Екатерина Егорова - Капкан времени

— Холодная, — оповестила она. — Подождешь, я согрею воду?

Неужто в котле?

— Не стоит, спасибо. Я закаленная.

Девушка подняла на меня глаза.

— Уверена? Вода из колодца.

Я опустила руку в таз. Ух, как в проруби.

— Пойдет.

— Хорошо, — девушка потянулась к тряпочке, которую я когда-то звала топом. — Позволишь?

— Что? — отпрянула я.

— Я принесу тебе новую одежду, — пояснила девушка, — эта уже непригодна для носки, и ты будешь сильно выделяться на фоне остальных жителей.

Ну, раз так, то ладно. Странно, почему хозяйка так стремилась привести меня в нормальный вид и почему она волновалась, буду ли я выделяться из толпы. И почему эти странные люди сразу же пропустили меня в дом как желанного гостя, лишь услышав имя Эвелин?

Я стянула с себя топ, не являясь скромницей, и сжала его в руках. Девушка выдернула его и понесла в другую комнату. Я не осмелилась следовать за ней. Одно дело раздеваться перед девушкой, которая, судя по внешности, являлась моей ровесницей, и совсем другое — расхаживать обнаженной по чужому дому перед женатиком. Через некоторое время хозяйка вернулась с новой одеждой. Я изумленно уставилась на нее.

— Платье? — переспросила я. Нет, конечно-же, как и любая модница, я любила платья. Обожаю шелк, атлас, велюр. Тащусь от коротких туник, облегающих тело, от глубокого декольте и удовлетворенных взглядов мужчин. Но, помилуйте, постсредневековое платье, расшитое кружевами, нежного персикового цвета?

— Смотри, что я откопала на чердаке, — девушка протянула мне платье. Я осторожно взяла его в руки и осмотрела. Ладно, со второго взгляда оно мне больше понравилось. Платье напоминало одеяние императрицы, но слегка поскромнее. От плеча до плеча тянулись крупных размеров кружева с мелкими бантиками посередине и по краям. Облокообразные рукава из легкой сетки придавали платью воздушный вид, узкий корсет едва ли затягивался на талии, но с ним проблем не возникнет — втяну живот, и завершал наряд купол юбки, еле прикрывающей колени.

Хозяйка помогла отмыть царапины от крови в особенности в местах, которые я не видела — на спине и шее. Общими усилиями натянули на меня платье. Корсет туго обвился вокруг талии, из-за чего я чувствовала себя неловко.

— Подожди, — сказала девушка, когда я уже собралась выходить, — теперь волосы.

После всей процедуры омовения хозяйка вывела меня в комнату и остановила перед зеркалом. Результат меня поразил. Волосы заплетены в косу, подобную той, что была у моей помощницы, но моя была приколота шпильками и закручена в бублик. В свойственной демонам манере тело излечилось от ран, и теперь платье открывало гладкие плечи без следов недавнего побега.

— Здорово, — произнесла я, любуясь своим отражением, — спасибо.

Девушка расцвела.

— Не за что, дорогая. Это минимум того, что я могу для тебя сделать.

Конечно, ее отношение ко мне как к какому-то иностранному послу, меня поражало, но, признаться честно, я было совсем не против этого.

— Отлично выглядите, мисс, — подтвердил Том. Я благодарно улыбнулась.

— А вы не должны спать? — спросила я, вспомнив, что по-хамски прервала их покой.

— Нет, что ты, — отмахнулась девушка, показывая на окно, — уже светает.

Я проследила за ее рукой. В окнах отражались розоватые лучи восходящего солнца.

— Пройдем на кухню, я приготовлю чай.

Том пошел вслед за женой на кухню. Еще немного потоптавшись в коридоре перед зеркалом, я пошла за хозяевами на веранду, которую они скромно называли кухней. Я могла предположить, что семья Деборри была далеко не самой бедной в районе. Круглый стол был накрыт чистой белой скатертью, на нем в хрустальных вазах лежали фрукты и ягоды, недавно сорванные в саду. Резные стулья стояли полукругом вокруг стола, их было не меньше шести. Я обошла комнату, заглядывая в каждый ее уголок. Вдоль стены протянулся шкаф из темного бука, на полках которого расставлены кухонные принадлежности и простые украшения в роде свистулек. Я прекратила изучение барахла и собиралась занять почетное место за столом, когда взгляд мой привлекло полотно, висевшее с краю от прохода на стене. Я подошла поближе, рассматривая изображенную на картине женщину с длинными черными волосами, обрамлявшими ее бледное немолодое, но смутно знакомое лицо. Нет, этого просто не могло быть. Хотя почему бы и нет? В последнее время происходило столько странных, не поддающихся логике вещей, что еще одна пара дров в общий костер тайны уже не изменит сути дела.

— Кто эта женщина? — спросила я. Девушка обернулась, расплываясь в теплой улыбке.

— Моя мать. Дэллания Бишоп.

Сноска:

2 июня суд признал виновной пожилую женщину Бриджет Бишоп, 10 июня она была повешена. По словам некоторых девочек, дух Бишоп являлся к ним. Другие свидетели показали, что её посещал дьявол. 19 июля 1692 года были повешены Ребекка Нёрс, Сара Гуд и ещё несколько женщин. Примечательно, что перед казнью, уже с петлёй на шее, Сара Гуд обратилась к священнику Николасу Ноесу, вовлечённому в судебный процесс, со словами: "Ты — лжец. Я не бо?льшая ведьма, чем ты — колдун. Отбери у меня жизнь — и Господь напоит тебя кровью". Слова оказались пророческими: через 25 лет Ноес, поражённый кровоизлиянием в мозг, умер, захлебнувшись собственной кровью. (Судебный процесс над салемскими ведьмами. Материал из Википедии — свободной энциклопедии)

Примечание автора:

Бриджет Бишоп — реальная личность, подвергшаяся обвинениям со стороны правительства города Салем, штат Массачусетс. Нет доказательств, что женщина действительно являлась ведьмой. Дэллания Бишоп — выдуманный персонаж, который нужен мне по книге, и дальнейшая информация, предоставленная о нем, будет не более чем вымыслом.

Глава 19

Глубокие морщины пролегли по некогда красивому лицу Дэллании Бишоп, придавая ей вид старой и умудренной опытом ведьмы. Такие рисунки можно встретить в детских книгах, они пугают и вызывают кошмары. Нет, я не считала Дэлланию страшной, в ней по-прежнему читались мягкие черты лица, а добрая полуулыбка придавала легкомысленный вид. Я провела рукой по скромной рамке без излишеств. Скромной женщине — скромная рамка. Это неправильно, так не должно было быть. Такой ведьме, как Дэллания Бишоп, нужна нормальная рамка, украшенная резьбой, раз на то пошло, или же отшлифованная до блеска.

— Так она ваша мать, — повторила я больше для себя, чтобы мысль уложилась в голове. Нет, я отказывалась в это верить. Пройдя через два портала, Дэллс просто не могла переместиться в мир, пятый по счету среди сотни других, и при этом оказаться матерью девушки, приютившей меня в своем доме, даже не узнав, кем же я являюсь. Какие добродушные недалекие люди. Я ведь демон! Скоро мне понадобится живое питание в виде сочной энергии, струящейся вместе с кровью по жилам. Что ж, звучит не так вкусно, зато на деле пальчики оближешь и добавки попросишь. Да, я была такой. Люди послушались лишь одного имени, которое значило для них так много, что они закрывали глаза на то, что в их доме теперь поселился монстр.