Эльфофобия - Таша Алферьева

в сугробе, но вместо благодарности услышали в свой адрес оскорбления и насмешки. Кое-что меня насторожило и, расспросив подробнее, я узнала в грубиянке свою мачеху. Приехала, значит…

Обратно в Истимор мы возвращались в большой многоместной карете. Кассандра бессовестно пользовалась моментом и сидела в обнимку с Эдрианом. Ния дремала у меня на плече. Айвер одиноко белел волосами в тёмном углу. Дэниэль с нами не поехал, остался в Зирге.

Я тоже начала клевать носом, когда карета мелко затряслась, закачалась из стороны в сторону и резко остановились.

— Приехали! — крикнул возница.

— Так быстро? — удивилась Касси.

Дверца со скрипом распахнулась, впуская внутрь колючий морозный воздух.

— Дальше пешком. Колесо отваливается. Назад бы доехать, — виновато сообщил извозчик.

— Я не могу пешком! — возмутилась Кассандра. — У меня платье… тонкое.

— Да тут недалеко, — смущённо пробормотал мужчина, тёмный силуэт которого смутно вырисовывался в дверном проёме.

— Вы же понимаете, что плату за подобное не получите? — холодно отчеканил Айвер, как и все остальные, продолжая сидеть на месте.

— В чём дело? — потягиваясь, поинтересовалась только что проснувшаяся Ния.

— Но я провёз вас больше, чем полпути, — робко заикнулся возница. — Отдайте хотя бы половину.

— Вы взяли на себя обязательство доставить нас до школы и не выполнили его. Так о какой плате может идти речь? — возразил Снежный Лорд.

— Из-за вас нам придётся идти пешком по сугробам, — прохныкала Касси, опираясь на Эдриана, помогающего ей спуститься на землю.

— А ты иди по дороге, — весело посоветовала подруге в спину Ния, после чего обратилась к поскучневшему извозчику: — Я заплачу вам в полном размере.

— Мы заплатим, — поправила я целительницу. — Пополам.

— Хорошо, — не стала та возражать.

Нас довольно быстро догнала другая карета, где нашлось местечко для успевшей за короткое время продрогнуть Кассандры. Мы с Нией предпочли идти пешком, чем по очереди тесниться на коленях друг у друга. Айвер убежал далеко вперёд, старательно делая вид, что он сам по себе. Эдриан молча шёл рядом.

— Эдрианэль, — обратилась к эльфу целительница. — Расскажи, почему Айвер такой колючий? Почему окружил себя бронёй высокомерия? Не подступиться.

— Ну… — парень аж запнулся от неожиданности. — Понимаешь, у него есть причины. Правда, не знаю, могу ли я о них рассказать…

— Можешь, — заверила Ния. — Рано или поздно мы всё узнаем. Но лучше рано, а то руки так и чешутся его пристукнуть.

— Может, я вас удивлю, но с сородичами Айвер ведёт себя не менее высокомерно и холодно.

— Да ну⁈

— Именно так. Его поведение — способ избежать душевной боли.

— И при этом причинить её другим?

— Побочный эффект.

— А можно подробнее? — вмешалась я в диалог. — Если пытается избежать, значит, в своё время его сильно обидели или унизили. Кто это сделал?

— Твой отец.

— Кто⁈ — хором воскликнули мы с Нией.

— Отец Айвера умер во время войны. Когда его мать вышла замуж второй раз, причём по любви — Торриэль действительно любила Лориена, — Айвер готов был признать в отчиме второго отца и… — Эдриан зачем-то выдержал драматическую паузу, — натолкнулся на абсолютное безразличие. По отношению к себе он бы это стерпел, но, глядя, как мучается мать, Айвер, похоже, решил, что любовь приносит лишь страдания и лучше её избегать.

— Но человеческих женщин он всё-таки недолюбливает гораздо больше, — заметила Ния.

— Тут тоже виноват Лориен? — догадалась я. — Его любовь к моей матери стала преградой для чувств к жене?

— Вроде того, — смущённо подтвердил эльф.

— К тому же я очень сильно похожа на маму. Лориен сразу поймёт, что я — его дочь и, скорее всего, будет со мной куда более ласков, чем с женой и пасынком. Не удивительно, что Айвер бесится.

— Эли⁈ — изумилась подруга. — Ты ли это?

Мы остановились. Снежный Лорд продолжал идти вперёд, стремительно увеличивая расстояние между нами.

— Всё так как ты сказала, — признал Эдриан.

— А вы знаете, я решила, какой маскарадный костюм надену на Зимний бал, — внезапно перескочила я с одного на другое.

— Какой? — заинтересовалась Ния.

— Костюм Джаны.

Идея была спонтанной и одновременно давно лелеемой. Джана позволит, находясь в тени легенды, вовсю использовать дар. Парик надёжно скроет волосы, а всеобщее повальное веселье на праздничном балу вряд ли кого-то насторожит. Вдобавок Лишер получит то, о чём настырно просит. Конечно, никто не заставит меня танцевать как Джана, но я вполне могу использовать несколько безобидных элементов джиги, чтобы подчеркнуть колорит своего персонажа. Осталось выбрать или уж скорее переделать с помощью Нии подходящее платье. Парик, маска, перчатки и обувь у меня уже есть.

Глава 19

Наступил долгожданный день — день Зимнего бала. Благодаря Кассандре с самого утра в нашей комнате царила суматоха и беспорядок. Подготовленные к празднику наряды, отутюженные и накрахмаленные, висели в шкафу, из которого заранее были выдворены все его прежние «обитатели». Ещё вчера вещи аккуратной горкой лежали на двух стульях, однако сегодня Касси, вдруг, вспомнила, что среди них затерялось нечто важное и нужное. Торопливые поиски привели к тому, что одежда оказалась разбросанной повсюду: на столе, на кроватях и даже на полу.

— Вот она! — Кассандра прижала к груди нательную сорочку из тонкого хлопка.

— И ради этого ты всё перерыла? — удивилась Ния.

— Ничего ты не понимаешь, — промурлыкала девушка, разглаживая украшающие широкую горловину кружева. — Платье платьем, но то, что внизу, иногда гораздо важнее.

Первой оделась целительница. Она остановила свой выбор на наряде из нежно-розового шёлка, украшенного воздушным кружевом. Маска с отделкой из белого бисера и атласные перчатки длиной чуть выше запястья были темнее на несколько тонов. Небольшие крылья бабочки из жёсткого фатина превращали изысканный бальный наряд в маскарадный. Совместными усилиями мы сделали высокую причёску и вплели в неё белую ленту, которая резко констатировала с тёмно-русыми волосами подруги. От украшений Ния отказалась, хотя Касси щедро раскрыла перед ней шкатулку со множеством ювелирных изделий на самый придирчивый вкус и под любой наряд:

— Так мне больше нравится.

— Сэдрик снова будет кусать локти, а Сугроб потеряет дар речи, — заявила Касси. — Ты такая красивая.

— И нежная, —