Страж. Часть 1 (СИ) - Зеа Рэй Даниэль

Он поцеловал. Потом еще раз поцеловал. Потом снова поцеловал. И спустя две минуты они опять оказались на кровати.

– Только не выскакивай, – шептала Эйлин. – Прошу тебя… Я люблю тебя. Только не… – она начала сокращаться и Далий понял, что, если сейчас выскочит, Эйлин ему этого никогда не простит.

Никто не поможет тебе на пути. Будет тяжело и одиноко, но ты все равно шагай вперед. Смирение – это не слабость, Далий, а сила, которую не каждому дано обрести. Ты сильный и ты справишься.

– А как же суженая моя? Вы не скажете, кто она?

– Она тебя спасет.

– Спасет от чего?

– От одиночества, – ответила Эльза.

– Спасибо, – удовлетворенно прошептала Эйлин и обняла его.

– Тебе не больно?

– Нет. Я как будто к этому всю жизнь готовилась, – засмеялась она.

– Я все равно считаю, что это – низко с моей стороны, – прокомментировал Далий.

– Я протяну тебе руку, – Эйлин погладила его щеки и поцеловала, – и возвышу до небес.

– Уже возвысила, – он прижал ладонь к ее животу. – Причем, неоднократно, – лукаво улыбнулся он.

– Страж Свен, вы не перестаете меня сегодня радовать, – томно произнесла она, вытянула из-под покрывала подушку и уложила ее себе под бедра.

– А это что такое? – нахмурился Далий.

– Говорят, так быстрее, – поиграла бровями Эйлин.

– Кто говорит? – улыбнулся Далий.

– Все, – она пожала плечами.

– Быстрее по-другому, – он провел языком вдоль ее ушка.

– И как именно? – она хитро усмехнулась.

– Сейчас покажу, – Далий вытянул из-под Эйлин подушку. – Не могли бы вы поднять вверх свои прекрасные длинные ноги, Ваше Высочество?

– А вы весьма выносливы, страж Свен, – Эйлин подняла ноги.

– Я после семи лет воздержания, Ваше Высочество, – он погладил их и опустил себе на плечи.

– Ох, страж Свен. Если бы я знала, какой вы озорник, мы бы с вами начали грешить гораздо раньше!

– Если бы я знал, какая вы распутница, Ваше Высочество, совратил бы Вас лет семь назад!

***

В семь утра Тильда набрала Биту и попросила его заехать в магазин. Услышав, что она попросила купить, Бита перешел на шепот:

– Тебе же нельзя, Тильда…

– Покупай и молчи. Как друга прошу.

– Дорогая… Ты сильно рискуешь.

– Бита, я жду.

– Понял, уже еду.

Через час он был уже у нее. Тильда забрала у него пакет и пошла в свою комнату. Зимер приготовил завтрак на двоих и заварил Тильде чай.

– О! – она вернулась на кухню в приподнятом настроении и чмокнула Биту в щеку, – спасибо, дорогой!

– Тирий бы приревновал, – Бита засмеялся и подмигнул ей.

– Как твоя супруга поживает? – поинтересовалась Тильда, ковыряясь вилкой в омлете.

– Передавала тебе привет, – Бита пододвинул кружку с чаем поближе к Тильде. – Пей.

– Не хочу. Меня мутит, если честно.

– Объясни мне, почему я привожу тебе тампоны и прокладки, в то время как счастливый будущий отец… – Бита специально осмотрелся по сторонам, – кстати, а где он?

Тильда спрятала лицо за кружкой с чаем.

– Ты вообще собираешься ему что-нибудь говорить? – Бита помахал руками, чтобы привлечь внимание Тильды. – Или подождешь, пока животик округлится?

– Пока не решила, – признавалась Тильда.

– Детка, он хороший мужик.

– Он выбрал клан, а не меня, – она отпила и поставила кружку на стол. – Не хочу о нем говорить. Давай, лучше, о жене твоей пощебечем. Как у нее дела?

– Стабильно дерьмово. Жить, прикованной к кровати, знаешь ли, тяжело.

– Но ведь это не ты напился и сел на байк. Не ты сломал себе шею при падении. Не ты остался обездвиженным на всю жизнь. Ты женился на ней, заключив сделку: хороший уход в обмен на наследство. А потом встретил Тирия. И теперь страдает не только твоя липовая супруга, но еще и Тирий. Скажи, деньги того стоят?

