Связано с любовью (СИ) - Брай Марьяна

– Но я под опекой доктора, и без него вы не имеете права распоряжаться моей жизнью, - я решила, что у меня есть козырь в рукаве, но он оказался просроченным…

– Вы не потрудились точнее узнать законы, дорогая Розалин. Вот если бы у мистера Барта была жена, и вы жили бы в их доме, опека имела бы смысл, а то, что вы оформили – сущая ерунда. А теперь уже процесс не остановить, и вся сводка на вас передана в канцелярию. Поэтому, я не советую больше ничего выдумывать. Сегодня среда. В следующую среду мы приедем за вами, а по пути заберем и матушку, которая имеет право решать где ей пребывать, - высказавшись он улыбнулся теперь на полную катушку – таких зубов, скорее всего, не видел даже Голливуд.

Марита оттащила меня назад и захлопнула дверь. Я будто оказалась в какой-то безэховой камере и не слышала вообще ничего, и только удары сердца – ровные и глухие, как часовой механизм на старых часах с кукушкой, что висели в дедовой комнате в моем детстве. Эти удары были слышны лишь в полной тишине, и сейчас была именно она.

– Я за Флорой, она велела сразу ехать за ней, если приключится что-то подобное, - накинув пальто и шаль, на ходу сказала Клара.

– А мы сейчас сделаем чай и придем в себя, - взяв меня под руку, нежно. словно говоря с ребёнком или с умалишённой, сюсюкала Марита. Сесилия и Молли суетились в кухне, разжигая печь, наливая чайник. Они лишь на секунду поднимали на меня глаза, но потом сразу отворачивались.

Иногда горе это то, что мы привыкли им считать, и сейчас я понимала, что сегодняшний приход этих двух стервятников – горе, потому что, скорее всего, выхода из ситуации я не найду. Ресурсы, как денежные, так и моральные ограничены. Если бы я видела заряд своих жизненных сил как термометр с делениями, то он был бы ниже нуля.

Горячий чай и воркование девушек возвращало меня к реальности. Я слышала, как Марита рассказывает вернувшемуся с деньгами Дирку о наших гостях, как он хмыкнул в конце ее рассказа. Обычно, когда случались непредвиденные ситуации я находила в себе много больше сил и идей для их решения, но сейчас, видимо, сказывалось то, что это тело с его неокрепшей нервной системой резко сдавало. Хотелось накрыться одеялом и уйти от забот, надеясь, что произойдет чудо.

– Рузи, милая, это мы, - от дверей, словно колокольчик, зазвучал голос Флоры. Наверно, она была единственным человеком здесь, которого я считала взрослым, с которым можно было себе позволить оставаться хоть на чуточку ребенком.

– Флора, Оливия, - я вышла из гостиной, где девушки, пытаясь хоть как-то вернуть прежнюю обстановку, продолжали вязать, пока я сидела на диванчике с ногами с чашкой чая на травах. – Я рада, что вы пришли, только, боюсь, это ничего не изменит - отец Марк хорошо подготовился.

– А вот и нет, дорогая. У мамы для всего есть решение. Так и сейчас, у нас есть решение для тебя. То, что я берегла для себя, в случае, если мы действительно останемся без денег, готова отдать тебе, - с улыбкой Оливия обняла меня. – Идемте в кухню, пусть Марита сварит нам кофе. Девушки, а вы пока можете продолжать, заказов очень много, - с этими словами Оливия пропустила Мариту из гостиной, закрыла двери, и подтолкнула меня в сторону кухни.

– Та-ак, Оливия, ты меня заинтриговала. Думаю, рассказывать вам ничего не нужно? Клара все рассказала вам? – меня усадили за стол, и под уютные звуки у плиты, где Марита варила кофе, Оливия начала рассказ. Было странно, что теперь говорит она, а не мать. Всегда было наоборот, но в том, как она говорила, как ставила ударения, как жестикулировала, читалось очень много. Девушка была умна.

– Ты, наверное, помнишь, что матушка говорила о моем замужестве. О том, что мне придется выйти замуж за деньги, - она хихикнула над тем, как правильно подобрала слово.

– Да, помню, - ответила я и тоже улыбнулась.

– Ну так вот, а теперь давай представим, что есть мужчины, которые хотят жениться на деньгах, Рузи. И их очень много. Но, мы должны исключить мужчин без титула, потому что это… - она замялась на минуту, вспомнив, что у меня его тоже нет, как и у Мариты, что обернулась сейчас, внимательно прислушиваясь к разговору. Кофе был готов, и она ждала пару минут, прежде, чем начинать разливать его по чашкам.

