Екатерина Егорова - Капкан времени

— Как видишь, — подтвердила девушка, — и, пожалуйста, зови меня Виолетт.

Я отошла от картины и уселась за стол, где меня уже поджидал Том. Я заняла место с краю у окна, чтобы держать в поле зрения дверь. О Дэллании у меня еще будет время спросить, а сейчас желательно узнать самих хозяев. Виолетт подлетела к столу, неся в руках горшочек с варениками.

— Угощайся, — Виолетт поставила передо мной тарелку и наложила в нее вареников. Я взяла одну штучку — неплохо, с вишней.

Пока жевала, Том настырно разглядывал меня. Ох, не люблю, когда в рот смотрят. Виолетт поняла мое замешательство и поддела мужа локтем.

— Том, хватит так пялиться на нашу гостью. Дай ей нормально поесть с дороги.

Том ничего не ответил и продолжал следить за моей вилкой.

— Расскажи нам о себе, дорогая, — попросила Виолетт, усаживаясь рядом со мной. Я взглянула в ее темные глаза цвета топленого шоколада. Никаких задних умыслов, девушка была чиста и сердцем, и душой.

— Эм, даже не знаю, с чего начать, — смутилась я. Виолетт понимающе улыбнулась.

— Давай помогу. Откуда ты родом?

— Аверия, город Тиссшейл. Когда мне было пять, семья переехала в пригород неподалеку от Хьемьенга. Это второе измерение.

Виолетт кивнула. Она хоть понимала, о чем я говорила?

— Значит, ты не отсюда, — догадалась она. Кстати, по Виолетт не скажешь, что она ведьма. Может быть, я ошиблась и теперь выдавала тайны человеку, который не должен ничего знать об ином мире?

— А Вы ведьма? — выпалила я прежде, чем закрыла пасть рукой. Дура, дура, здесь ведьм сжигают, а сама-то была в шаге от того, чтобы превратиться в пепел. Глаза Виолетт округлились от ужаса. Нет, что я наделала? Том резко приподнялся с места, стол дернулся, и я уронила вилку от неожиданности. Ну все, сейчас тебя, безмозглую, отведут за ручку к местному шерифу и сдадут милому-премилому Красному, который собственноручно засадит пулю в сердце. Серебряную.

— Тише Том, — Виолетт повернулась к мужчине, ласково погладив его по руке. Том метал молнии, и я поежилась от его взгляда. Виолетт поднесла ладонь к его подбородку и повернула голову Тома к себе, встречаясь с глазами, — тише.

Как комнатная собачка, Том замер, не отрываясь, глядя в глаза жены. Точно ведьма. Уже через секунду Том снова стал спокойным семьянином и опустился на стул, принимаясь за еду. Виолетт вернулась ко мне.

— Дорогая, в этом мире не говорят то, что ты только что сказала. Это запрещено.

— Но почему? — не понимала я. Виолетт покачала головой, будто сожалела о своей бурной реакции.

— Потому что здесь следят за каждым произнесенным словом, за каждым действием, движением, за каждым человеком. Проверяют каждый его путь, каждую встречу. И у нас не разбираются, шутил ли ты или просто притворялся, ошибка ли, недоразумение. У нас не церемонятся с нарушителями порядка. Их ловят, сажают в темницу и выносят приговор. И он почти всегда одинаковый, без исключений даже для царской семьи.

Красный — царь. Знаете, а я не удивлена. Ни капельки. Он такой заносчивый, высокомерный и скользкий тип, что именно он и стоит у власти. Но последние слова Виолетт заставили меня задуматься. "Без исключений даже для царской семьи". Потом в памяти всплыла угроза девочки: "После того, что ты сделать, я могу повторить то же самое с тобой, папа". Холодок пробежал по телу. Красный сжег кого-то из своей семьи. Красный сжег кого-то, для кого он был дорог, и он обманул ожидания. Он кого-то сжег, Красный — еще больший монстр, чем я, чем Ам`мел, чем Повелитель, убивший свою жену в порыве мести. Красный был религиозно настроенным фанатиком, и он кого-то сжег…

— Как ты сюда попала, дорогая? — спросила Виолетт, прерывая мои размышления на тему: " Красный опять кого-то сжег". А он хотя бы любил того, кого сжег, или же у него и рука не дрогнула поднять факел? Если увижу его еще раз — порву глотку, обещаю.

— Длинная история, — увернулась я, но Виолетт ждала ответа. — Я ищу одного человека, который сможет помочь мне и моим друзьям.

— Так ты не одна? — удивилась Виолетт. Хм, неловко вышло.

— Не-ет, — осторожно сказала я. Нда, ребяткам дико повезло, что из-за важной персоны Эвелин к ним приехали на праздничек два демона и колдун, которые, к слову, еще и в розыске. Ха-ха, смешно. Я бы от такого впала в ступор.

— И сколько вас? — прищурилась Виолетт.

— Трое.

— Оу, — произнесла она, устремив взгляд в окно.

— И за нами погоня, — добавила я.

— Я уж поняла.

— Правда?

— Да.

— Как?

Виолетт пригладила растрепавшуюся косу.

— Наш дом — единственное место, которое не улавливают радары Кроко.

Я закашлялась, от смеха подавившись вареником.

— Кроко?

— В смысле, Мирона, — спохватилась Виолетт, озираясь по сторонам. Простите, Кроко?

— А почему Кроко? — осмелилась спросить я.

— Сокращенно от крокодила, — пояснила Виолетт, и меня накрыл очередной приступ смеха. Кроко… это еще круче, чем Красный. Улет, местные жители, оказывается, веселые парни. Виолетт не удержалась и тоже засмеялась.

— И что же этот Кроко, — на кличке я запнулась, невежливо хрюкнув, — такого сделал? Раз его ненавидит весь город, почему его не сгонят с трона?

Виолетт в мгновение ока стала серьезной.

— Потому что у него армия, — просто ответила она. Конечно же, армия. Как и у любого последнего гада, у Кроко (тьфу, не могу даже спокойно произносить его имя) была стайка головорезов, которая запугивала жителей. Чувствует моя непоседливая пятая точка, что намечается восстание со мною во главе. Та-да-ам, сотни лет люди ждали спасителя, который прискачет к ним в светящихся доспехах и спасет от Злого Тирана. И вот он я, полный гневной решимости, оскорбленный до мозга костей прынц.

— Почему именно ваш дом Кроко не замечает?

Виолетт чертила пальцем круги на скатерти.

— Наш дом располагается в особой точке, в центре пентаграммы. Это как замкнутое пространство, здесь скапливается огромное количество энергии, здесь совершаются лучшие ритуалы и приводятся в действие лучшие заклятия, но никто за пределами участка не способен уловить магические импульсы, как и мы не можем знать наверняка, притаился ли в огороде лазутчик Кроко.

Я соскребла с тарелки лакомые остатки вареников и, отправив их в рот, поблагодарила хозяйку. Виолетт убрала со стола посуду и направилась к лестнице, на ходу бросив:

— Пойдем, я хочу с тобой поговорить, — она кинула взгляд на своего мужа-тихоню, — наедине.

Странно, Виолетт хранила от мужа тайны. Она ведь не изменяет ему, нет? Уверена, Красный и за это сжигает — ему только повод дай.