Юлия Колесникова - Свора - Зов крови

— Удалась, в каком смысле? — Прат явно не собирался позволить мне увильнуть от расспросов.

Я посмотрела на него долгим мрачным взглядом, от которого он не то что не смутился, а еще и повеселел. Сеттервин придвинулась ближе к нему, и щенячьими взглядами старалась вернуть его внимание к себе. Тоже мне подруга! Если у меня и были какие-то сомнения относительно ее прихода, то теперь они рассеялись — Сеттервин пришла исключительно ради Прата.

— Во всех смыслах, — грубо отозвалась я, и стрельнула взглядом в сторону родителей. Самюель сидела, обнявшись с Терцо, и вовсе не обращала внимание на то, как себя ведет Прат, она и отец с интересом следили за тем, как я стараюсь снять с себя Соню и Рики, ползающих по мне как по игровой площадке. Неожиданно меня освободили от одной из нош и, подняв голову, я увидела Калеба. Он улыбнулся мне. Солнечно и ярко, так, как улыбаются, не видясь очень давно. Я улыбнулась в ответ. Отвечать и упорствовать Прату стало сразу же легче.

Невольно мое внимание привлекло то, что Прат все время на кого-то смотрит. Проследив за его взглядом… я неожиданно увидела Еву. Сегодня она была хороша как никогда. Все в том же сарафане как и днем, но уже в пиджаке. Волосы роскошной волной свесились вперед следом за лицом, так как она сидела наклонившись и поставив лицо на руки упертые в колени. Глаза таинственно мерцали из-за занавеса волос, и в то же время Ева выглядела как эталон невинности и чистоты, наверное, именно так должны выглядеть девочки, которые собираются в монастырь. И все же поведение Прата насторожило. Он явно делал это кому-то назло, но кому?

От размышлений над этим меня оторвал Теренс. Он явно что-то спросил, но я в первый раз не услышала.

— Говорю, вы наверное там еще чем-то занимались как кроме сидеть в мавзолее твоих деда и бабки?

За что я всегда любила Теренса, так это за любовь к развлечениям. И не к таким, как мой дрожащий дядя любил, а к действительно интересному отдыху. Для него интересно было погулять по новому городу, пройтись по старым улочкам, или найти какой-нибудь парк, возможно, поэтому Калеб дружил с Теренсом, не смотря на десятки лет между ними, они были хорошими друзьями.

— Да…конечно же, — я улыбнулась ему и Бет, при этом отметив что подруга чем-то явно раздражена — атмосфера в комнате накалялась. — Калеб сводил меня в несколько ресторанов, так же мы были у старого пирса на озере… — я замерла на миг, вспомнив, что там происходило, и продолжила вновь, очень надеясь, что не выдала себя покрасневшими ушами. — Так же мы ходили на дискотеки, при этом ничего не выпив, — последнее я добавила именно Прату.

Тот смерил меня острым взглядом и отвернулся, чтобы милостиво улыбнуться Сеттервин и Бет. Какой кошмар! Он теперь еще взялся и за Бет. Прат вел себя так, словно не знает, кого выбрать, чтобы побольше мне насолить. Ева к этому времени уже отметила его внимание к себе, и, нахмурившись, следила за ним. Рядом с Евой на соседнем стульчике сидел Грем, и его лицо из-за Прата тоже радости не вызывало. В итоге гостиная явно поделилась: я, Калеб, Терцо, Самюель, Грем и Теренс, следили за Пратом с подозрением, а оставшиеся лица с интересом.

Я почувствовала, как меня пробирает дрожь от взглядов Прата, которые он бросает на Еву исподлобья, вовсе не такие взгляды как на Сеттервин и Бет. Из-за этого я слишком сильно потянула за ногу Соню, и она возмущенно вскрикнула, ее лицо тут же скривилось, показывая всем своим видом, что к такому обращению она не привыкла, но меня на такое не купишь. Она хотела начать хныкать, но никто так и не кинулся к ней, как часто бывало, когда рядом была я, а мое лицо уж никак не выражало сочувствия. Отметив это, Соня тут же успокоилась и продолжила валять по полу плюшевого медведя. Обернувшись к Калебу, я заметила, что Рики уже почти заснул. Все-таки это было как-то невероятно притягательно видеть Калеба с моими детками на руках, он совсем не выглядел глупо или отчаянно, когда держал их, а скорее еще более мужественно. Единственное что выглядело странным, так это его бледность на фоне здорового цвета кожи Рики.

— По каким-нибудь старым местам? — в разговор вклинилась Самюель.

— Да, ходили в ваш любимый с папой ресторан, там до сих пор подают треску с карамелью, — я понимала, почему мама спрашивает, она способствовала разговору, во время которого будет легче следить за Пратом.

— Никогда не любил треску, жуть какая-то с замороженными глазами, — Прат искусственно передернул плечами. Самюель неприязненно посмотрела на него. Этот фарс наверняка начал ее утомлять. Странным образом тихо сидел Терцо, и это меня пугало — он любил копить в себе злость, а потом в одно мгновение сливать ее из себя, и я боялась, что это может произойти на глазах у моих друзей, и что хуже всего у Сеттервин.

— Ой, я тоже. Мы так похожи, а ведь только недавно познакомились!!! Как ты могла скрывать такого милого дядю, — Сеттервин на миг обернулась в мою сторону, но слишком уж картинно, дабы показать, что мы видимо друзья. И вновь вернула свое внимание Прату.

Выслушав довольно водянистый комплимент, Прат непочтительно громко рассмеялся. Сеттервин покраснела от радости. Глаза Бет игриво заблестели, и я с неудовольствием отметила, как нахмурился при этом Теренс. Я подозревала, что Калебу не понравиться Прат, но чтобы дядя так быстро наживал себе недоброжелателей, не входило в мои планы. Неужели он собрался налаживать с кем-то свои романтические отношение? Я была против, особенно если он, нацелился на кого-то из мох подруг.

— Похожи, не то слово.

Слова Прата заставили меня прислушаться к другому разговору за спиной. Самюель тихо шепталась с Терцо, и я точно услышала «Ева», и «Как он только смеет думать о таком». Значит, родители тоже заметили.

Обернувшись к Еве, я невольно стала свидетельницей молчаливой сцены. Прат смотрел на Еву плотоядными глазами, заинтересованного мужчины, Грем в ответ на этот взгляд весь подобрался и стал ближе к Еве, а вот Калеба все это очень даже смешило. Я поняла это, по тому, как он тихо рассмеялся. Одна лишь Ева, кажется, не замечала, какая жара вокруг нее накаляется.

Да что он задумал?! — бесилась я, рассматривая, с каким удовольствием Прат наблюдает за реакцией Грема. Так вот в чем дело? Он просто хочет позлить Грема, или ему нужно именно то, что уже кое-кому нравиться?

Попасть в мысли Прата не было трудно, но буквально через минуту, я сбежала оттуда — то, что он думал сделать с Евой, меня привело в замешательство. Он не хотел ее крови — ЕВА НРАВИЛАСЬ ЕМУ КАК ДЕВУШКА! Но в то же время и позлить Грема было для него заманчивой идеей. Он хотел соревнования, и Ева представлялась достойной кандидатурой.