Папа, я против этого брака! Том 2 - Hong Heesu

переступил молодой человек — высокий, широкоплечий красавец. Эти густые черные локоны и алые глаза…

— Макс?

На мое обращение он кивнул.

— Прошу… простить за опоздание.

Хотя все вышло неловко, я заметила, что он изо всех сил старается произвести на гостий приятное впечатление. Когда я взглянула на его лицо, волнение стало утихать. Я указала на свободное место рядом с собой.

— Присаживайтесь сюда.

Он так и сделал. Леди пытливо уставились на нас обоих.

«Почему они так смотрят?»

Первой тишину нарушила леди Теренс:

— Какое счастье, что у леди Флойен есть спутник.

— Что? — переспросила я.

На мой вопрос она чопорно заметила:

— Вас не включат в список невест для кронпринца.

Я совершенно растерялась.

«Неужели так можно? Открыто обсуждать принца безо всякой стыдливости?»

Я не представляла, как реагировать, а другие дамы воскликнули в унисон:

— Это верно! Честно говоря, ни у кого нет желания становиться его невестой!

Что ж… В конце концов, слухи о принце настолько ужасны, что могут запросто вогнать в панику кого угодно. Однако у меня была своя причина не участвовать в светской беседе.

«Принц вроде бы всегда знает, что говорят за его спиной…»

Нет, он, конечно, не всемогущий волшебник. Просто умело управляет тайной информационной гильдией, оставаясь в тени.

«Будь моя воля, я бы хотела, чтобы он вообще исчез».

Увы, будучи обладательницей сомнительной репутации и потенциально тяжелой судьбы, я не могла позволить себе высказать все, что о нем думаю.

«Вдруг этот комментарий как-то отразится на мне?»

А леди продолжали щебетать:

— Он даже покойной императрице досаждал! Она была в ужасе от его повадок!

— Да! Слышала, с самого детства у него был скверный характер.

Мое лицо окаменело.

«Ах, так дело не пойдет!»

Я изо всех сил старалась избегать щекотливой темы, но что в итоге?.. Если наш дом станет местом досужих сплетен, обо мне поползут нехорошие слухи, и вот это будет по-настоящему несправедливо.

«Как же быть?.. Нужно резко прекратить их пересуды!»

Подозревая, что в ряды приглашенных могли затесаться информаторы его высочества, я осторожно проронила:

— Никто из нас не видел его лично. Возможно, рано делать выводы? Кто знает, вдруг он великодушен и щедр.

Девушки сразу же засмущались.

— Ах… Пожалуй, вы правы.

— Точно!

— О да!

Они закивали, но в их глазах читалось сомнение. Я вздохнула, понимая, что радоваться рано. Наследный принц — настоящая угроза для моей жизни, и однажды мне придется столкнуться с ним лицом к лицу.

Чаепитие продолжилось, но сгустившаяся атмосфера не рассеивалась. Девушки были взбудоражены. Конечно, я осознавала, что произнесла совершенную нелепицу. Но гостьи никогда не поймут, что этим я, возможно, спасла себя от большой беды.

«Почему все настолько сложно? Я просто позаботилась о себе, но легче не стало».

И тут одна из девушек усмехнулась:

— Поражаюсь вам, леди! Вы так жизнерадостно смотрите на мир. Даже хочется взять с вас пример!

Я не поняла, был ли это сарказм или же она искренне хотела сделать мне комплимент. Но это не имело значения. Я слишком устала, чтобы играть роль гостеприимной хозяйки. Да и девушкам, вероятно, стало не очень комфортно в моем обществе.

«Надо побыстрее опустошить чайник и отправить их восвояси», — решила я и принялась усердно пить чай.

«Ах, он оказался горячее, чем я думала!»

Однако и это было мелочью по сравнению с облегчением, которое я испытала, воображая, как они разъедутся по домам и оставят меня в покое.

Я обожгла язык, но мне следовало держать себя в руках и не подавать вида.

Пока я пыталась совладать с собой, Макс, смирно сидевший рядом и наслаждавшийся чаем, вдруг сказал:

— Да, я согласен.

«Что?»

Наверное, Макс тоже считает меня оптимисткой. Вот и славно.

Я поставила чашку на стол и покосилась на него. Алые глаза по-прежнему пылали, как спелые зерна граната.

«Для второстепенного персонажа он производит довольно сильное впечатление».

Я присмотрелась и заметила перемены в его лице. Губы Макса изогнулись в несвойственной ему мягкой улыбке, а в глазах появилось подобие нежности и теплоты.

Куда подевалась привычная отстраненность? Где былая холодность?

«Когда он улыбается, то выглядит совсем иначе. Обычно он кажется неприступным, но сейчас в нем есть что-то… доброе?»

Макс вызвал во мне искреннее восхищение.

«Из него получился бы прекрасный актер! Все вокруг наверняка уверены, что он пылко влюблен в меня».

Я едва сдерживала смех, вновь витая в облаках, как вдруг…

— Не судить других по слухам — достойная черта тво… вашего характера.

Улыбка исчезла с моего лица, едва я услышала слова Макса.

Какой же он забывчивый!

«По-моему, он хотел обратиться ко мне на “ты”».

Вероятно, мне следовало привыкнуть к его оплошностям, но они все равно раздражали.

«На людях надо быть осторожнее, — мысленно пожурила я Макса. — Хотя бы иногда».

Я бросила на него многозначительный взгляд, однако леди Роза неожиданно поддержала Макса:

— Думаю, вы совершенно правы.

Я в изумлении уставилась на нее, а она улыбнулась мне и продолжила:

— Полагаю, я многое поняла за это время.

«Что еще она поняла?»

Роза, видя мое недоумение, прибавила:

— Взять хотя бы вас, леди Джубелиан, — начала она. — Простите за неуместную откровенность, но слухи о вас ходили просто ужасающие.

Я вздрогнула.

«Боже, а ведь еще недавно меня и правда считали чудовищем, — смутилась я. — Если бы они всё знали, что бы сейчас подумали?»

Роза же, ни о чем не подозревая, продолжала:

— Но после нашей переписки я уверилась, что вы очень добрая и мягкая.

Она говорила безо всякого подвоха, и я чуть расслабилась. Возможно, письма стали мостиком, который помог разрушить стену недопонимания. Но в глубине души я знала, что это лишь начало, настоящие испытания еще впереди.

«Добрая и мягкая».

Слова отозвались в моей душе щемящим чувством. Ведь этот образ не более чем маска, которую я надела, чтобы избежать вражды и лишних вопросов. Но сейчас я почувствовала, как мое сердце сжалось, будто совесть тихо укорила меня за обман.

— Я согласна, — закивала Мариен и весело улыбнулась мне.

— И я, — добавила Кэтрин, посмотрев на меня с безграничным доверием.

Кое-кто мог бы посчитать их несущественными персонажами в сложной истории, но судьба распорядилась иначе. Именно они, как я знала, станут в будущем ближайшими сподвижницами принцессы, ее опорой и поддержкой.

Их открытость и искренность заставили меня призадуматься. Быть может, личина, которую я тщательно вылепила, начала постепенно сливаться с моей истинной сутью? И я невольно принялась меняться под ее влиянием?

Но где-то в глубине души, в самом потаенном уголке, я понимала: играть роль «доброй и