Отдых с замурчательными осложнениями - Алиса Ганова

Устав мерить шагами пролет подсобки, я села на подвернувшийся продолговатый контейнер. Потом, рассудив, что ждать лежа удобнее, легла.

Папа и Гревальд изредка переговаривались, но я дремала чутко и сразу просыпалась, едва они подавали голоса.

— Неужто, передумали? — разбудило в очередной раз сердитое брюзжание Гревальда, уставшего ждать сообщения от гостей. — Зачем им всего один контейнер? Разве что на крейсере мелкую пакость изводить в кормохранилищах.

— Я их предупредил, — терпеливо и спокойно отвечал папа, и я снова прикрыла глаза. — Они подтвердили, что им этого достаточно. А потом на…

Разговор нарушил тревожный писк пульта.

— Да! — хором отозвались папуля и Гренвальд.

Я же резко села, принялась поправлять волосы, костюм… Ведь дождалась же!

— Открывайте шлюз. Включаем гравитационный луч! — донеслось громко и напыщенно из динамиков. Вот так сразу, без приветствий и других слов вежливости. Да еще таким властным, решительным тоном, что все опешили. Даже я. Мы же не рабы! И не подчиненные!

— А как же… — засомневался папа.

— Немедленно!

От возмущения я едва не зарычала. Да что они себе позволяют?!

Но Гревальд подавленным голосом ответил:

— Выполняем!

Загудела тревожно сирена, и я не сразу заметила нарастающее намагничивание волос и кулона на груди.

— Что за?! — спохватившись, закрыла ладонью рот. А когда заметила, что ярко-зеленый неоновый луч осветил меня и контейнер, на котором сижу — поздно сообразила, что, возможно, это и есть тот самый дезинфектор. Ведь, кажется, что-то подобное было написано на боковине полустертой краской…

Впопыхах попробовала спрыгнуть, но гравитация луча не дала не то что скатиться к краю — сдвинуться с места на миллиметр. Словно пригвожденная, я лежала на крышке и истошно кричала, но сила луча уносила мои испуганные, надрывные вопли в нутро крейсера…

Вот и сбылось мое желание, только совсем не так, как мечтала.

= 5 =

Приоткрыв глаза, я увидела себя лежащей в полупрозрачной колбе. Тело с тихим жужжанием сканировали разноцветные лучи. Через пластиковые боковины просматривалось серое помещение…

Видно нечетко, тем не менее сразу сообразила, что нахожусь точно не на Терузе.

«Где я?! Что со мной произошло?!» — заволновалась, вспомнив о произошедшем накануне. Сердце бешено заколотилось — и тут же мерную тишину разрывал тревожный сигнал.

Откуда-то из недр зала появился мужчина, облаченный в черный костюм, и первым делом отключил противный, нервирующий звук.

Походка его своеобразная, движения порывисты, и поворачивается странно: всем телом, как бывает, когда болит спина или шея.

Я затаила дыхание и внимательно следила за незнакомцем.

Он приблизился к моей колбе — крышка медленно отъехала, и я ощутила странный, влажный воздух с непривычным благородным привкусом. Легкая горечь ощущалась на языке, однако при всем этом тонкий аромат пришелся мне по душе. Дышала бы и дышала.

— Кто вы? Где…я? — замолкла на полуслове, когда, подняв глаза, заметила, как плотная ткань черного костюма незнакомца перешла в высокий серый воротник, полностью закрывающий лицо… И подпрыгнула, сообразив, что это уже не ткань, это серая, гладкая кожа косможителя!

Оценив степень моей оторопелости, серокожий мужчина, чьи глаза закрывали широкие защитные очки, осклабился. При виде мелких, острых зубов, я ахнула и пыталась захлопнуть крышку камеры обратно. Увы, перемазанные гелем руки соскальзывали. Тогда я, напуганная неожиданной встречей, нырнула обратно в колбу.

— Крха-крха-крха! — разнесся сиплый хрип по помещению. Но более ничего ужасного инопланетный тип не делал, и я, чуть справившись со страхом, интуитивно догадалась, что это смех.

Набравшись храбрости, приподнялась, чуть высунула нос из камеры и принялась рассматривать его во все глаза.

Высокий блондин, тонкокостный, жилистый… — ничего запредельного, только пахнет странно. Еще у него тонкие губы и большой для обычного человека рот.

— Я фер Диа-ару. Вериец. Ты на крейсере «Райские врата», и у меня есть вопрос… — прожигал он жутким взглядом даже через очки. — Что ты делала рядом с гравитационным периметром? Мало, подвергла свою жизнь опасности — неприятности могли случиться на крейсере, вплоть до взрыва! Итак?

— У…убиралась, — соврала я, краснея от стыда. Не привыкла лгать, а лгать перед незнакомцем обнаженной — еще труднее, особенно когда откровенно разглядывают.

Большой рот верийца недовольно кривился. Подозреваю: врунишка из меня никудышная, еще датчики подтверждали, что я юлю.

— Вам же нужен был дезинфикатор? Мы его подняли с нижнего уровня и… пыль смахивали… — замолкла, ощутив, как по плечам и груди скользит пристальный взгляд косможителя. — Я на крейсере, да? — Прикрылась руками и жалобно попросила: — Верните домой! Пожалуйста!

Собеседник шумно выдохнул, снял широкие защитные очки, явив мне широкий приплюснутый нос и темные глаза, совершенно без белка.

— О-ой! — я попыталась снова спрятаться за полупрозрачным бортом колбы.

Фер Диа-ару смотрел на меня, как на полоумную. Лицо его начало темнеть — наверно, злится.

— «Врата» прошли через порт-усилитель и находятся от Хранилища Z-HEK-78-4 на расстоянии семнадцати световых лет. Тебя возвращать слишком проблематично. Проще избавиться, как от побочного мусора, — прохрипел раздраженно.

Меня прошиб холодный пот. Куда я вляпалась?!

— Я не хотела! Честно-честно! — затараторила, смахивая слезы. И к своему ужасу увидела, как белые, шелковистые волосы верийца начинали подрагивать, топорщиться… Они поднимались, все больше становясь похожими на плавники! И теперь вид у типа грозный, пугающий. Неужели сожрет?!

— Я все еще без сознания! У меня галлюцинации! — попыталась убедить себя и успокоиться, но серокожий тип наклонился почти вплотную, повел плоским широким носом и гаденько просипел:

— Увы, нет!

Он слишком близко. Я ощущала его дыхание кожей. А еще понимала, что от него исходит рыбный запах. Всего пару раз в жизни ела клонированную рыбу, что вырастили на станции из сохраненных генных материалов, но специфический запах запомнила.

— Датчики показывают: ты боишься меня! — самодовольно подытожил Диа-ару.

Папа учил меня быть сильной и никогда не показывать страх, поэтому первым делом я попыталась солгать:

— Нет… — и поняла, что с датчиками это бессмысленно. — То есть, д-да! У нас на Терузе нет косможителей. Таких, как вы… я никогда не видела.

— Посмотрела? Теперь следует взять анализы, — не успела испугаться, моей щеки коснулся влажный, прохладный язык верийца… Шок настолько огромен, что я застыла, не веря в происходящее.

Если бы не странный запах верийца, его экзотическая внешность, не пронизывающий страх, я бы влепила серой наглой морде пощечину. Очень уже сбор анализов похож на попытки Олсена соблазнить меня. Однако бить чужака на его же крейсере — несусветная глупость, после которой меня стопроцентно вернут на Терузу своим летом, выпнув в холодный космос под зад.

— А-а… Вы уверены, что они берутся так? — поинтересовалась осторожно.

— Они берутся по-разному, —