Пророчество души (ЛП) - Брэдфорд Крис

Тарек вышел из пикапа и осторожно осмотрел дорогу. Он вернулся мрачным, держал в руке крохотную разбитую камеру.

— Это дрон, — сообщил он. — Видимо, у него отключился навигатор, когда он влетел в мертвую зону.

Страх охватил меня, разбитая линза камеры, казалось, глядела на меня и насмехалась.

— Блин! Танас на хвосте, — сказала Джуд, ударив по панели приборов от злости.

— Тогда нам нужно скорее в Хейвен! — приказал Феникс.

37

— ВЫ ОСЛУШАЛИСЬ ПРЯМОГО ПРИКАЗА! — ревел Гоггинс, лицо было бурей, как и голос. Коты в прихожей Хейвена испугались и убежали в укрытие или из комнаты. — Вы рисковали собой! Хейвеном! И рисковали САМИМ СВЕТОМ!

Я стояла, потрясенная и пристыженная, в буре ярости главного Защитника. Феникс, Джуд и Тарек тоже были ошеломлены таким пылом. Гоггинс хмуро глядел на нас, его тихий гнев был опаснее криков.

— П-простите, — сказала я. — Это не их вина. Я…

— ПРОСТИТЕ? — рявкнул Гоггинс, вены выступили на его мускулистой шее. — Вы говорите, что вас преследовал дрон, а потом извиняетесь? Конечно, это их вина! Они должны были знать лучше. Для чего их обучение в этой жизни и прошлых, если они принимают такие безрассудные решения и совершают глупые ошибки?

— Гоггинс, что сделано, то сделано, — спокойно сказал Калеб. — Дженна в безопасности, Джуд и Тарек целы, Феникса спасли, — его он был мягким, но я заметила, что Калеб крепко сжимал костлявыми пальцами набалдашник трости, мог отломать его. Он переживал не меньше Гоггинса.

— Но какой ценой? — процедил Гоггинс. Он хмуро посмотрел на Феникса. — И для чего? Скажите?

— И я рад тебя видеть, отец, — ответил Феникс со сдавленной улыбкой.

Я опешила. Отец? Я знала из отчета полиции, который мне как-то показывала Шоу, что мать Феникса была из Мексики и умерла в аварии, а его отец был «Неизвестен». Но было сложно увидеть сходство между мужчиной-горой Гоггинсом и моим худым Защитником.

— Не в этой жизни, — объяснил Феникс, заметив вопрос в моем взгляде. — Гоггинс — мой первый отец, Духовный Отец. Ты можешь помнить его как Зубери, главу племени хакала.

Я вспомнила древний Проблеск, где Асани учил меня владеть топором, и Зубери хмурился. Выражение лица главы не поменялось за тысячи лет.

— И потому я так разочарован, — прорычал Гоггинс. — Как мой Духовный Сын, ты не должен был совершать такие беспечные ошибки и позволять дронам следовать за вами, и теперь Хейвен и все Первые Предки тут в опасности!

Масштаб глупости нашей миссии спасения стал понятен. Я опустила в раскаянии голову.

— Я не хотела подвергать опасности Первых Предков, — сказала я с мольбой. — Только спасти своего Защитника.

— Понимаю, — прорычал Гоггинс. — Но в итоге общая безопасность нарушена!

Эмпоте, который стоял в стороне, кашлянул.

— Я понимаю, ущерб был нанесен, но это не катастрофа. Я скрою следы, поеду по пустыне и уведу Охотников. Дрон довел Танас и ее Охотников только до города шахтеров.

— Спасибо, Эмпоте, — сказал Калеб, проковылял и обнял Целителя. — Твоя помощь так нужна. Ты вернул Дженну целой, это важно.

Они обнялись, я заметила, что Эмпоте что-то шепнул на ухо Калебу. Голубые глаза Калеба чуть расширились, взглянули в мою сторону. Последовал короткий напряжённый разговор, и я легко поняла, что они говорили о Пророчестве. Калеб едва заметно тряхнул головой, Эмпоте кивнул и улыбнулся. Но Калеб не ответил тем же, он был обеспокоен сильнее, чем раньше. Пожав руку, Калеб попрощался с Эмпоте.

— Береги себя, старый друг. Держи голову на плечах, — сказал он громко.

— И ты, — ответил целитель и добавил, пристально глядя. — Верь в себя. Время иное.

