Ведьма для изумрудного дракона - Лана Бель
Место, где никто не стремился содрать с них чешую, как с дохлой рыбы.
Место, где крылья не становились украшением чужой гостиной и предметом гордости.
Но не все ушли. Некоторые остались с любимыми и большую часть времени жили, как люди, только изредка давали волю крыльям. И это работало.
Сто лет тишины.
Ра’карн сделал еще один круг. Внизу вспыхнул поздний огонь — кто-то вышел во двор, поднял голову… и тут же отвернулся, занявшись делами.
— Не стоит лететь так низко, — предупредил Рик.
Рик не хотел возвращаться в этот мир, как и его дракон. Но его кровный брат перестал выходить на связь. Брат остался — со своей альмой.
Позже всплыла еще одна правда — существует организация. Культ.
Они уничтожают тех немногих драконов, что когда-то решили остаться среди людей. Им были нужны ингредиенты. Кровь. Чешуя. Кости. А во что все это превращалось дальше — одному Отцу Дракону известно.
От этой мысли в груди стало пусто и холодно. Даже огонь, что тек в нем, не мог растопить это ощущение. Он уже однажды ушел. И если тогда это было спасением, то теперь возвращение стало необходимостью. Ему не хотелось повторения прошлого.
Ра’карн рванул в драконий город — к старейшинам, — не забыв послать зов тем, кто еще мог его услышать: скрыться и быть осторожнее.
* * *
Внизу раскинулось Большое Озеро — единственное в округе место, где можно было приземлиться в истинном облике, не рискуя задеть крылья о скалы или деревья. Его гладь блестела серебром, словно гигантское зеркало.
Ра’карн пошёл на снижение, описывая широкие круги. Крылья устало резали воздух, каждая мышца нуждалась в отдыхе. Он собирался утолить жажду, дать телу долгожданную передышку — и выпустить наружу человека.
Посадка вышла мягкой для такой громады. Когти глубоко взрыхлили влажную землю, оставив длинные борозды, словно плуг иссек почву. Огромные крылья в последний раз хлопнули в воздухе и плавно сложились; мышцы под толстой чешуей перекатились, а земля под лапами чуть задрожала при приземлении.
Тишина была неестественной. Ни плеска рыбы, ни шороха ночных зверьков — всё замерло. Ра’карн сделал пару шагов к озеру; он двигался медленно, скрывая напряжение, но кончик хвоста предательски дернулся.
—Слишком тихо, — подметил Рик.
—С этого и начинаются все наши передряги, — прорычал Ра’карн, нутром ощущая подвох.
—Может, зря мы привал устроили здесь?
—Зря или нет — не важно. Если есть угроза, я разорву её в клочья, — дракон рыкнул, несмотря на изнурительный перелет, он всегда был готов сразиться.
Рик попытался усмирить нарастающий азарт дракона:
—Ты всегда стремишься к крови. Иногда можно просто улететь, не вступая в драку…
—О, нет. Бежать — удел трусов, а мы — драконы , — вспыхнул Ра’карн.
Рик ничего не ответил, а дракон шумно и протяжно выдохнул носом, испуская пар.
—Ладно. Будем осторожны и первые откусывать головы не станем.
—Давай глотнем воды и будем рвать когти отсюда, дружище! — добавил Рик, стараясь придать голосу легкую шутливость, чтобы усмирить пламя внутри.
Ра’карн наклонил морду к самой глади и начал пить. Лапы провалились во влажную землю у берега. Вода скатывалась по чешуе, капли летели на траву; дракон держал ухо востро и торопился закончить.
Он сделал шаг в сторону, уходя от воды. Но в темноте, где человеческий глаз различил бы лишь тени, для него всё было иначе. Он видел чётко.
Тридцать силуэтов, двигались осторожно, подкрадываясь с разных сторон. Плащи скрывали их тела и лица. Но от дракона не укрылось, ни учащённое биение сердец, ни щиты, что дрожащей дымкой окутывала каждого из них.
—Нас берут в кольцо. Нас здесь ждали, — напряженно отозвался Рик.
Ра’карн зарычал, капли сорвались с острых клыков.
—Плевать. Они сами сделали свой выбор.
— Окружай эту тварь! — пронесся командный крик.
Из тьмы посыпались дротики. Большинство звякали по чешуе и отскакивали вниз не причиняя вреда. Дракон фыркнул, хрипло рассмеялся и резким взмахом хвоста снес нескольких нападавших — кто-то отлетел в кусты, кто-то плюхнулся в воду, а кто-то помял деревья своим телом.
Спустя секунду дротики снова сыпались на него с разных сторон. Это было бессмысленно, пока один длинный гарпун со свистом не вонзился прямо в сустав крыла.
Ра’карн взревел. Боль вспыхнула, как огонь под перепонкой, и расползлась по всему крылу. Он резко дернул лапой, когти разрыли землю, но крыло уже не слушалось полностью — перепонка дрожала, одна половина тела тянула вниз.
—Запястье… эти крысы бьют в запястье! — яростно рычал дракон.
—Не дай им закрепить гарпун! Вырви его, или они прижмут нас к земле!
Дракон взмахнул здоровым крылом, сметая сразу пятерых, а поврежденное лишь дернулось, раскрываясь наполовину и каждое движение отзывалось хрустом и вспышкой боли.
— Держи! Тяни его вниз! — заорал командир.
Гарпун потянули: цепь натянулась и вонзилась глубже в сустав. Ра’карн почувствовал, как слабеет сцепление крыла с воздухом, как неравномерно раздуваются лёгкие — тело предательски пыталось подчиниться чужой воле.
Из леса ударило новое заклинание: «Искра!» — воздух разрезал треск, мышцы свело судорогой, и ощущение будто в него шарахнула молния. Дракон рванулся, когти взрыли землю.
— Бей! — другой выкрик. Лапу полоснуло невидимым лезвием, холодом и болью, словно кусок чешуи срезали.
—Я сломаю их! Раздавлю, разорву зубами, сожгу до пепла! — дракон только распалял свою ярость.
—Уноси нас! Живо! — жестко оборвал Рик.
Ра’карн втянул воздух, готовясь обрушить на них пламя. Огонь вырвался наружу стеной, жар облизал нападавших. Но плащи вспыхнули и тут же погасли, словно их оберегала, невиданная ранее, защита. Маги выстояли и кольцо вокруг сомкнулось плотнее.
— Щиты выше! Держать строй! — кричал командир.
— Пыль! — прозвучал новый приказ.
Что-то взорвались, воздух наполнился едкой завесой. Ра’карн втянул по инерции воздух.
—Они травят нас, Рик… — рычал дракон.
—Держись. Дыши медленнее. На нас подействует не сразу.
Ра’карн мотнул головой, но гарпун снова дернули вниз.
— Земля! — выкрикнул кто-то, и земля под лапами стала жиже.
—Разберись с гарпуном!
Боль взорвалась под крылом. Ра’карн взревел и рванулся всем телом. Зубы вцепились в древко — треск дерева, звон металла, и он вырвался из цепей, вылез из вязкой жижи, пока его не успели сковать заклинанием.
— Бросай сеть!
Липкая вязкая магия накрыла его
