Однажды я стала женой проклятого герцога (СИ) - Вероника Десмонд

Киллиан рвано выдохнул, а затем еще крепче прижал меня к себе. Его рука коснулась моих волос, он медленно вытащил шпильки и распустил мой пучок.

Я вздохнула с облегчением, больше не чувствуя неприятных ощущений от тугой прически.

Так тепло…

Если честно, я жутко волновалась. Сжала пальцы на его рубашке и глубоко вздохнула из-за того, что в животе почему-то жгло. Гортань сводило судорогой.

Мучительные воспоминания вспыхивали в моем сознании: мрачное поместье, сильные, ласковые руки и его сумрачный волнующий взгляд — очень красивый. Я…

Нет, Ария! Ты не должна этого испытывать. Ты не сумасшедшая. А вот тот кто напротив — определенно да.

— Киллиан… — прошептала я, пытаясь отстраниться.

— Пожалуйста, — он крепче меня обнял и уткнулся носом в мои волосы. — Еще немного. Я так скучал без тебя, Ария, — сказал он еле слышно.

Высвободиться из его рук не получается, как впрочем и сохранять дистанцию.

Сдавшись, я глубоко вздохнула и расслабилась, положив голову ему на плечо, а он начал осыпать поцелуями мои волосы.

— У вас что-то случилось, да? — тихо спросила я. Мой нос чесался из-за сильного запаха алкоголя. — Вы поэтому пьяны?

Киллиан тяжело вздохнул.

Догадка пришла неожиданно. Я лихорадочно начала ощупывать тело мага, но мои ладони вновь были пойманы и одарены поцелуем в знакомом жесте. Киллиан любил так делать.

— Вам больно? — спросила я обеспокоенно. — Вас опять ранили?

— Нет.

Да.

Я тоже научилась отличать правду от лжи.

— Хочу забрать тебя себе, — прошептал он. — Но ты не позволишь, — пауза, — пока.

— Вы правы, — ответила я, уткнувшись лбом ему в грудь и крепко зажмурившись.

Ну зачем он говорит так? И такие слова?

Я не знаю, что и думать. Он ведь не всерьез. Просто играется с молодой девушкой. Я знаю про нравы магов. И про их бесчисленные любовные связи.

Неожиданно мысль о том, что у Киллиана кто-то есть, бьет наотмашь, будто кто-то дал мне хлесткую пощечину.

Он сжимает меня сильнее, словно учуяв мои мрачные мысли, от которых у меня моментально испортилось настроение. Впрочем, я не удивлюсь, окажись это правдой. Киллиан мастерски читает людей.

Воздух сгустился и зарядился электричеством, запульсировал между нами. Его можно было резать как ножом по мягкому маслу.

Киллиан погладил мои волосы и шепнул мне в губы страшное:

— Учись. Взрослей. Танцуй, сколько душе угодно. Плети интриги. Ищи этого бастарда Блеймонда. И если, — он усмехнулся, как-то зло и с горечью, — если успеешь его полюбить, я даже, может быть, отпущу тебя… Я даю тебе время, звездочка. А потом ты станешь моей.

Я выпуталась из его объятий и тяжело задышала, прислонившись к стене. Попыталась взять под контроль судорожную реакцию собственного тела, обрести равновесие.

Это просто пьяные бредни человека, которому больно. А Киллиану было больно.

— Вы… вы прощаетесь? — тихо спросила я, пытаясь разглядеть в темноте его лицо.

— Да, — ответил он хрипло.

Я сглотнула.

— Надолго?

— Да.

— Почему мы находимся в темноте? Вы боитесь показать свое лицо?

— Ты не готова увидеть его. Не сейчас.

Какой же за странный ответ…

— А как же заговоренная бумага? Мне нужно вернуть ее вам.

Он тихо засмеялся, а мне почему-то вдруг захотелось плакать.

— Оставь себе. Как и частицу моей души, — сказал он тихо. — Они твои.

Я услышала, как мужчина сделал шаг назад, и инстинктивно последовала за ним, чуть не наступив тому на ногу.

— Не заставляй меня передумать, — его голос строгий и ледяной. И возможно раньше бы на меня подействовало, но не сейчас.

— Так не прощаются! — сказала я нервно.

Я не знала, куда себя деть и что делать.

— А как прощаются? — спросил Киллиан весело. Хотя в голосе отчетливо слышалась грусть.

— Не так.

— Порой я обожаю твою красноречивость.

Я нервничала, а мужчина ничего не предпринимал, готовый исчезнуть в любой момент.

Черт бы побрал этого мага!

— Ненавижу вас!

Я судорожно вздохнула, встала на носки, а затем нащупала руками его лицо и, зажмурившись, клюнула мага в губы.

Я почувствовала, как его губы растянулись в широкой, счастливой улыбке. И пронзительный взгляд. Я ощущала его каждой клеточкой тела.

Он явно не ожидал. И от этого вдвойне приятно!

— И я тебя ненавижу, звездочка, — получилось слишком интимно. Он произнес это так, будто признавался в любви.

Рука Киллиана легла мне на талию и осторожно притянула меня ближе. Его настрой моментально поменялся.

— Аррриияя, — едва слышный шепот мне в губы…

Я приблизилась, не в силах больше бороться с собой. Наши губы соприкоснулись.

Киллиан шумно выдохнул и начал меня целовать. Сначала нежно, а потом яростно, не давая мне опомниться. Я вцепилась в его плечи, боясь упасть от волнения. У меня закружилась голова.

Из моего тела вышел тихий неконтролируемый стон, к щекам тут же прилила кровь, а Киллиан… Киллиан нагло улыбнулся мне в губы, как будто получал искреннее удовольствие от моих страданий.

Я чувствовала себя незащищенной и неопытной, будучи придавленной к стенке, как будто дичь загнали в угол.

Киллиан часто немного грубый, в нем много сдерживаемой силы, которую он вкладывает в поцелуи и объятья. Его древесный запах меня опьянял, я почти задыхалась, не зная, как правильно отвечать на его влажные движения языком. Мне было приятно и так хорошо, что тело становилось наэлектризованным.

— Я просто покажу, как надо, — прошептал он в раскрытые губы.

Опьяневшая я не понимала, что он покажет и кому. И зачем оно надо?

А когда до меня дошел смысл сказанных слов, я вспыхнула, как спичка.

Киллиан замедлился, нежно обхватил мое лицо ладонями и провел языком по нижней губе. Я судорожно вздохнула. Его язык медленно проник мне в рот, соприкоснулся с моим, вызывая во мне тонну мурашек, а затем дотронулся до неба, и повторил.

— Попробуй, — прошептал он, дожидаясь моих действий.

Я сжалась и мне стало ужасно стыдно. Я совершенно не умела целоваться. У меня не было никакого опыта. Наверное целоваться со мной — просто ужасно…

— Ария… — простонал он, покрывая мелкими поцелуями лоб, нос, подбородок… места, где у меня были родинки. — О чем ты думаешь?

— Вы и так знаете, — мрачно ответила я, прикрыв глаза и к своему неудовольствию млея от этих нежных прикосновений.

Киллиан тяжело вздохнул и прошептал мне в губы:

— Тебе необязательно быть умелой, чтобы доставить мне удовольствие.

Сердце сделало кульбит и я жалко спросила:

— Правда?

— Правда, — ответил он, — а теперь поцелуй меня, — и дополнил хриплым: — Пожалуйста.

Я замерла, обуреваемая эмоциями.

— Ну пожалуйста, — протянул он с улыбкой, его пальцы провели по коже моей шеи. — Хотя бы в губы