Выйдя наружу, Феникс, Джуд, Тарек и я попрощались быстро с Эмпоте. Я еще раз поблагодарила его за исцеление, ощущая с ним связь внучки. Он сжал мои плечи, его большие ладони держали меня так, словно я была юным деревцем, которое он собирался посадить.

— Будь Светом, который помогает другим видеть, — шепнул он мне. — Загляни в себя, чтобы зажечь искру! — он забрался в потрепанный пикап и уехал, врата Хейвена быстро закрылись за ним.

— Феникс, Джуд, Тарек, идите со мной! — яростно приказал Гоггинс, уже шагая в сторону Мерцающего Купола. — Нужно оценить ущерб.

— Ты в порядке? — спросил у меня Феникс, заметив мой далекий взгляд.

Я кивнула.

— Просто переживаю за Эмпоте, — сказала я часть правды. Конечно, я переживала за Эмпоте. Он рисковал из-за нас, но меня больше тревожило бремя веры целителя, что я из Пророчества.

Феникс разглядывал мои глаза, ощущая, что это был не весь ответ.

— Не переживай. Он будет в порядке. И не кори себя из-за слов Гоггинса. Твои намерения были хорошими. Я бы так и сделал на твоем ме…

— ФЕНИКС! — рявкнул Гоггинс, нетерпеливо маша ему идти.

Феникс тепло улыбнулся мне.

— Увидимся позже, — пообещал он, сжал мою ладонь. Феникс поспешил за другими, Тарек помахал мне, Джуд смотрела холодно, взгляд не удавалось прочесть. Я помахала в ответ, прошла в прихожую Хейвена и устремилась к водному саду.

Я нашла Калеба, глядящего на кои в пруду, напоминая своих котов. Он не поднял взгляд, когда я подошла.

— Ты знала, что если поместить карпа кои в аквариум, он вырастет всего до трех дюймов? — рассеянно сказал он. — Но в большом пруду или озере, где он свободно движется, тот же кои вырастает в полный размер, около двадцати дюймов?

— Я этого не знала, — ответила я, изумленная его словами. — Послушайте, Калеб, мне жаль…

— Просто интересно, каким бы был их размер в океане, — он будто не слышал меня. — Конечно, морская вода убила бы их, ведь это пресноводная рыба…

Он утих и глядел на пруд, его взгляд следил за большим золотым карпом.

— Калеб, я подвергла Хейвен опасности? — спросила я, вина давила на меня.

Не глядя на меня, он ответил:

— Как я и говорил, нужно привести сюда, а дрон, к счастью, вырубился в мертвой зоне, — он высыпал в пруд немного еды для рыб, смотрел, как карп жадно ел. — Если повезет, Хейвен останется скрытым от Воплощенных. Жаль, что твое маленькое приключение увеличило риск раскрытия.

Разочарование в его голосе было больнее воплей Гоггинса. Я подвела Калеба и всех в Хейвене. Напряженная тишина окутала нас, мы стояли у пруда, глядели на голодные рты карпов, пока они ели.

Через минуту я робко спросила:

— Эм… Эмпоте говорил вам что-то… обо мне?

Калеб поднял взгляд, словно его испугали.

— Прости, Дженна? Я немного отвлёкся, — он напряженно улыбнулся. — Прости, мне нужно помедитировать из-за нашей ситуации, — он бросил остатки еды в воду, пошел прочь, хромая, трость стучала по тропе, пока он не пропал за углом, двигаясь к стеклянной пирамиде.

Я осталась у пруда, не зная, как понять реакцию Калеба. Он еще злился на меня? Или пытался не говорить о Пророчестве? Как бы там ни было, он был странно взволнован и даже напуган.

38

Отчаянно нуждаясь в душе и отдыхе, я пошла по саду во двор, а оттуда к своей квартире. Сантьяго, Мик и Цзинтао сидели за столом, говорили. Они умолкли и повернулись, когда я вошла. Я робко помахала, но Сантьяго нахмурился, Мик что-то буркнул ему, а Цзинтао холодно смотрел. Печалясь из-за холодного ответа, я пошла по дорожке к своей квартире. У двери я услышала мяуканье, меня встретила Нефертити, потерлась об мою ногу, громко урча.

— Привет, Нефе. Хоть ты меня тепло встретила, — я подняла ее и нежно погладила.