Прочнее цепей - Лена Хейди

class="p">— Виола слишком часто тебя псом называла. Вижу, ты даже проникся, — с иронией парировала я.

Тэй аж растерялся и не нашёлся, что ответить.

— Можно я его стукну? — ровным тоном спросил Даниэль.

— Нельзя, — мотнула я головой. — Никакого членовреди... Короче, никаких драк!

Новенький кинул на эльфа угрожающий взгляд.

— Значит, в этом поместье руки распускает лишь госпожа? — скривился Тэй, в очередной раз посмотрев на синяк Энди.

— Именно! — очень серьёзно кивнула я. — Например, ему, — кивнула я на Дана, — от меня ночью досталось по носу.

— Да, — лаконично подтвердил Даниэль. — Я был наказан.

— Не сомневаюсь, — Тэй посмотрел на меня, как на кровососущее насекомое.

К счастью, мои внутренние восторги по поводу этого мужчины начали потихоньку стихать: его гневные, презрительные взгляды, усмешки и желание меня уколоть вернули мне способность мыслить связно в его присутствии. А бить себя в грудь, доказывая ему, какая я хорошая, не было желания. Терпеть не могу оправдываться.

Развернувшись‚ я пошла в дом, остальные — за мной, включая бунтаря с васильковыми глазами.

— Покажете мне моё место в бараке? — Тэй покосился на дырявый сарай, когда мы проходили мимо него.

— Нет. Тебе нельзя в бараке спать. Там гнилые доски могут на лоб упасть, а ты и без того бешеный, — пояснила я.

— Другим не падают, а мне упадут? — он метнул в меня синюю молнию во взгляде. — Значит, я буду спать на улице? — сделал он вывод.

— Нет, в доме, — ответила я.

— Ах да, я же гаремник, — криво усмехнулся он. — Какое счастье согревать постель госпожи. Или пол возле её кровати, — произнёс он с сарказмом.

— Это и правда счастье, — осадил его Энди. — И скоро ты это сам поймёшь!

— Тебя слишком сильно били по голове, — фыркнул Тэй.

— Доброе утро, госпожа! — несколько рабов, попавшихся нам по пути, с благоговением склонились передо мной чуть ли не до земли.

— Хорошая дрессировка, — отпустил реплику Тэй.

— Это от чистого сердца, — хмуро посмотрел на него Майк.

Мы уже подошли к моей спальне, когда я случайно заметила, что из-под левой штанины у бунтаря небольшим ручейком течёт кровь. Под ошейником тоже кровило. А колени вообще были сплошной раной. Блин. Как мне его лечить?

Отправить к Родни? Но сначала нужно его отмыть и перевязать раны чем-нибудь стерильным, вроде бинтов.

— Майк, подготовь для Тэйжина комнату, — попросила я управляющего.

— Личные покои? Я внезапно стал вашим любимчиком? — с усмешкой вскинул бровь синеглазый.

— Он точно не отсюда, — пробормотал Энди. — Для любого гаремника спать вдали от госпожи — позор. Даже в персональной комнате.

— Как скажете, госпожа. Только свободные остались лишь на этом этаже, — пояснил мулат.

— Ладно. Выбери лучшую из них. И принеси аптечку, ладно? — попросила я.

— Для вас? — побледнел Майк.

— Нет, для него, — кивнула я на новенького. — Заходи, — махнула я Тэю, пропуская его вперёд, в свою спальню. — Раздевайся!

Глава 45. Принц

— Госпожа желает опробовать своего нового гаремника? — криво усмехнулся Тэй, скидывая с себя шорты.

И я как зачарованная уставилась на его совершенное во всех смыслах тело, идеальность которого не портили даже многочисленные синяки, ссадины и кровоточащие раны. Пальцы аж закололо желанием — прикоснуться к его шелковистой коже, скрывающей сталь рельефных мускулов. Его мужской орган — и тот был эстетически красивым: большой, длинный, бархатистый. Вот только презрение, светившееся в глазах мужчины, отрезвило меня, словно окатив ледяным душем. Поэтому последний возбуждённый таракан в моей голове глухо пискнул и притих.

— А остальная компания будет за этим наблюдать? — добавил этот бунтарь. Язва голопопая.

— Да. И комментировать, — невозмутимо заявил Даниэль.

— Нет, — покачала я головой, пристально глядя в васильковые глаза. — Ты ошибаешься. У меня и так уже четверо мужчин в гареме, этого более чем достаточно. Пятый не нужен. Так что не волнуйся за свою добродетель: ты разжалован из гаремников.

— Я? Разжалован? Из гаремников? — внезапно с горечью расхохотался Тэй. — Каждый раз, когда я думаю, что пасть сильнее уже невозможно, судьба доказывает обратное. И кем же я буду теперь? Телохранителем? Мальчиком для битья? Или ковриком под вашим порогом?

— Майк найдёт для тебя дело. Будешь помогать на кухне. Либо ухаживать за лошадьми. А может, займёшься ремонтом. Или огородом. Видно будет. А пока что давай посмотрим на твои раны, сказала я, задумчиво разглядывая многочисленные царапины, струйку крови, бегущую из-под ошейника, и рваную рану внизу живота, с левой стороны. На спине повреждений почти не было, только синяк на правой лопатке и длинная царапина на пояснице.

Чтобы залечить глубокую рану возле паха, её нужно зашивать. У меня подобных навыков не было. Так что придётся везти его к Родни, без вариантов. Про изувеченные колени я вообще молчу: такое даже зашить нереально.

— Почему вы меня купили? — вдруг очень серьёзно спросил Тэй.

— Из-за красивых глаз, — отозвалась я. — Чем тебе не угодили слуги в поместье Этери, что ты полез с ними драться? Виола приобрела тебя вчера, а ты уже весь избитый.

— Им досталось гораздо больше, — вскинул голову бунтарь.

— Верю. За что? — повторила я свой вопрос.

— Не могу пройти мимо, когда вижу, что издеваются над слабым. Эти гады затравили одного паренька. Накинулись толпой на этого юнца лет восемнадцати. Я вмешался, — с неохотой объяснил он.

— Накинулись толпой? — сильно удивилась я. — Не думала, что в поместье Этери разрешаются драки.

— Нет, никто не дерётся. Просто измываются над слабым: тычки, подзатыльники, оскорбления — когда госпожа и надзиратели не видят. Трусливые шакалы, — на его скулах заиграли желваки. — А этот парень — Райли — он... светлый, — с трудом подобрал он нужное слово. — Безобидный, мягкий. Добрый. Он из-за них уже на грани отчаяния. Ещё немного — и сломается.

Я призадумалась: может, попытаться завтра заполучить этого Райли себе? Купить, обменять на что-нибудь? Представила ошарашенное лицо Виолы и её удивлённый возглас о том, что у меня нездоровое хобби — забирать её рабов. И меня разобрал нервный смех.

— Вам смешно, когда над кем-то издеваются? — возмутился Тэй.

Почему-то его