Хлоя Нейл - Опустошенная

— А Корнелиус не согласился?

— Я слышал, старик считал, что Франклин слишком погряз в человеческих делах, чтобы эффективно управлять Домом. Фрэнк очень уж заботился о престиже, слишком увлекался быстрыми машинами и человеческими девушками, что не осталось не замеченным представителями старой закалки в Доме на восточном побережье.

— Дай угадаю, — сказала я. — ГС считает его амбициозным и готовым сотрудничать, пусть даже в ущерб другому Дому, и поэтому они назначили его распорядителем Дома Кадогана. Он же рассчитывает, что, приехав сюда, он подставит Чикагские Дома, получит поддержку ГС, и в итоге все шито-крыто и у него место под солнцем.

— Для меня все выглядит именно так.

Я перевела дыхание. Столько напастей, и вообще-то лишь их малая часть по вине Дома Кадогана. Какова бы ни была первоначальная цель создания ГС и Домов, теперь их использовали для удовлетворения самолюбия и манипуляций. Может, прав Джонах насчет Красной Гвардии.

— А они не воспримут как угрозу, что мы придем вооруженными?

— Только если нам повезет, — сказал он. — Пойдем.

Сверкала молния. Мы побежали в сторону башни. С виду она узкая и разваливающаяся. Открытый дверной проем ведет к винтовой старой каменной лестнице. На деле она не лучше, чем выглядят. Поднявшись на одну ступеньку, я остановилась, дабы убедиться, что лестница не рухнет под ногами.

— Подниматься на самый верх?

— Ага. Думаю, они предпочитают жить выше, чем люди.

Он стал подниматься. Вцепившись в перила, я медленно последовала за ним. После нескольких минут сжигания калорий на бедрах, мы достигли верхней площадки.

Дверь ведет в огромную комнату. Огромная, сделанная из вертикальных деревянных досок, она висит на двух гигантских круглых филигранных петлях.

— Красивая дверь, — сказала я.

— Они известны своей любовью к красоте, — сказал Джонах и посмотрел на меня. — Готова?

— Я уже мысленно склоняюсь к весьма негативному развитию событий. Если впоследствии наши конечности останутся на месте, и нас не ранят серебряными коллами, можно будет считать это победой.

— Хорошо сказала.

Он глубоко вдохнул для храбрости, достал из кармана золото, зажал его в кулаке и постучал в дверь.

Через некоторое время дверь со скрипом открылась. В дверном проеме возник мужчина в черном — фэйри в такой же одежде и такого же телосложения, как и те, что охраняли Дом. Он быстро задал вопрос, на непонятном мне гортанном языке. Наверное, на Гаэльском.

— Соблаговолит ли королева принять нас? — спросил Джонах.

Фэйри предвзято смерил нас взглядом.

— Кровопийцы, — сказал он.

Прозвучало как оскорбление.

— Мы те, кто мы есть, — ответил Джонах, — и не стараемся этого скрыть. Мы здесь как посланцы от вампиров.

При упоминании о вампирах фэйри поджал губы.

— Ждите, — сказал он и захлопнул дверь перед нашими носами.

— А что еще нам делать, — пробормотал Джонах.

— Да ты сегодня не собираешься штурмовать территорию фэйри?

— Не в списке приоритетов, — сказал он. — Но и совсем исключить нельзя.

— А то, — ответила я.

Не успели мы начать мерить шагами лестничную площадку, как дверь открылась вновь, и фэйри пристально посмотрел нас своими иссиня-черными глазами.

Не прошло и секунды, как его катана оказалась у моего горла. Второй охранник, женщина, уперла катану в спину Джонаху.

— Мы приглашаем вас в жилище королевы, — сказал фэйри. — Отказ сочтут за грубость.

Глава десятая

ЧАЕПИТИЕ БЕЗУМНОГО ШЛЯПНИКА

Мы подняли руки в воздух.

— Как можно отказаться от такого любезного приглашения, — сухо сказал Джонах.

Фэйри опустил меч, чтобы мы могли пройти, но та, что сзади тыкала свои мечом нам в спину, будто мы животные, пока мы не вошли в комнату. Оказавшись внутри, они закрыли и заперли дверь на засов и снова встали подле нас, держа катаны наготове.

Не знаю, что я должна была ожидать увидеть в доме королевы. Старинную однообразную обстановку, покрытую толстым слоем пыли и паутины? Разбитое зеркало? Прялку?

Круглая комната на самом деле больше, чем кажется снаружи, учитывая, что башня узкая. Чистая и обставленная простой отёсанной деревянной мебелью. В противоположном конце комнаты — кровать с балдахином, по круглым, каннелированным столбикам которой вились лозы. За счет них в воздухе пахло гардениями и розами. Рядом стоял гигантский грубо обтесанный стол из выгоревшей древесины. Стены задрапированы шелком василькового цвета, однако окон нигде не наблюдалось.

То, что я приняла за изысканную люстру на потолке, при ближайшем рассмотрении оказалось облаком из бабочек данаид монархов. Несмотря на отсутствие лампочек, от люстры исходило неземное, золотистое сияние.

А катаны были не единственным оружием. Напряжение в комнате изменилось, когда внезапно донеслись отголоски колыбельной, которую играли на старинном детском инструменте. Тонкая ткань балдахина отодвинулась… и появилась она.

Королева фэйри — обладательница пышных форм, бледной кожи, темно-синих глаз и волнистых волос цвета пшеницы, ниспадающих на плечи. Она стояла босиком, в просвечивающейся белой сорочке, которая едва скрывала ее пышные формы. На голове — венок из лавровых листьев, а между грудями покоился изысканный овальный золотой медальон.

Она подошла к нам, держа плечи расправленными в легко узнаваемой королевской манере. У меня возник порыв преклонить перед ней колени, но я не была уверена, соответствует ли это этикету. Надлежит ли врагу фэйри, кровопийце, преклоняться перед их королевой?

Она остановилась в нескольких шагах, и я снова почувствовала головокружение. Переборов его, я сосредоточила внимание на ее лице.

Оглядев нас, она подняла руку ладонью к нам. Это был сигнал: охранники занесли мечи.

— И кто же вы? — спросила она с легким ирландским акцентом.

— Джонах, — ответил он, — из Дома Грея. И Мерит из Дома Кадогана.

Она сцепила руки перед собой.

— Много лет минуло с тех пор, как мы позволили кровопийцам перешагнуть наш порог. Возможно, нынче тайны хранятся хуже. Магия не так уж скрывается. Охранники не столь осторожны, — ее глаза угрожающе потемнели, и я решила, что не хочу переходить дорогу Клаудии.

— Нам необходимо поговорить с вами, миледи, — сказал Джонах. — А тех, кто выдал тайну вашего местонахождения, хорошо вознаградили.

На мгновение в ее глазах промелькнула та же жадность, та же страсть к золоту, что и у охранников.

— Замечательно, — сказала она. — Вы пришли обсудить контракты? Похоже, в последние годы вампиры и фэйри вынуждены разговаривать только когда речь заходит о деньгах.