Гнев Богов - Джеймин Ив

тебя туда, но сначала мы должны разобраться с кое-чем неотложным, — сказал он.

Я уставилась на него, готовая сражаться. — Что? Что может быть более неотложным, чем вернуть Крона?

Губы Гипериона сжались. — Нет ничего важнее, я полностью понимаю. Вот почему я уже испробовал все, что знаю, чтобы вернуть его в мир живых. Но это связано с Кроносом…

Это немного успокоило меня, до его следующих слов. — Зевс украл шкатулку, ожерелье и попытался завладеть телом Крона.

Я вскочила с кровати в маленькой лодке, в которой мы находились, когда ярость бушевала в моей груди. Не было никаких грехов, которые сделали бы меня могущественной — теперь я была просто цыпочкой с красивыми волосами. Но часть меня стремилась к большему, чтобы я могла высвободить эти разрушительные эмоции в демонстрации силы.

Тейя протянула руку и похлопала меня по руке. — Это то, что Гиперион пытался тебе сказать. То, что нам нужно сделать в первую очередь. Если мы хотим иметь надежду на воскрешение Крона, мы должны защитить его останки от Зевса и любого другого, кто захотел бы использовать его мощные кости. Мы должны найти место, чтобы положить его, пока у нас не будет средств воскресить его. Пока, — добавила она.

И вот так горе обрушилось на меня, лишив дыхания. — Бали, — выдавила я.

Она кивнула, ее улыбка дрожала, а затем она ушла. Гиперион протянул руку. — Поверь мне, отправление в подземный мир сейчас или через десять минут не повлияет на его возвращение. Это то, что ты должна сделать как для себя, так и для безопасности всего мира.

О Боже, о Боже, этого не могло быть. Слезы потекли из моих глаз, и я кивнула, потянувшись, чтобы взять его за руку. В мгновение ока у моих ног оказался теплый песок, и все Титаны до единого стояли, сложив руки, и смотрели вниз на безжизненное тело моей любви.

Я понятия не имела, как Гипериону удалось собрать это так быстро, и это действительно не имело значения. Когда я подошла ближе, меня охватило головокружение. Горе было изнуряющим. Как люди живут с этим каждый день своей жизни? Единственное, что помогало мне вообще функционировать, — это решимость вернуть его.

У большинства людей не было такой надежды.

— Куда ты хочешь его поместить, Мэйзи? — Спросил Гиперион.

Я указала на хижину, где мы впервые занимались любовью.

— Там. Поместите его туда.

Океанос был первым, кто шагнул вперед, используя свои руки, чтобы раздвинуть воду, которая была внизу. — Я сделаю ямку в песке вон там, — сказал он. — Вода защитит его.

Крий, Япетос и Гиперион наклонились и подняли огромное тело Крона. Видеть его таким, все еще покрытым черными венами… Это разрывало мою душу надвое.

Мы все вместе пересекли пляж и пошли по длинной тропинке, которая вела над водой к хижине, месту, где я испытала истинное счастье. Всем нам пришлось войти в воду, чтобы добраться до места, созданного Океаносом, и я подавила жгучую боль, которая заполнила мою грудь и горло.

В то время как его собратья осторожно опускали его в яму, на лицах у них было выражение опустошения. Я едва могла смотреть, как Океанос засыпал его песком и водой, безжизненная фигура исчезла из поля зрения, но никогда из наших сердец и умов.

Гиперион вытер глаза, поворачиваясь ко мне. — Мэйз, ты ничего не хочешь сказать?

Я не хотела произносить речь, я хотела убивать людей и заставить Танатоса освободить моего возлюбленного, но, казалось, все чего-то ждали от меня. Сделав глубокий вдох, я постаралась быть простой и честной: — Когда я впервые встретила Крона, я подумала, что он самый горячий засранец, которого я когда-либо встречала. Ворчливый ублюдок, он любил мной командовать и намеренно неправильно понимал нынешний мир. — Еще один сдавленный всхлип. — Но правда в том, что Кронос — самое бескорыстное существо, которое я когда-либо встречала. Он столько раз вставал между мной и опасностью, и в конечном счете он отдал свою жизнь, чтобы человечество могло существовать дальше. — Я подавилась следующими словами. — Вы все здесь из-за него, и поэтому я хотела бы попросить вас использовать свое время на этой Земле, чтобы творить добро во имя его.

Каждый Титан до единого прижал кулак к груди и поклонился мне, отчего рыдания, сотрясавшие мою грудь, стали громче. Однако я не могла их отпустить. Я еще не могла этого вынести.

— Он был лучшим из нас, — сказал Гиперион.

Япетос кивнул. — И самый упрямый.

— С ужасающей долей сарказма, — добавил Криус.

Мы все рассмеялись искренним, если не сказать немного горьковато-сладким смехом.

Вытирая глаза, я кивнула всем: — Спасибо вам всем за вашу доброту. Но сейчас я собираюсь пойти и вернуть его обратно.

Никто не сомневался в этом, но они также выглядели не слишком уверенно. У меня было плохое предчувствие по поводу того, что они мне не говорили, но я также знала, что достаточно скоро узнаю от Танатоса.

— Мы будем охранять его останки, пока ты не вернешься, — сказал Океанос, океан кружился вокруг него. — Его окружает вода, но дополнительная защита никогда не помешает.

— Я ценю это, — сказала я, глядя на Гипериона. — Я готова.

Грубо сглотнув, он кивнул, потянулся вперед и сжал мою руку. Через несколько секунд мы выбрались из воды и вернулись в зал ожидания подземного мира, место, похожее на кабинет врача, с именами на доске над головой, где каждый ждал своего часа, чтобы отправиться в последнее путешествие. Первое, что я сделала, это оглядела комнату в поисках Крона, мое сердце болело при мысли, что он мог быть одним из сидящих здесь людей с пустыми лицами.

Но его не было. Не было никаких признаков его присутствия, и его имени не было на доске.

— Танатос! — Я закричала, не напугав никого, кроме Гипериона.

Я смотрела на экран около тридцати секунд и была готова войти в кабинет Танатоса, если мое имя не появится в ближайшее время. К счастью, он появился мгновением позже, вместе с Гиперионом, и мы оба протолкались обратно в его кабинет.

Танатос сидел за своим столом, выглядя одновременно взбешенным… и грустным. Каким-то образом он довел до совершенства искусство гримасничать щенячьими глазками.

— Верни мне Крона, — потребовала я в качестве приветствия. — Мы только что спасли гребаный мир, большой личной ценой. Он не заслуживает быть мертвым.

Он сложил пальцы домиком перед лицом, откинувшись назад и наблюдая, как я схожу с ума.

— Я имею в виду, почему его нет в комнате ожидания. Он только что умер!

В этот момент я