Хроники Королевств. Царица Степи. - Кира Вайнир
Саргал подхватывал меня, кружил, подбрасывал и ставил на нужное в рисунке танца место. Пройдя таким образом круга три-четыре, я почувствовала, что хочу пить, а щëки свело от смеха. Радостная атмосфера не оставляла шанса устоять.
Саргал словно понял, потому что взвалил меня на плечо и вынес из толпы танцующих.
- Держи, утолит жажду и смягчит горло, - отец протянул мне чашу, в которую налил из своей фляжки тёплого немного кислого ягодного отвара.
- Мне нужно вернуться в мою комнату, - предупредила я обоих орков. - Я ненадолго. Только переодеться.
- Я провожу, - откликнулся Морий и протянул мне руку.
- Ты смотри, прямо личная гвардия царицы, - засмеялся Саргал, заодно и меня поддразнивая моими же словами о короне Степи.
- Спасибо за то, что не выдала меня, - поблагодарил меня Морий, когда мы вернулись во дворец. - Нас у родителей четверо. Я родился вместе с Фламми, а Медий с Фарием. Но Фарий поверил словам Отступника и ушёл за ним из дома. И уже три года мы о нём ничего не знаем. А о тех, кто перешёл на сторону бунтарей не говорят. Степь не должна о них слышать.
- Твоя мама поэтому будет сегодня танцевать? - тихо спросила я.
- Каждый раз танцует, просит Степь прекратить вражду между орками и вернуть ей одного из старших сыновей. - Тяжело, совсем по-взрослому вздохнул орчонок. – Мы с Фламми тоже же переживаем. Кушаешь иногда что-нибудь вкусненькое и думаешь, а он там как? Когда ел хотя бы досыта... Брат всегда старался нам вкусненького подсунуть. Уйдёт на службу по договору, а сам ещё грузчиком каким подрабатывает. Зато домой везёт маме украшений или ткань на платье, папе нож какой-нибудь или карабины для ремней, с которыми отец по скалам лазает. А нам с братом игрушек и сладостей.
Слова мальчика не давали мне покоя. Получается, что эта междоусобица не просто между одним каким-то племенем и остальными. Она проросла, пустила корни, и рвёт семьи изнутри. А для орков семья не просто звук. Орки за семью готовы пойти на многое. И если надо отдать свою жизнь ради благополучия племени, пронизанного крепкими кровно-семейными узами, то орки жертвуют собой, не задумываясь.
Оттого и не связываются со Степью. Даже вампиры стараются бить тайком, исподтишка. А если и нападают, то хорошо подготовившись и всем гнездом сразу. И то, итог неизвестен. Орки опасные и сильные воины даже когда служат за плату. Но когда они сражаются за родную землю, за свои стойбища, им очень мало кто может противостоять.
И если я считаю, что Степь должна стать Великой не только по названию, но и по значению, значит этот раскол между орками пора оставить в прошлом.
Когда я спустилась к площади, меня встретили изумлëнными взглядами. Саргал и отец потянулись за своими плащами-шкурами. Я остановила их улыбкой.
Тонкая полоска чёрного паучьего шёлка прикрывала грудь, на бёдрах, чуть ниже пупка, держалась юбка со шлейфом. Тоже чёрная, но по краю расшитая жёлтыми, красными и оранжевыми кристаллами. Рисунок в виде кругов был симметричен и должен был напоминать раскрас одной бабочки. Остальной мой наряд составляли многочисленные браслеты и цепочки, что звенели при каждом движении. А на улице было далеко не лето, да и до весны всё ещё было далеко.
Тот танец, что я собиралась танцевать, только под их звон и танцуют. В этом и заключается мастерство танцовщицы, задавать собственными движениями ритм, которому подчинялось тело.
Лёгкость этого танца была обманчива, как и хрупкость бабочки, образ которой послужил примером для моего платья. Но сейчас я увидела в этом особый смысл. Ведь я не просто благодарила Степь за приём дочери чуждого ей народа. Я просила примирения для её детей, и показывала, что понимаю как это сложно и трудно. И что мало просто сказать, нужно трудиться. Тяжело трудиться, чтобы связать воедино разорванные связи.
Я не сразу поняла, что меня поддерживают. Потихоньку, негромко, подбирая частоту и силу ударов по барабану под тот ритм, что задавали мои браслеты, два орка поддерживали мой танец. И я увидела в этом добрый знак. Один совсем молодой, я помнила его по охоте. А второй совсем старый, по виду старше отца. Потом к ним присоединился ещё один орк, и ещё...
В тот момент, когда я оборвала танец, замерев вытянувшись и чуть изогнувшись, чтобы юбка встала парусом, на мгновение превращаясь в крылья бабочки, вместе со мной оборвали ритм больше десятка барабанщиков. А налетевший внезапно ветер обвился вокруг моего тела и заставил юбку долго трепыхаться, превращая меня саму в бабочку.
- Твой голос услышан! - кивнул головой отец, чуть нахмурившись.
Ну конечно, кто как не шаман мог услышать и понять знаки Степи.
- На бабочку похоже, - закутал меня в свой плащ Саргал. - Только я такую никогда не видел.
- Она редкая, - улыбалась в темноту я.
- Ядовитая? - поверх шкуры легли руки орка, облокачивая меня на грудь мужа.
- Очень, - ответила я.
- Ну, тогда всё сходится! - усмехнулся Саргал. - Красиво было.
- Спасибо, меня наставница научила. - Вспоминала я. - Это платье её подарок.
- Терри... - орк замолчал, словно подбирая слова. - Я пока мало слышал от тебя о том, как ты жила. А всё, что успел, либо ужасает, в большинстве случаев, либо наполнено удивительной нежностью и теплом. И всё, в чëм это тепло есть, связано с твоей наставницей. У тебя даже голос меняется, когда ты говоришь о ней... Её... Её точно больше нет?
- Я никогда не позволила бы казнить единственного близкого мне человека, - ответила я чистую правду.
- Прости...
Прежде чем заснуть, я долго смотрела на звëзды. И счастливо улыбалась. Уже укладываясь, я решила, что пора прекращать спать одной. Я замужем, а на этой кровати хватает места и для меня, и для Хракена. И вполне остаëтся для одного насмешливого орка, задающего очень правильные вопросы.
Утром меня Саргал нашёл на кухне.
- Второй день подряд, ты с утра у плиты. - Пробубнил он.
- Конечно, похмельный супчик нужно хорошенько прогреть. Да и антидот сам себя не сварит. - Улыбнулась я, заботливо пододвигая мужу кружку с лекарством, тарелку щей с кислой капустой, чёрный хлеб и плошку с
