощной был неописуемым. И если я не онемела до этого, теперь уже он стал последней каплей.

— Тебе нужно пойти с нами, — оскалился он. Оскалился. Это было не моим воображением. Худшие страхи оживали. Я старалась успокоиться. И знала способ. Он срабатывал и в давке на рок-концертах.

— Меня стошнит, — я смогла прижать ладонь ко рту. И слова не были далеки от правды.

Но он впился пальцами в мою кожу и придвинул мое лицо к своему.

— Это меня не тревожит, дорогуша.

И он поцеловал меня. Его скользкий язык оказался в моем рту, я старалась закрыться.

И я бы использовала навыки тренировок, но не в таких обстоятельствах. Я бы ударила его по носу, но не могла даже двигать руками. Они были ледяными, не отвечали мне.

Меня опоили. Это пугало сильнее всего за день.

Я повернула голову, уходя от отвратительного холодного языка, что лизал мои губы и лицо. Мозги улавливали детали. Звезды над темными горами, силуэты гор на фоне ночного неба, бар и Рэд Фокс едва отбрасывали огни на небо. Было холодно, я дрожала в рубашке с длинными рукавами, воздух был свежим, если не считать запах Дэниела. Я не управляю собой? Мне было все равно. И от этого было еще хуже.

И тут я оказалась на земле. Ноги отказали, и я упала. Затылок ударился без боли, будто погрузился в холодную мягкую землю, словно та была подушкой, ждущей меня.

Я хотела закрыть глаза и притвориться, что это лишь сон, но я не могла. Они были открыты и на все смотрели. Луна за Дэниелом, пока он расстегивал пояс и ширинку. Его руки, что принялись бороться с моими штанами. Они напоминали желтые лапы, кривые и сухие, с когтями на концах. Они задели живот возле пупка, но боль скрыл ужас.