Между Пламенем и Тьмой. Академия Пограничья - Лена Бутусова

люди, чьи лица были покрыты коротким цветным мехом. И все они были очень странно одеты. Словно театральные актеры или исторические реконструкторы. Исподволь я разглядывала их всех. И хотя мне очень хотелось расспросить о них Тарлана, я сдерживалась. Почему-то я была уверена, что он все мне объяснит чуть позже.

Единственными, кого мы не встретили ни разу, были дети. Ни малышей, ни ребят постарше, ни подростков – все попадающиеся навстречу существа, даже бородатые карлики и чуть менее бородатые карлицы, казались взрослыми. И мои дети семи и четырнадцати лет от роду выделялись среди обитателей каменного дома и вызывали у них интерес. Одни оборачивались, некоторые перешептывались, и мне становилось от этого все неуютнее. Я прижимала детей крепче к себе и, наконец, не выдержала:

– Скажите, а долго нам еще идти?

– Уже пришли, – Тарлан обернулся ко мне со своей неизменной улыбкой и указал на ближайшую дверь. – Это кабинет Верховной. Нам нужно получить ее согласие на то, чтобы вы остались, вот только…

– Только что? – Дэн сразу напрягся, сверля нашего спасителя недружелюбным взглядом.

– Она довольно эксцентрична и… лучше говорить с ней буду я. А вы помалкивайте, пока она вас о чем-нибудь не спросит, – он строго посмотрел на Дэна, и тот стушевался.

Мужчина протянул руку, собираясь открыть дверь, но я вдруг придержала его за рукав. Тут же отдернула ладонь, словно обжегшись, и в который уже раз покраснела, словно девчонка:

– Послушайте, Тарлан, я…

– Не бойся, все будет хорошо, – этот удивительный мужчина прекрасно чувствовал мою тревогу. Он положил руку мне на плечо, ободряюще улыбнулся, заглядывая в глаза. – Верь мне.

И толкнул дверь.

За дверью оказался просторный кабинет, вполне подходящий для какого-нибудь ректора или декана солидного института. Две стены были заставлены книжными стеллажами до самого потолка, на третьей висела большая карта незнакомой местности, казавшаяся объемной и как будто живой. Над миниатюрными горами и лесами клубились облака, реки текли, словно настоящие, деревья качали кронами… Почти всю четвертую стену занимало окно, задернутое плотными шторами, из-за которых едва сочился дневной свет. Напротив окна стоял неприличных размеров стол, а за столом сидела дама весьма неопределенного возраста.

Пепельного цвета волосы уложены на голове в замысловатую прическу, одновременно строгую, но с парой фривольно спускающихся у висков завитых локонов. Черты лица красивые и молодые: гладкий лоб, подтянутый подбородок, вот только глаза… Глаза выдавали ее возраст. И не количеством морщинок или темными кругами. Ни того, ни другого не было в помине. Но в глазах этой женщины было столько зрелого понимания, столько властного высокомерия, что я стушевалась и едва не споткнулась о порог кабинета, входя. Словно школьница на экзамене у мегеры-училки.

Эта самая мегера смотрела на меня, не отрываясь, и нервно крутила в пальцах карандаш. Наконец, несчастный писчий инструмент, не выдержав напора хозяйки, треснул пополам. Женщина в сердцах отбросила обломки в сторону и порывистым движением поднялась из-за стола.

– Ну, и зачем ты притащил ее сюда, Тарлан? – она обращалась к нашему провожатому, но по-прежнему смотрела на меня.

– Она теперь будет жить здесь, – Тарлан ответил спокойно, даже несколько безразлично, словно обсуждал судьбу подобранной на улице бездомной кошки.

– Ты же знаешь, что это против правил! – мегера резко дернула головой, отчего ее строгая прическа приняла чуть менее строгий вид.

– Знаю, – Тарлан по-прежнему говорил спокойно.

– И тебя не пугают последствия? – женщина удивленно вскинула брови, наконец-то посмотрев на крылатого.

Последовала короткая пауза:

– Нет.

– Я дико извиняюсь, – несмотря на предупреждение Тарлана, Дэн все-таки заговорил первым, – вы производите впечатление благоразумной взрослой женщины…

Я фыркнула про себя – сразу с козырей зашел…

…– Может быть, вы все-таки объясните нам, где мы и что тут у вас вообще происходит?

Мегера бросила на моего мужа презрительный взгляд, словно и вправду на бродячего пса. Снова повернулась к Тарлану:

– Объясни своим… питомцам, Тарлан, правила поведения на Рубеже. Здесь вам не детские игры, – она снова покосилась на Дэна, – однако… – в глазах ее скользнул мимолетный интерес, – похоже, что вы не совсем бесполезны. Нужно будет их проверить, – снова уже обращение к нашему спасителю.

– Да, разумеется, Катарина, – мужчина коротко кивнул. – Я правильно понимаю, что ты одобряешь инициацию новобранцев?

Женщина недовольно поджала губы и медленно кивнула.

– А дети? – Тарлан смотрел на собеседницу спокойно, но вот мое сердце от его слов тревожно екнуло.

– Детей по обычной процедуре, – она неопределенно махнула рукой.

Тут уже я не выдержала:

– Что значит, по обычной процедуре? – голос сорвался, и я закашлялась.

Катарина медленно повернулась на мой возмущенный вопрос, но Тарлан тут же оказался между нею и мною и мягко, но настойчиво принялся выталкивать прочь из кабинета – всех нас четверых разом.

– Нет, погодите, – я попыталась выглянуть из-за его плеч, ширину которых почти в полтора раза увеличивали крылья.

– Это ты погоди, – он негромко проговорил мне на ухо. – Все будет хорошо. Верь мне.

И вытолкал нас вон. Захлопнул за собой дверь и чуть распахнул крылья, словно дополнительно отгораживая ими дверной проем. Улыбнулся:

– Ну, вот, а теперь можно и поговорить.

– У Катарины крутой нрав, но на Рубеже решения принимает она, и потому с ней лучше договариваться по-хорошему. А подраться здесь есть множество других возможностей, – Тарлан по-доброму улыбнулся нам и сложил крылья.

Я обратила внимание, что крылья участвовали в его мимике и жестах также как у обычного человека руки и лицо. Вот и сейчас они то трепыхались в такт пожиманию плечами, то вспархивали, словно от всплеска эмоций, то расслабленно повисали вдоль спины, еще больше становясь похожими на плащ.

Денис, сделав над собой усилие, шагнул к Тарлану и протянул ему руку:

– Денис Шацкой. Я – инженер.

Лишь мгновение крылатый оценивал этот его жест, затем тоже протянул руку и принял рукопожатие:

– Тарлан… просто Тарлан, – он чуть усмехнулся. – Я – командир местной гвардии.

– Мои дети, Максим и Егор, – Дэн по очереди представил мальчишек, – а это… – он протянул руку в мою сторону.

– Можешь не утруждаться, – крылатый прервал его на полуслове, – я все о ней знаю.

И вот тут Дэн собрался было снова возмутиться, но я остановила поток его эмоций:

– Скажите, что значит,