Последняя. Испытание любовью - Ольга Вадимовна Гусейнова

опомниться, как еще более грозный противник – белоснежный дракон, ощетинившийся смертоносными клыками, – ринулся на зубасто-хвостатое чудище морское и вцепился в него могучими челюстями. С оглушительным всплеском оба исполина рухнули обратно в пучину, вода вокруг будто закипела, вздыбилась и расходилась кругами.

Я заметалась по косе, разрываясь между желанием помочь и осознанием собственной беспомощности перед лицом таких гигантов, вступивших в подводный бой. В голове отчаянно билась мысль: «Вдруг это какой-то неведомый мне водяной дракон, способный противостоять моему дракону?..» Однако переживала недолго. Постепенно водная стихия успокоилась и неподалеку от косы всплыл белоснежный дракон, величественный и со спокойной уверенностью победителя, даже прекрасная белая чешуя не пострадала.

Миг – и Сейлиш материализовался рядом со мной в более привычной форме, неизменно восхищавшей и вызывавшей трепет моей женской сути.

– Кто это был? – просипела я.

– Авьен. Это самые древние морские существа, которые жили на Ранивире во времена огненных саламандр, еще до появления драконов. В океане у него нет достойных соперников, вот и обнаглел, решил, что мы тоже легкая добыча.

– Ого! – ошеломленно выдохнула я и, несмотря на страх, испытанный перед смертельно опасным авьеном, ощутила сожаление. – И что с тем чудищем стало?

– Ничего, вполне себе живой зверюга. Просто отогнал его подальше, заодно преподал урок, чтобы больше не приближался к драконам, целее будет, – хмыкнул Сейлиш.

– А выглядели вы так, будто ты собрался им перекусить, – заметила я.

– Эйка, я дракон света. Защитник жизни и равновесия. Без серьезной причины я никого не трогаю, – по-учительски укоризненно ответил Сейлиш, еще и легонечко щелкнул меня по кончику носа.

– Прости, – поморщилась я стыдливо, а потом поделилась восторгом: – Но смотрелось все так невероятно… как битва богов… жутко, красиво, нереально…

– Ты продолжай, продолжай, мужчины очень любят, когда их хвалят. Благодаря похвалам растет наша уверенность, еще, бывает, – и самомнение! – рассмеялся Сейлиш, прижав меня к себе и заглядывая в глаза.

– Тебе не грозит излишнее самомнение, изначальный, – смутилась я.

– Приятно узнать твое мнение, – улыбнулся Сейлиш, а затем предложил: – Ну что, давай еще немного полетаем?

– Да! С удовольствием! – я едва не прыгала от радости.

В домик на опушке мы вернулись спустя часа два. Я предельно устала, но буквально фонтанировала счастьем. Сменив воплощение, мы замерли в центре левады. И вновь, как на той косе, Сейлиш, склонившись, обнял мое лицо ладонями и накрыл мои губы своими. В этот раз мы дольше наслаждались поцелуем, смакуя, лаская, нежась в горячем дыхании друг друга. Вцепившись в его плечи, я тянулась к нему, льнула к его крепкому телу, жмурилась, отдаваясь неведомым прежде ощущениям.

Сейлиш не сразу отстранился – поддерживая меня за плечи, неторопливо ждал, когда я приду в себя. Смотрел в мои ошалевшие от счастья и восторга глаза, затем улыбнулся не менее шальной улыбкой и словно сдался – снова поцеловал! Потом снова и снова, как и сама, не в силах оторваться, обжигал быстрыми поцелуями мои губы, лицо, веки, виски… И вдруг резко убрал от меня руки и отступил на шаг.

Его глаза почернели, меня потряхивало от возбуждения, пока мы ласкали друг друга жаркими взглядами.

– До завтра, Ящерка? – хрипло то ли спросил, то ли предупредил мой свет.

– До завтра… Сейлиш, – прошептала я.

Реальность мигнула – и я осталась в ночи одна. Улыбаясь, задрала голову – с ночного неба на меня безмолвно взирали холодные ночные светила Ранивира и сияли далекие-предалекие звезды, недостижимые и загадочно-прекрасные. Меня настолько распирало от счастья, что я мысленно поделилась им с ними. Закружилась, запуталась в собственных ногах и упала на спину. Рассмеялась от своей бесшабашности и, запрокинув голову, заорала:

– Жизнь, я люблю тебя!

Эхо моих воплей и шум голосов потревоженных ночных обителей еще не успели стихнуть, когда я увидела в небе над собой огромную тень. Вспышка страха сменилась волной стыдливого смущения, а тень слегка засияла, позволив рассмотреть сквозь маскировку белоснежного дракона. Надо думать, Сейлиш не исчез из поместья порталом, а взлетел и… наблюдал, как я тут сходила с ума от счастья после свидания с ним. Боги, какой позор!

Подскочив, я рванула в домик, подальше от всевидящего ока ушлого дракона. И уже на террасе услышала довольный смех Сейлиша:

– Не стоит прятаться, Эйка. От дракона не сбежишь!

Глава 11

Необычное и весьма интересное приключение

Из сна меня выманил настойчивый лучик Ра, скользнувший в щель неплотно задернутых штор. Сладко потянувшись, я открыла глаза и замерла, вытаращившись на внезапно изменившийся потолок в спальне. Первую мысль, что я каким-то образом оказалась неизвестно где, отмела: кроме изменившегося потолка все остальное осталось прежним. Даже халат вон на стуле висит, где я его ночью оставила после ванны.

Однако вместо привычного беленого потолка у меня в спальне теперь настоящее ночное небо с сияющими звездами. Настолько достоверное, манящее и красивое…

Оторопело поглазев на это чудо еще с минуту, я подскочила и полезла на изножье кровати. С трудом балансируя на нем, протянула руку и с трепетом коснулась звездного неба… да только мои пальцы прошли сквозь него, как выяснилось, очень хорошую иллюзию.

Наконец сообразив, кто и зачем преподнес мне этот подарок, я, радостно разведя руки, рухнула на постель. Хвала Прародителю, перина бережно приняла меня в мягкие объятия.

– Канна! – позвала я, улыбаясь как шальная.

– Доброе утро, даки, – появилась моя призрачная помощница.

– Это твоих рук дело? – я указала на потолок, на всякий случай проверяя второе предположение.

– Нет, даки! – лукаво улыбнулась Канна, блеснув светящимися голубыми глазами.

Усевшись, я подалась к ней со следующим вопросом:

– Вира Сейлишрана?

– Все верно, даки. Момент его посещения я пропустила, но эманации энергии изначальных невозможно перепутать. При этом тревожного сигнала о нарушении магического контура не поступало, а допуск в дом разрешен только триаде вашего магического собрата и ректору Академии драконов. Все остальные – только с вашего согласия и при вашем содействии, в качестве сопровождающих лиц, – с мягкой улыбкой объяснила вошкана.

Я и не сомневалась, что мой изменившийся потолок – дело рук Сейлиша.

– Он подарил мне возможность дотянуться до звезд, – хихикнула я и опять счастливо и блаженно упала на спину в позе звезды.

– Влюбленные изначальные способны на самые невероятные дела ради своих избранниц, – сказала Канна, раздвигая шторы на окнах.

Ворвавшийся утренний свет не приглушил иллюзию ночного неба, на нем по-прежнему светились далекие таинственные звезды.

Перевернувшись на бок и опершись на руку, я с отчаянной надеждой спросила:

– Думаешь, Сейлишран влюблен в меня?

– Простите, даки, но ответить на ваш вопрос может только сам вир