Ирина Чернова - И аз воздам

Парень оказался, как я и предполагала, смазливым и вертлявым. Зашел этакой расхлябанной походкой, покрутился передо мной по комнате и плюхнулся в кресло напротив, нахально скалясь во все тридцать два зуба. Улыбка у него была хороша — такие зубы приводят в бешенство стоматологов и заставляют трепетать женские сердца. Мое, точнее, Дайлерии, сердце тоже дрогнуло и заскакало внутри, как бешеный заяц, задрожали руки и в пальцах закололи крохотные иголочки. Адреналин, мать ети его… похоже, что госпожа маг неровно дышала к этому красавчику и он уже понял свою значимость для нее. Никакого почтения, никакой вежливости и уважения, одно самолюбование и мысли о том, что он уже ухватил господа бога за бороду. Насколько он младше ее, лет на десять? Если будет продолжать в том же духе, скоро сядет ей на шею и будет командовать здесь всеми слугами, тиская в темных углах бессловесных служанок и упирая на свою исключительность. Нужна бы ему эта Дайлерия, если б не ее положение, Стрена куда симпатичней! Но девушка она серьезная и целеустремленная, а ему хочется прыгнуть повыше, не затрачивая особых усилий. Ну-ну… я-то не Дайлерия, я уже обожглась на такой вот улыбке, только не наглой и самодовольной, а доброй и понимающей, так что на меня это уже не действует. Хоть гормоны и играют, но это у тела, а мозгами я вижу всю его подноготную и от этого становится только неприятно, как будто плохого актера наблюдаю.

— Сергио, тебя что, вежливости никогда не учили? Ты не знаешь, что когда входишь в комнату, должен поздороваться с женщиной, тем более я тут не служанка, а хозяйка.

— Дайлерия, — парень потянулся и прищурился, — это что, я должен с тобой по два раза здороваться? Сегодня утром я уже поздоровался, — наглый взгляд сказал о многом в их отношениях, — так еще и днем надо? Или, — он почти согнулся пополам, заглядывая мне в глаза, — ты хочешь позвать меня к себе прямо сейчас? Киска, — мурлыкнул он наигранно, — я не против, ты же знаешь…

— Сергио, — придерживаться холодного тона в разговоре с зарвавшимися юнцами лучше всего, — я тебе говорила о вежливости в первую очередь. Во вторую — об уважении. Ты меня не понял?

— Лерия, да ладно тебе ломаться, — парень уже перепрыгнул через стол и присел на ручку моего кресла, поглаживая мне шею и ухо. — Только тон свой убери, а то обижу-усь…

— Руки убери для начала, — я сделала попытку подняться из кресла, но этот наглец толкнул меня обратно и наклонился сверху, вознамерившись поцеловать. Почему-то это показалось мне наиболее оскорбительным, я резко подняла руки вверх, развела их и… как это дальше получилось, непонятно, но через мгновение парень уже лежал на полу в паре метров от моего кресла, потирая шею и со страхом и недоумением глядя на меня глазами побитого щенка, а я потирала кисти рук, еще гудящие от напряжения. Скорее всего тренированное тело само провело какие-то приемы, о которых я не имела даже понятия. Магии тут не было, ручаюсь, а вот реакция на недозволенные действия наглого мальчишки получилась отменная.

— Поднимись, — накатила усталость и разочарование непонятно в чем, — не имей обыкновение лежать, когда перед тобой стоит женщина. Чем ты занимаешься здесь, кроме как задираешь служанок?

По его подавленному виду я поняла, что попала куда надо, но парня мне было не жалко ничуть. Он знал, на что шел, даже если Дайлерия сама уговаривала его поехать с ней.

— П-помогаю… — нехотя выдавил он, зло скривив рот. Помолчал и добавил, видя, что я жду ответа, — на конюшне.

— Ты знаешь, что за тобой приехала Стрена?

— Я не просил ее приезжать сюда! — встрепенулся парень, решив, что девушка была единственной причиной моего охлаждения к нему. — Дайлерия, она мне не нужна, поверь, я ее не люблю, ты подожди, я тебе все объясню, я же просил ее не искать меня…

— Подожди, — подняла я ладонь, — сколько лет ты ее знаешь?

— Восемнадцать, — протянул Сергио, — но это ерунда, ты послушай только…

— Она выручала тебя когда-нибудь из беды? Помогала тебе? Честно говори, я пойму, если ты врешь, — слукавила я напоследок.

— Было дело, — нехотя признался он. — Только это совсем не то, я же говорю…

— Значит, девушка не раз выручала тебя, ты знаешь ее восемнадцать лет и тем не менее ты с радостью отпихнулся от нее только потому, что тебе захотелось другой жизни? Она не побоялась прийти сюда за тобой, потому что уверена, что тебе здесь грозит что-то плохое, а пошел бы ты выручать ее, не за любовь, а за дружбу, пошел бы или бросил ее в беде? Можешь не говорить, я и так вижу, что не пошел, потому что ты любишь только себя. Я тебе тоже не нужна, я старше тебя на десять лет, я некрасива, но я могу быть для тебя первой ступенькой наверх, о чем ты мечтаешь, вот истинная причина того, что ты находишься здесь. Ночью ты приходишь ко мне, а днем бегаешь за служанками и изображаешь из себя знатного господина. Но кроме смазливой внешности тебе не хватает воспитания и разума, а через постель многого не добьешься. Возможно, тебе и повезет, но не со мной.

— Лерия, — взвыл Сергио, наверняка оскорбленный в лучших мечтаниях о будущем, — ты… ты же сама позвала меня с собой! Ты обещала мне!

— Сергио, ты еще более глуп, чем я думала, говоря эти слова. Поэтому я и говорю, что у тебя нет разума, одни инстинкты. Попробуй себя в другом месте, а не в моей постели. Брысь отсюда на конюшню! — и когда парень пошел к двери, бросила ему вслед, — девушку не вини и не трогай, она тут не при чем.

Засыпая в чистой постели, я вспомнила, что так и не нашла туалет в замке.

Второй день пребывания в Лионии ознаменовался хорошей погодой и полным комфортом. Выспалась я прекрасно, теперь можно было поваляться на бескрайнем кроватном ложе да и подниматься, наметив себе список нужных дел. А какие у нас нужные дела? Мыться? Так я вчера мылась уже, чуть в лохани не утонула. Замок весь обошла, даже в комнату покойного хозяина залезла… кстати, там порядок навели? Сергио на место поставила, вилта посмотрела… При воспоминаниях о тюрьме стало неприятно и я прогнала черные мысли подальше. Может, на прогулку поехать или пойти? Ах да, сегодня же прием, как я могла забыть о таком наиважнейшем мероприятии? Где тут умываются? Почему тазика нет? Щас всех казню!

— Слушаю вас, госпожа Дайлерия! — раскрасневшаяся Катарина влетела в спальню с кувшином воды и с тазиком подмышкой. — Доброго утра вам! Мыться изволите?

Похоже, что сегодня с утра я больше не пугаю так маленькую служанку своим хриплым голосом и растрепанным видом, потому что вчера с утра она была совершенно другая, а ее желание все время уйти от меня спиной вперед походило на заезженную пластинку. Умылась, причесалась… с помошью служанки, разумеется! Кто же знал, что так приятно, когда тебя расчесывают? Дома я это делала сама, в парикмахерские не ходила, так откуда же мне это знать?