Тесса, бастардка князя - Марина Николаева (ЛФР)
Ответить на его вопрос я не хотела и не смогла.
Призрак, увеличившись в размерах, подплыл к нам по воздуху. На мощной, белёсой лошади, вытканной из тумана восседал коренастый бородатый богатырь в полном боевом облачении.
— Вот как он выглядел, богатырь Чемен, защитник родной земли!
— Ну, наконец то, додумались встретиться со мной! Долго же я вас ждал! — прогрохотал голос в темноте.
Я почувствовала, как мои руки задрожали, драконий огонь поднимался по руке.
— Славный богатырь Чемен, мы приветствуем вас! — крикнула ведьма.
— Что, неспокойно на рубежах, меня разбудили⁉ — спросил он громовым голосом.
— Парни-дурни деревенские баловались, перед девками раздухарились! Прости их, славный богатырь Чемен! — кричала ведьма.
Если так будет долго кричать, без голоса останется скоро.
— Всыпать им по первое число за баловство! — приказал призрак уже потише. — Но уснуть не смогу без жертвоприношения! Так и быть, завтра на кургане пролейте кровь жертвенного белого быка!
— Сделаем, богатырь! — крикнула ведьма!
Призрак начал уменьшаться в размерах и вскоре стал походить на обычного всадника, только полупрозрачного. Он облетел вокруг нашего хоровода и остановился около ведьмы и потянул носом воздух.
— Богатырь Чемен, а дети малые в чём виноваты? Болеют ведь! — крикнул барон Шелен.
— Ни в чём не виноваты, — призрак начал оправдываться. — Ваши парни баловались, а оборотная сторона баловства всегда падает на самых беззащитных, на чистые души, на детей. Вот они и заболели! Но ваши целители их вылечат! А вот ты, ведьма, родным мне духом пахнешь! Чьих ты кровей?
Польщенная Алиса, вытащила серебряный кинжал и полоснула им ладонь левой руки, высоко подняла руку и свежая кровь закапала вниз, но, не достигнув земли, исчезла в воздухе.
— Эх! Да ты потомок мой! — воскликнул призрак обрадованно, хищно подёргивая и принюхиваясь призрачным носом, в его белесом цвете появился розовый оттенок. И тут ведьма снова перешла на незнакомый язык, а призрак что-то гулко отвечал ей на таком же языке. Продолжалось это недолго, я очнулась от толчка ведьмы.
— Тесса, мёртвую воду вытащи и перевяжи мою руку, а то я истеку кровью.
Я оглянулась, призрака уже не было. Барон Шелен до сих пор крепко держал меня за руку. Выдернув пальцы из его рук, я залезла в свою котомку. Пришлось намазать рану мёртвой водой и перевязать руку Алисе.
— О чём вы разговаривали с призраком, госпожа Алиса? — не удержалась я.
— Да вот спросила: есть ли жизнь после смерти? — съязвила ведьма.
— И как, есть?
— Как видишь, есть. Так что, совершай добрые дела и будешь обязательно вознаграждена в загробном мире!
Стражи добродушно захохотали. У некоторых стражей из носа капала кровь. Барон хотел что-то сказать мне, но Алиса, резко дёрнула меня за руку и повела в постоялый дом.
— Провожать не надо, барон Шелен. Мы не боимся, нечисть нас самих боится, — ответила она на невысказанный вопрос дракона. Тот только глазами сверкнул.
— До завтра, Тесса, — прошипел он в ночи.
— Ну и какие у вас отношения с бароном? — спросила ведьма при подходе к постоялому дому.
— Самые деловые, касающиеся Тайной Стражи. Вначале лета я столкнулась с ним в Восточном кордоне, возвращаясь из задания, а он там возвращал рабов, отбитых у разбойников, — решила сказать я полуправду своей наставнице.
Как ни странно, мои объяснения её успокоили.
— Будь осторожна, Тесса, с ним. Барон красив, богат и любвеобилен. Я не хочу, чтобы ты страдала. Поразвлекается и бросит! Он ещё молод, и долго будет вести свойственный ему образ жизни. А ты достойна лучшего! — наставляла меня Алиса. Я согласно кивала. Её правда, действительно, была правдивой. Пострадав в молодости от действий любимого человека, которому она доверяла безгранично, и отслужив на границе двадцать шесть лет по приговору суда*, Алиса беспокоилась обо мне и желала счастья и любви, как в доброй сказке.
Утром в деревне все забегали, готовясь к обряду. Работники постоялого двора, узнав, что госпожа Алиса, являясь прямым потомком богатыря Чеменя смогла вернуть его обратно в курган, начали усердно кланяться при виде нас, когда мы спустились на завтрак. Деревенские женщины( среди них затесались и женщины — путешественницы, ночевавшие в постоялом дворе) стояли в очереди в её комнату. Что они хотели узнать у ведьмы? Я не знаю, но догадывалась. Ведьма была очень довольна этим обстоятельством: подработать на задании — это был любимый конёк Алисы! Но следить за порядком в коридоре пришлось мне, как ученице ведьмы. Освободилась она только к вечеру, когда нас пригласили на обряд жертвоприношения, как дорогих и уважаемых гостей.
Около шатров нас ожидал дракон, нетерпеливо притоптывая на месте.
— Алиса, Тесса, прощаюсь с вами. Вызывают нас, — сказал он нам, пробегая по мне глазами.
В сердце что-то ёкнуло.
— Удачи, барон Шелен, — по доброму попрощалась с драконом Алиса.
— До свидания, Вери, — сказала я. Дракон неожиданно наклонился и поцеловал меня в щёку.
— До встречи, боярская дочь Тесса. Береги себя! — улыбнулся он.
И ушёл, даже не оглянувшись ни разу. Сверкающий портал проглотил сначала всю группу, последним зашёл дракон, махнув напоследок рукой.
Глава 35
Я от всей души пнула кусок грязной, розово — бурой ткани кованым мыском ботинка, прицепившейся к моей подошве. Тряпка медленно и плавно поднялась в воздух, полетела резко вправо и приземлилась на куче мусора, что высилась среди пожухлой крапивы. Алиса злорадно захохотала. Настроения не было от слова «совсем», ни у меня, ни у ведьмы.
— Чего она прицепилась? — пробурчала я виновато.
— Значит, что-то вас связывает, — съязвила Алиса.
— Меня и тряпку?
Ведьма промолчала. Видимо, при сравнении боярской дочери и грязной тряпки в её мозгах что-то заклинило.— Или это значит, что об меня можно ноги вытирать, как о тряпку? — спросила я.
— Видишь, ты уже самостоятельно делаешь выводы, — хмыкнула Алиса. — Ладно, не кипятись. Зайдём в эту столовую, она кажется почище других.
И показала рукой на здание, на котором гордо висела вывеска Столовая" Заходи — и поешь".
— С чего вы решили, госпожа ведьма, что эта столовая чистая? — спросила я, разглядывая одноэтажное длинное деревянное здание с потемневшими от времени и погоды стенами. Но, к чести её
