Кэми Гарсия - Прекрасные создания

— Но Мэйкон… — женщина, видимо, это был тетя Дель, выглядела напуганной и сбитой с толку, как будто она не совсем понимала, что происходит.

— Все в порядке, Дельфина.

Я видел, как сосредоточен Мэйкон, просчитывая шаг за шагом все, что будет дальше. Я не понимал, во что именно я вляпался, и меня успокаивало, что Мэйкон был здесь. Гостиная была последним местом на Земле, куда я хотел попасть. Единственной моей мыслью было удрать оттуда, но я собой не владел. Ридли держала меня в своей хватке, и все время, пока она прикасалась ко мне, я находился словно на автопилоте. Она важно завела меня в гостиную, где я впервые здорово оплошал перед Мэйконом. Я взглянул на Ридли, вцепившуюся в мою руку — эта оплошность, куда хуже первой.

Комната освещалась сотнями крошечных черных гадальных свечей, с люстры свисали нитки черных стеклянных бус, на двери, ведущей на кухню, висел огромный венок в основном из черных перьев. Стол был сервирован серебряными столовыми приборами и жемчужно-белыми тарелками, и насколько я мог еще судить, они и были, собственно, из жемчуга.

Из открывшейся кухонной двери вышла Лена с огромным серебряным блюдом в руках, доверху наполненным экзотическими фруктами, определенно не растущими в Южной Каролине. На Лене был приталенный черный жакет до пола, завязанный на талии. Одеяние не принадлежало к какому-то определенному времени, я не видел ничего подобного ни в нашем округе, ни в нашем веке, но на ногах у нее я увидел привычные кеды Converse. Она выглядела даже еще красивее, чем когда я впервые был приглашен сюда на ужин… когда это было? Пару недель назад?

В голове был туман, будто я не мог до конца проснуться. Я глубоко вздохнул, но все, что смог почувствовать, был запах Ридли, мускусный запах, смешанный с чем-то очень сладким, запах кипящего на плите сиропа, сильный и удушающий.

— У нас почти все готово. Осталось только… — Лена замерла, так и остановившись в дверном проеме. На лице у нее читалось, что она увидела привидение или чего похуже. Я не мог определить, что именно вызвало такую реакцию, то ли появление Ридли, то ли то, что мы с ней стояли вдвоем рука об руку.

— Ну что ж, привет, сестренка. Давно не виделись, — Ридли шагнула вперед, притащив меня за собой, — ты меня не поцелуешь?

Блюдо, которое несла Лена, грохнулось на пол.

— Что ты здесь делаешь? — голос Лены был так тих, что даже шепотом его нельзя было назвать.

— Как это что? Я приехала повидаться с моей любимой сестрой, конечно, и привела себе пару.

— Я не твоя пара, — еле выдавил я, все еще приклеенный к ее руке. Она достала сигарету из пачки, засунутой в голенище ее ботинка, и зажгла ее, проделав все это одной свободной рукой.

— Ридли, пожалуйста, не кури в доме, — сказал Мэйкон, и сигарета тут же погасла. Ридли, усмехнувшись, отправила ее в блюдо с чем-то вроде картофельного пюре, но, безусловно, это было не оно.

— Дядя Мэйкон, ты всегда слишком серьезно относился к правилам дома.

— Эти правила были установлены очень давно, Ридли. И ни ты, ни я ничего не можем сделать, чтобы изменить их.

Они опять уставились друг на друга. Мэйкон повел рукой, и стул сам по себе отодвинулся от стола:

— Почему бы нам всем не сесть? Лена, не могла бы ты предупредить Кухню, что у нас на два гостя больше.

Лена все еще стояла на том же месте, в бешенстве:

— Она не может остаться.

— Все в порядке. Здесь тебе никто не навредит, — заверил ее Мэйкон, но Лена не выглядела напуганной, она выглядела разозленной.

Ридли улыбнулась:

— Уверен?

— Ужин готов, а вы знаете, как Кухня не любит подавать холодную еду, — Мэйкон вошел в гостиную. И хотя он говорил довольно тихо, так, что вряд ли кто-то кроме находившихся в гостиной, мог его услышать, остальные потянулись внутрь. Первым зашел Страшила, сопровождая Райан. Следом зашла тетя Дель под руку с седовласым мужчиной, где-то примерно отцовского возраста. Он был одет как персонаж книг, которыми были заставлены полки в кабинете моей мамы, на нем были узкие сапоги по колено, рубашка с рюшами и странный оперный плащ с высоким воротником. Эти двое выглядели как экспонаты Смитсоновского музея истории.

Еще одна девушка постарше вошла в комнату. Она была очень похожа на Ридли, только на ней было побольше одежды, и от нее не веяло опасностью. У нее были длинные, светлые волосы и более аккуратная версия челки Ридли. Такую девушку вполне можно встретить несущей стопку книг по старому причудливому кампусу где-нибудь севернее, в районе Йеля или Гарварда. Девушка цепко вглядывалась в глаза Ридли, будто на той не было темных очков.

— Итан, хочу познакомить тебя со своей старшей сестрой, Аннабель. Ой, простите, я хотела сказать с Рис.

Это кем же надо быть, чтобы не помнить имя собственной сестры?

Рис улыбнулась и заговорила медленно, подбирая каждое слово:

— Что ты здесь делаешь, Ридли? Я думала, у тебя есть другие планы на вечер.

— Планы изменились.

— Знакомая ситуация, — Рис протянула руку вперед и помахала перед лицом Ридли, движение было похоже на мановения фокусника над цилиндром. Я вздрогнул, не знаю, о чем я думал, но на секунду мне показалось, что Ридли исчезнет, или, что предпочтительнее, исчезну я. Но она не исчезла, она тоже вздрогнула и отвернулась, будто ей было больно смотреть Рис в глаза.

Рис изучала лицо Ридли будто перед ней было зеркало:

— Интересно. Почему, Рид, когда я заглядываю в твои глаза, я вижу только ее? Я смотрю, вы просто не разлей вода.

— Опять болтаешь, сестричка.

Рис закрыла глаза, концентрируясь. Ридли сжалась, как проткнутая булавкой бабочка. Рис снова провела рукой возле ее лица, и на секунду лицо Ридли превратилось в расплывчатый образ другой женщины. Лицо этой женщины показалось мне знакомым, только я не мог вспомнить, откуда его знаю.

Мэйкон с силой положил руку на плечо Ридли, впервые кто-то прикоснулся к ней еще, кроме меня. Ридли моргнула, и я почувствовал, как по ней прокатилась волна боли. Мэйкона определенно нельзя было не принимать всерьез:

— Итак. Рады мы или нет, Дни Сбора начались, и я никому не позволю испортить Главное Празднество, не в моем доме. Ридли, как она сама уточнила, была приглашена сюда. Так что больше говорить не о чем. Пожалуйста, присаживайтесь.

Лена села, не сводя с нас глаз.

Тетя Дель выглядела еще более обеспокоенной, чем когда увидела нас в первый раз, мужчина в оперной накидке успокаивающе похлопывал ее по руке. Вошедший высокий парень где-то моих лет в черных джинсах, выветренной черной футболке и изношенных мотоциклетных бутсах, выглядел скучающим.