– Потому что это путь в никуда, Оливия. Я понимаю, о чем ты. Мне нужен муж, чтобы имелся настоящий опекун, и нужен титулованный муж, чтобы я смогла развивать дело, - решила я помочь ей.

– Первое – да, а второе, Рузи, Оливия хотела сказать, что это не комильфо. При чем здесь развитие дела, дорогая? – вдруг вступила в разговор Флора, принимая чашку кофе от Мариты.

– Поправьте меня, коли я не права, - начала я и отхлебнула свежезаваренный кофе со сливками. – Только титулованные особы имеют право на мануфактуру, магазины и прочие цеха и заводы, а наше дело хорошо продвигается, и не исключено, что через пару лет мы уже начнем нанимать людей, и для этого нам нужны будут другие помещения. А еще… - я не хотела озвучивать этого, но решила, что сейчас, в очень тесном кругу я могу поделиться своими планами. – Я хочу свой прядильный и покрасочный цех. Это позволит сильно удешевить процесс. Я не видела ни одного завода здесь, где был бы полный цикл работ. А это позволяет сильно экономить.

– Ты хочешь свой завод? – глаза Оливии расширились так сильно, что я даже улыбнулась, подумав, что они вот-вот выпадут.

– А зачем тогда все это, Оливия? Всю жизнь вязать в комнате? Нет, у меня большие планы и на вас тоже, так что, не советую останавливаться, а больше узнавать, пронюхивать и делиться всем, что вы услышите. И так, что там по поводу титулованного мужа? – я почувствовала, как тревога по чуть отступает, и впереди забрезжил свет.

– Есть трое, которые тебе идеально подойдут. Я хотела найти им пары, и на этом подзаработать. Ну, знаешь, как бывает… Мужчина обращается к женщине с вопросом – есть ли у нее знакомые состоятельные женщины, которым нужен титул. Много подобных мужчин, но мало женщин, которые понимают важность титула. Наоборот – много больше предложений, - вновь вступила в разговор Флора. – Я готова не брать с них деньги, потому что это твои деньги.

– И? – я поняла, что прямо сейчас мне нужно решиться на ту самую покупку, над которой недавно смеялась – я должна купить себе мужа!

– У нас только неделя. Поэтому, чтобы не тянуть, нужно все оформить до воскресенья. Пока церковь получит уведомление о твоем браке, нужно не менее трех дней. Мы не станем давать объявления о помолвке, в воскресенье ты станешь женой одного из этих трех мужчин, и все, - улыбаясь закончила Флора, а я сидела, и как кукла хлопала ресницами.

– Э-э… Флора, почему их трое? Ты говорила, что мужчин много? – я понимала, что ничего не понимаю.

– Потому что эти трое – самые перспективные. Им от семидесяти до восьмидесяти шести лет. Один из них бездетен, но его условие – жена должна жить в его особняке. Но он граф! – подняла палец к потолку Флора. – И еще двое бароны, но без особых запросов. Неделя в особняке для вида, и ты можешь жить где хочешь и как хочешь, единственное условие – никаких отношений на виду, дабы не порочить честь мужа.

– Во-первых, у меня маловато денег, Флора, а во-вторых, у них могут быть родственники, которые этого не допустят, - ответила я.

– Два вышеописанных жениха на содержании своих внуков и племянников. Средства, на которые они живут – очень ограничены, поскольку они заядлые франты, причем, один из них играет, как и мой муж. Они привыкли к роскоши, к большому количеству обслуги, хорошему столу, охоте.

– Но разве я смогу содержать их? – я сейчас поняла насколько это все выпукло и дорого.

– Да. Сразу тысяча серебряных и содержание – сто серебряных в месяц. Договор на его содержание на два года, и один из них твой. Тот, что не играет, - быстро, словно готовила эти предложения и выучила наизусть, автоматом ответила Флора. – Это лакомый кусочек, детка.

– А его дети? – осторожно спросила я.

– У него есть племянники по кузену. Держат его в чистоте, хорошей одежде, чистом особняке, выдают сотню серебряных кроме того, что обслуга и конный двор его тоже оплачен, но ему недостаточно. Он хочет посещать приемы, - Флора сказала это каким-то другим голосом, видимо хотела спародировать его.