Попаданка для императора, или Истинную вызывали? - Любовь Песцова

Я скоро тоже начну бегать по дворцу и каждую встречную горничную называть госпожой?

— С вами, госпожа.

Я показательно перевела взгляд на собственное одеяние. Ну, может, дойдет уже до человека? Столько подсказок перед ней. Боги, пошлите ей капельку дедукции.

И нужно сказать, моя пантомима все же принесла результат.

— Ах да, вам ведь и переодеться нужно. Я распорядилась подготовить вам гардероб.

Сказав это, она указала на соседнее помещение, которое могло по размеру посоперничать с просторной спальней в моем родном мире.

— Вы уже выбрали себе туалет на сегодня? Если да, то я помогу вам одеться.

Я вздохнула. Ладно, она человек подневольный. Приказал Дамиан-Палкой-Не-Убьешь-Первый, и девочка исполняет.

Против императорских приказов вообще не попрешь. И то, что нынешний слегка… с приветом, дела не меняет.

И тут меня посетила дикая мысль!

А вдруг это именно после моего удара у него контузия и он свихнулся? Я что, испортила императора?

Хотя его испортишь, пожалуй.

— Переодеваться мне не нужно, и лекарь тоже не нужен. А вот поесть было бы неплохо. Я так понимаю, покидать эти покои мне… не рекомендуется?

Девушка кивнула и поспешно удалилась, видимо, чтобы не успела другие неудобные вопросы задать.

Ну, могла бы и не спешить. Вопросы у меня были явно не к ней.

Как же сложно стало жить! И куда делись времена, когда я думала только о том, как бы Тоби сковородой получше приложить?

Даже неприятность с графом Корбетт сейчас казалась сущим пустяком.

— Почему я бью почти всех людей, которых встречаю? Такое ощущение, что в прошлой жизни я была не Леной «полторашкой» с пороком сердца, а как минимум Чаком Норрисом! Вот правильно я себя с Чикатило сравнивала. Наклонности нездоровые прослеживаются.

Вообще, привычка не самая хорошая. От нее следовало бы избавляться. Вопрос в том, как, если жизнь заставляет, а поведение окружающих так и просит познакомить их с чугуном животворящим!

Весь день я провела в этих покоях. Веревку из простыни не сделала, четки из хлебного мякиша тоже. Зато активно вспоминала блатной шансон. Просто на всякий случай. Чтобы в моем арсенале были варианты не только физической расправы над оппонентом, но и психологические пытки.

Нет, можно было бы попытаться продумать еще один план побега. Но зачем? Пока это бессмысленно. Нужно узнать, что меня ждет дальше и почему меня вообще здесь заперли.

Судя по словам императора в том сарае, наказывать меня вроде бы не собираются, наоборот, наградить могут.

А если собираются, то один фиг далеко не сбегу. Тут есть такая великая вещь, как ауры, которые отслеживаются лучше любых отпечатков пальцев. Так что просто поэтично «раствориться в ночи» не получится. По крайней мере, пока не придумаю, что с этими аурами делать и как маскировать.

Уже после того как за окном стемнело, дверь комнаты в очередной раз открылась. Но на сей раз это была не милая девушка, продолжавшая называть меня госпожой. Это был тот, кого мне нельзя было быть. Хотя очень хотелось.

— Привет, — сказал он, как ни в чем не бывало. — А ты почему к лекарю не пошла?

Нет, все же мои догадки были верны. Тогда моя роковая палка что-то повредила в императорском мозге. И как теперь жить, если страной будет управлять оно?

Глава 38

Император посмотрел на меня.

Я посмотрел на императора.

Но всю сюрреалистичность данной сцены осознавал, кажется, только один из нас.

— Приветствую вас, Ваше Императорское Величество, — сказала я, отвесив глубокий поклон.

Послышался тяжелый вздох. Но головы я не поднимала, и видеть выражение его лица не могла.

Собственно, я так и осталась в согнутом положении, поскольку на аудиенции с императором следует замереть и не дышать, пока он не позволит.

— Элейн… Не надо, прошу.

И такой голос грустный. Зараза! Мне его что, теперь пожалеть еще?

Обойдется! Себя жалеть нужно, а не императоров всяких разных. Их и без меня найдется кому пожалеть!

Но отвечать я ничего не стала, опасаясь, что голос подведет.

Вот ведь дура чувствительная! Кто бы меня сковородой приложил, чтобы мозги на место встали?

Послышались тихие шаги, а потом он обхватил мои плечи, заставляя подняться из затяжного поклона.

Лена, не поддавайся на провокации венценосных поедателей яблок! Продолжаем изображать дуру.

— Я сделала что-то не так, Ваше Величество?

Он вздохнул, не ответив. И, кстати, руки с моих плеч так и не убрал.

Эх, поясница ведь болеть будет, если продолжит стоять в таком положении! А с меня потом спросят за порчу императора. Еще одну…

— Прекрати называть меня так!

В его голосе послышалось небольшие рычащие нотки. Но я не поддавалась. Все так же опустив глаза в пол и изображая полную покорность, я спросила:

— Как мне называть вас, Ваше Величество?

— Я понимаю, что немного запоздал с тем, чтобы нормально представиться. Меня зовут Дамиан... Ну, ты знаешь. Демоны! Элейн, прошу, не делай вид, что ты меня не знаешь.

— Что вы, Ваше Величество, как я могу вас знать? Я ведь обычная служанка, бывшая крестьянка, мне не почну даже разговаривать с вами.

Он вздохнул. Тяжело. Прерывисто.

А затем, наконец, отпустил мои плечи и, сделав круг по комнате, присел на кресло у окна, свесив голову.

— Не прибедняйся. Крестьянки не обладают магическим даром и не имеют шансов попасть в личные камеристки графини Корбетт, а затем и в штат принцессы Виндзора.

Ну да, как я могла подумать, что папка с моим личным делом еще не была изучена Его Величеством.

Сволочь!

Сколько меня за нос водил, заставил думать невесть что! А сам сидел с полным досье на меня, потешался?!

— Поразительная осведомленность, — прошипела я, а потом вспомнила, с кем разговариваю, и добавила, — Ваше Величество.

Впрочем, в этом обращении было слишком много шипящих.

Ох, не к добру это.

Лена, держись. Нельзя посылать императора по твоему любимому маршруту! Даже если очень хочется.

Черт, ну как же бесит! Меня принцесса с ее заскоками так из себя не выводила!

Ну, с нее что взять? Изначально понятно было, что из себя представляет.

А этот! Притворялся приличным! Яблоки ему во все труднодоступные места!

Голова начала слегка кружиться, но слоумо почему-то не появлялось. И это означало только одно. Если не оглушу сковородкой императора, то обматерю точно!

До взрыва осталось немного.

— Всех из посольства тщательно проверяли еще до того, как вы пересекли границу.

— Плохо проверяли, — огрызнулась я. — Про крестьянку я не шутила. Ну, может, землю я не пахала, но лучше бы так. Работа приличная, нужная, уважаемая.