Шеррилин Кеньон - Ночные объятия

Но именно сердце поэта она любила больше всего.

— И ты — мой огонь. — прошептала она. — И если ты сейчас не уйдешь и не встретишься со своим дядей, он погасит тебя.

Он выругался, отстранившись от нее.

Она смотрела, как он одевается, потом помогла облачиться в доспехи. Он был принцем не только по титулу, но и по манере держаться и по внешнему виду. Благороднее его не было человека.

Когда она оделась, он обнял ее и одарил последним горячим поцелуем.

— Встретимся сегодня ночью?

Она отвела глаза.

— Если ты хочешь этого, Спирр. Я сделаю все, что ты попросишь, но я не уверена, что встречаться в твою брачную ночь будет справедливо по отношению к твоей молодой жене.

Он вздрогнул, как будто она дала ему пощечину.

— Ты права, Нин. Но более всего это будет несправедливо по отношению к тебе.

Саншайн застонала, когда почувствовала себя покинутой Ниньей, которая подошла к Спирру. Они все еще были одним целым, и сейчас она чувствовала его. Его эмоции.

Именно благодаря его глазам она видела их.

У Спирра разбилось сердце, когда Нинья сделала шаг назад и покинула его объятия. Боль была настолько сильной, что он готов был согнуться под ее тяжестью.Он протянул руку к ней, прекрасно понимая, что она ушла.

Потеряна.

Потеряна для него навсегда.

Также как и его мать.

Также как и его отец и сестры.

Боги, как несправедливо это было.

Но жизнь никогда не была справедлива. Особенно к человеку, у которого были долги и обязательства. К человеку, который мечом заставил уважать себя и сестру. Его жизнь никогда ему не принадлежала.

Отвернувшись от нее, он вскочил на коня и поехал навстречу своим дяде и тете, чтобы совершить брак между их и галльско-кельтским племенем, граничившим с ними на севере.

Этот брак должен, наконец, заставить замолчать болтунов и тех, кто пророчил конец света, желая, чтобы наследником был назван кто-то другой.

Во сне Саншайн почувствовала, как ее видение переменилось. Она увидела Тэлона позже, в тот день, когда он стоял между красавицей возрастом чуть больше тридцати и мужчиной немного постарше. У женщины были такие же светлые волосы, как у Тэлона, и синие глаза, а мужчина был черноволос и черноглаз.

Они стояли в центре старинного зала, отделанного деревом. Зал был заполнен людьми, незнакомыми для трех из присутствующих там. Они были одеты в красивые пледы и носили золотые украшения. Дядя Спирра был облачен в черные кожаные, а тетка в золотые одежды с длинными юбками-пледами.

На собравшихся там людей Тэлон смотрел смело и гордо. Угрожающе и царственно.

Голоса галлов эхом отражались вокруг. Они рассказывали друг другу истории про его мастерство в сражениях, о том, что он был любимым воином Морриган[30]. Рассказывали, что сама богиня шла с ним рядом в битве и вызывала на бой любого, кто наносил урон его красоте или затуплял его меч.

Но никто из них не знал, что Спирр был готов бежать, пока ждал встречи со своей невестой.

— Клянусь, парень, ты пуглив, как жеребенок, — со смехом прошептала его тетя.

— Ты вела себя также, Ора, — поддразнил ее дядя. — Я помню, как твой отец грозился связать тебя, если ты не прекратишь ерзать, пока наши родные связывали нас браком.

— Да, но я была намного моложе, чем он.

Тетка положила свою мягкую руку на его плечо.

Спирр глубоко вздохнул, когда молодая девушка вышла вперед, чтобы встать перед ним.

— Моя дочь Дейдре, — сказал король Лльюд.

Она была красива. Это было первой мыслью Спирра. С волосами, такими золотыми, каких он никогда не видел, и голубыми глазами, нежными и добрыми.

Но она не могла сравниться с его Ниньей. Никакая женщина не могла даже близко сравниться с ней.

Спирр инстинктивно шагнул назад. Его дядя подтолкнул его вперед. Дейдре улыбнулась маняще. Ее взгляд был теплым и благосклонным.

Он снова отступил назад.

На сей раз тетя подтолкнула его к невесте.

— Что ты должен сказать ей, парень?

— Я…, — Спирр знал слова, которые свяжут их.

Он репетировал их постоянно. Но сейчас они застряли в его горле. Он не мог дышать.

Он снова шагнул назад, и снова дядя и тетя подтолкнули его, к ней и судьбе, которая внезапно показалась ему мрачной. Холодной.

— Спирр, — сказал дядя с предупреждением в голосе. — скажи эти слова.

Сделай это, или ты потеряешь все,

Сделаю это, и я потеряю Единственную.

Мысленно он видел боль в глазах Ниньи, видел слезы, которые она пыталась скрыть.

Спирр сжал зубы и решительно выдвинул челюсть.

— Я не сделаю этого.

Он развернулся и покинул зал, слушая изумленные вздохи, пока шел к двери и дальше, в деревню.

Несколько мгновений спустя его дядя и тетя бросились за ним. Он был на полпути к своей лошади, когда дядя схватил его за руку и заставил остановиться.

— Что с тобой случилось? — спросил он требовательно.

— Спирр? — спросила тетка более мягко. — Почему?

Он обернулся назад, потом опять взглянул на них, подбирая слова, чтобы заставить их понять то, что было в его сердце.

— Я не женюсь на ней.

— О да, ты женишься, — серьезно сказал Идиаг. Его темные глаза обжигали огнем. — Теперь возвращайся назад и заверши обряд.

— Нет, — упрямо ответил он. — Я не женюсь на ней, потому что люблю другую.

— Кого? — в унисон спросили они.

— Нинью.

Они обменялись хмурыми взглядами.

— Кто, к черту, такая Нинья? — спросил дядя.

— Дочь торговца рыбой? — спросила тетя.

Эти два вопроса прозвучали сразу. Пока до его дяди не дошел комментарий Оры.

— Дочь торговца рыбой? — переспросил он.

Дядя замахнулся, чтобы дать ему затрещину, но Спирр перехватил руку и впился в него глазами. Дни, когда Идиаг мог наказывать его, закончились.

— Ты сошел с ума? — вырвал он руку. — Сколько ты знаешь ее?

Тэлон напрягся, ожидая приговора Идиага. Без сомнения, теперь они вышлют его из клана, как поступили с его матерью.

Ничто не имело значения.

Нинья была единственным человеком, кто всегда по-настоящему принимал его.

Он не мог подвести ее, женившись на другой, и вынудив ее вернуться к ее нищей жизни.

Он отказывался стариться без нее.

— Я знаю, что вы не понимаете меня, и я знаю, что должен пойти сейчас и жениться на дочери Галлии. Но я не могу. — Он посмотрел на тетку, надеясь, что хоть кто-то поймет его состояние. — Я люблю Нинью и не хочу жить без нее.

— Ты молод и глуп, — сказал дядя. — Как и твоя мать, ты позволяешь своему сердцу управлять собой. Если ты не в состоянии сделать это, то никогда не загладишь позор своей матери. Ты будешь не более чем осмеянным сыном шлюхи. А теперь возвращайся в зал и женись на Дейдре. Сейчас же!