– Такие деньги – стоят, – кивнул Бита. – Она знает, что я вернусь домой, обниму ее и буду держать за руку, которую она не чувствует, пока мы вместе смотрим кино. Иногда, Тильда, мы нуждаемся именно в этом.

– Чтобы кто-то посмотрел с нами вечером фильм?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Чтобы кто-то держал нас за руку, пусть даже мы этого не чувствуем.

Тильда съела омлет и выпила чай.

– Умница, – улыбнулся Бита.

– А теперь к делу. Что ты узнал о работницах Югалы?

– Этот крендель – Пит Новак – не соврал. Были две мьерки, которые умерли от передозировки. У обеих не было близких родственников. И обе воспитывались в приюте клана Югалы.

– Хочешь сказать, что Югалы сироткам помогают, а потом отправляют их хлеб отрабатывать?

– Я достал списки детей из этого приюта за последние десять лет, – Бита вытащил из кармана сложенный вчетверо лист бумаги и передал его Тильде. – За это время двадцать три девочки из этого приюта достигли совершеннолетия и покинули стены родной обители.

Тильда открыла список и пробежала взглядом по фамилиям.

– Угадай, сколько из них умерли от передоза? – спросил Бита.

Тильда напряглась, ожидая услышать страшный ответ.

– Семеро, – подсказал Бита. – Да, дорогая, это слишком много, чтобы закрыть на это глаза.

– С кем-нибудь из живых удалось поговорить? – спросила Тильда.

– Пока я нашел только троих, – Бита указал на фамилии в списке. – Одна из них, – он постучал по имени пальцем, – согласилась со мной встретится. Встреча завтра в одиннадцать.

– Меня с собой возьмешь?

– Я подумаю, – ответил Бита.

– Зимер! – она явно была возмущена его заявлением.

– В твоем положении нужно лежать дома в кровати и наслаждаться покоем.

– Ты же знаешь, что я так не смогу, – она подмигнула ему.

– В этом-то и проблема, Тильда. Ты с врачом уже говорила?

– О чем ты! – воскликнула она. – Я сама только пару часов назад узнала.

– Запишись к врачу и обсуди свое положение с ним. Потом сообщи Мортону и брату новости. Только все, как есть, расскажи, а не по верхам пробегись. А после этого поговорим о твоем дальнейшем участии в этом деле, – Бита встал и начал собирать посуду со стола.

– Что, кому и когда говорить я буду решать сама, – не скрывая злости, заявила она.

– Тильда, у тебя еще есть время изменить решение и прервать беременность, – Бита составил посуду в раковину.

– Уходи, – прошипела она.

– Я правду говорю! – он обернулся к ней. – Не играй с огнем. Прерви и забудь!

– Сейчас тебе лучше уйти, – она встала. – Немедленно.

– Я – твой друг, Тильда. И я тебя люблю, – он подошел к ней и обнял. – Не злись. Просто ты не можешь получить все только потому, что очень сильно этого хочешь.

– Уходи, – в третий раз произнесла она.

– Как скажешь, – он поцеловал ее в щеку и ушел.

***

Эйлин заехала домой, чтобы переодеться. Отца по дороге в свою комнату и обратно из нее она не встретила, чему была очень рада. Ровно в десять утра она вошла в комнату для допросов и присела на стул рядом со своим клиентом.

– Доброе утро, дорогая Эйлин, – Дебуа учтиво кивнул. – Выглядите отдохнувшей и полной сил.

– Благодарю, – сдержанно ответила она.

– Не волнуйтесь, я не собираюсь отвечать ни на один из вопросов, которые они для меня приготовили. Поэтому мы долго здесь не пробудем. Максимум час.

В комнату вошел один из старших стражей и положил папку с документами на стол.

– Здравствуйте. Меня зовут…

***

Поскольку Мортон на завтрак не явился, как, собственно, и Тайрин, Дамьен поел в одиночестве и пошел разговаривать с братом сам.

Мортон спал на застеленной кровати в окружении поломанной мебели и разбросанных повсюду книг.

– С добрым утром! – Дамьен потрепал его за плечо и Мортон зашевелился. – Виски или болеутоляющее? – спросил он у брата.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Болеутоляющее, – промычал Мортон себе под нос.

– Понял. Сейчас организуем.

Через час Мортон выглядел довольно сносно и мог нормально говорить. Он вошел к Дамьену в кабинет и тут же присел в кресло.