Тара Фюллер - На грани

- Мне жаль, - выдохнула я. - Этого не должно было случиться. Я не... я не понимала, сколько лет твоей душе. Я не понимала, кем ты был, и почему Бальтазар хотел тебя.

- Сколько лет моей душе? Что это означает?

Финн уставился на Кэша с небольшим удивлением в глазах.

- Это означает, что ты жил прежде. Много раз. Это твоя не первая жизнь.

Кэш закрыл глаза и покачал головой.

- Нет... нет, - сказал он через сжатые зубы. - Если бы я проходил через все это несколько раз, разве ты не думаешь, что я помнил бы это? Разве ты не думаешь, что я бы переносил это немного лучше в настоящее время?

- Нет, - сказала я. - Ты бы не вспомнил. Это не так работает.

- Но Эм немного помнит. Прошлую жизнь.

- Это только потому, что я помогла ей увидеть.

- Так помоги увидеть мне! - Кэш уставился на меня, надежда светилась в его глазах. - Помоги мне увидеть, так, чтобы это чувствовалось реальным. Так, чтобы я не чувствовал себя полным психом.

Я не могла показать ему. Я не могла позволить себе увидеть его прошлое. Я уже пересекла слишком много линий, создавая связи, которые оставляли меня разорванной на кусочки, когда все было сделано.

- Я не могу. И не буду.

Кэш спрятал лицо в руках и задрожал. Концы его бургундского шарфа свисали до его коленей. Я посмотрел на Финна, и он кивнул. Он не должен был слышать слова. Он знал. По крайней мере, у нас все еще было это между нами. Он встал и похлопал Кэша по плечу, затем вышел из комнаты. Я нежилась в тишине, пока не услышала, как заревел двигатель снаружи.

Медленно, он убрал руки от лица. Его темные глаза прожгли меня. Его губы сжались в жесткую линию, ломая меня. Я потянулась и положила руку поверх его руки. Он просто минуту смотрел на нее, но после нескольких мелких дыханий он, наконец, переплел свои пальцы с моими. Я знала, что он только касался меня для тепла, но я принимала это.

- Таким образом, действительно ли это единственная причина, по которой ты здесь? - спросил он, отказываясь смотреть на меня. - Для тебя я просто еще одна душа, которую нужно доставить. Только я не собираюсь отправляться туда, куда идет остальная часть ваших душ. Я буду лично вручен твоему боссу.

- Это не так, - прошептала я. - Я хотела забрать тебя в первый раз, когда увидела. Я хотела дать тебе то спасение. Я все еще хочу этого. Ты понятия не имеешь, что делает со мной, видеть тебя в таком состоянии. Мне жаль, но у меня не было выбора.

Он покачал головой, как будто мне не верил.

- Кэш? - спросила я мягко. - Откуда ты узнал? Кто тебе сказал? Если кто-то рассказал тебе это, мне нужно это знать.

Он, молча, уставился на наши переплетенные пальцы, когда его большой палец прослеживал круги по моему запястью.

- Что у него на тебя, Аная?

Он поднял глаза, и мой живот сжался от болезненного чувства. Он и это знал? Он мне мог этого знать. Никто не знал, только Бальтазар и я.

- Если ты не хочешь быть частью того, что происходит со мной, тогда что Бальтазар делает, чтобы заставить тебя делать это? - спросил он. - Я знаю, что работы в качестве человеческой няньки, вероятно, нет в твоей должностной инструкции. Таким образом, я спрашиваю снова. Какая выгода тебе с этого?

Вина ударила в мои внутренности, крича, «Скажи ему, скажите ему!» Я не могла. Я не могла сказать ему, что согласилась отказать ему в постоянном мире, чтобы я снова могла быть со своей семьей, с Тариком. Я вытащила свои пальцы из его хватки. Я не заслуживала его прикосновения. Это было неправильно. Боже... это было так неправильно. Что я делала?

Кэш мгновение изучал мое лицо, несомненно, видя ложь, прежде чем она даже сформировалась на моих губах. Он поморщился и поднялся на ноги. Связь между нами пульсировала болью и сожалением.

- Прекрасно. Храни свои тайны, Аная. Я буду хранить свои.

Глава 20

Кэш

- С днем рождения, - произнесла Эмма монотонным голосом, когда я открыл дверь. Она облокотилась на дверную раму, держа тарелку с тортом больше обычного размера на день рождения, стоящем на ней как произведение искусства. Небольшая точная копия меня из помадки, стала на торте в футболке, на которой было написано, что я - грандиозное событие. Я рассмеялся и уронил коробку, которую держал, на пол.

- Он тоже съедобный, - сказала она, когда увидела, что я прищурился, чтобы прочитать надпись на футболке у маленького Кэша.

- Точно как в реальной жизни, - улыбнулся я.

- Ха, ха. - Эмма подняла брови. - Так, ты меня впустишь или что?

- Ты не должна была этого делать.

- О, да? - Она проплыла мимо меня. - С каких это пор? Потому что это первый год, когда я помню, что ты не сделал заявку на вкус, который бы ты хотел за три месяца до события.

- Теперь все по-другому.

Теперь я был сам по себе. Я сел на кровать рядом с Эммой и взял вилку, которую она мне вручила. Она сделала первый укус и рассмеялась с полным ртом красного бархатного пирога.

- Ты прав, - наконец сказала она. - Сейчас ты на самом деле стал достаточно старше, чтобы делать все то незаконное дерьмо, которое ты делал ради удовольствия.

- Ну, спасибо, что ткнула меня в это, - сказал я. - Теперь это не будет так же забавно.

Я перестал смеяться и взял кусочек торта, желая, чтобы я мог почувствовать вкус как раньше. Наверное, это будет мой последний торт на день рождения, в конце концов. Но еда больше не была приятной на вкус. Все оставляло несвежий вкус на моем языке. Заставляя мой живот скручиваться, чтобы исторгнуть все из себя. Хотя, я и не позволял ей знать это. Вместо этого я сделал второй укус. У меня и Эм было немного таких моментов. Я не собирался разрушать это.

- Откуда ты знаешь, что это мой любимый вкус? - спросил я.

- Я что, похожа на любителя?

- Нет, - улыбнулся я. - Нет, не похожа. - Нет. Она была похожа на девочку, которую я помнил, прежде чем ее папа умер. Полная жизни, любви и надежды. Она больше не была той девочкой, которая скрывалась в тенях, делая снимки жизни, которой она отказывалась жить. Она была счастлива. И это сделало меня довольно чертовски счастливым. Смотреть на ее лицо в этот момент... это было то, почему я не мог ненавидеть Финна. Он дал ей это, когда я не смог. Я надеялся, что смогу сохранить эти воспоминания в загробной жизни, независимо от того, что могло произойти. Поскольку я просто хотел помнить ее такой.

- Я принесла тебе подарок. - Она бросила мне завернутый пакет. Я улыбнулся ей, открыл его и... рассмеялся. У меня в руках была черная футболка. На ней было написано «Я вижу мертвых людей».

- Думаю, ты знаешь меня слишком хорошо, - сказал я. - Она мне нравится, Эм. Отличная футболка.

Эмма положила вилку на тарелку и вздохнула, ее взгляд задержался на упакованных коробках в углу комнаты. Я мог услышать неодобрение в ее тихом вздохе, она счистила крошки с коленей.