Вечер - Эль Джаспер

то, что братья Аркос оказались заперты. Галлы — прямые потомки африканских рабов, привезенных в Америку. Они выросли в гордую, сильную культуру, когда обрели свободу и заявили права на внешние острова Джорджия и Южная Каролина. Предки Причера связали свои семьи с Дюпре, чтобы защитить Саванну и ее окрестности, избавив их от дикости. Галла обеспечивали Эли и его семью кровью, в которой те нуждались, гуманным и безопасным способом. Никто не погибал, никто не появлялся на свет.

Самой большой угрозой Саванне и Галлам со стороны вампиров были Викториан и Валериан Аркосы. Они совершали набеги на города и сельскую местность в восемнадцатом веке. Все те, кто предположительно умер от желтой лихорадки в истории Саванны? Их всех унесла не лихорадка. Но вы не найдете этого ни в одной книге.

Вика более или менее вынудил к этому буйству его властный брат. Но как только они были похоронены, в городе воцарилась тишина. Мир. Пока их не освободили. Кажется, это было очень, очень давно. Теперь я в центре всего этого. Тот самый вампир, который много веков назад опустошил город, хочет заполучить мою задницу.

Я бы солгал, если бы сказала, что Валериан Аркос меня не пугает. Еще как пугает. Правда.

Ноги и спина вспотели под пуховым одеялом, а иголки протыкают ткань и впиваются в кожу. Хотелось бы мне глотнуть свежего воздуха. Не знаю, как долго мы ехали, но я достигла предела. Плоской частью кед я начинаю колотить по внутренней стороне багажника «Ягуара». Я бью ногами минут пять, прежде чем машина останавливается. Викториан открывает и закрывает дверцу, багажник открывается. Прохладный воздух наполняется запахами резиновых шин и моторного масла. Я оглядываюсь по сторонам. Мы находимся в большом подземном помещении, в котором слышится эхо. Бетонные стены и колонны закрывают обзор. Машин припарковано немного. В нескольких ярдах от меня есть знак съезда со стрелкой, указывающей направо. Это поражает меня.

— Почему мы на парковке?

— С тобой все в порядке? — спрашивает он, игнорируя мой вопрос и убирая с моего лица длинную челку. Он проводит по моей щеке к чернилами в виде ангельских крылышек. На его лице написано беспокойство.

— Ты имеешь в виду, помимо того, что мне нечем дышать и адски жарко? Не говоря уже о том, что мне весь последний час хотелось в туалет. Конечно. Я в порядке, Вик. — Я сердито смотрю на него. — Вытащи меня отсюда.

Викториан легко усмехается, но быстро улыбка гаснет. Его лицо застывает; он оглядывается по сторонам.

— Нам нужно спешить. — Он легко поднимает меня из багажника и ставит на ноги. — Ты собираешься заставить меня снова нести тебя? — спрашивает он.

— Нет, — отвечаю я. — Но как только мы доберемся до места, ты мне все расскажешь.

Он кивает и достает из кармана кусачки. Несколько быстрых движений — и мои лодыжки и запястья свободны.

— Пошли, — говорит он, захлопывая багажник и беря меня за локоть. Он ведет меня через слабо освещенную и почти пустую парковку. Мое внимание привлекает надпись: «ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В МЕЖДУНАРОДНЫЙ АЭРОПОРТ АТЛАНТЫ ХАРТФИЛД-ДЖЕКСОН». Желудок сжимается.

— Вик, куда ты меня ведешь? — Он тащит меня в самолет? Куда? У меня нехорошее предчувствие по этому поводу. И сильное. И мне нужно в туалет. Очень. — Вик. Туалет?

Он снова молчит. Но мы идем к лестнице, и, к счастью, там есть туалеты.

— Давай, быстро, Райли, — говорит Вик. — И, пожалуйста, не пытайся убежать.

В туалете пусто. Я ныряю в кабинку и спешно заканчиваю свои девчачьи дела. Спускаю воду в унитазе ногой, потому что общественные туалеты — это просто отвратительнейшее из безобразий, я подхожу к раковине и включаю воду.

— Райли, перестань, — говорит Викториан. В его голосе сквозит нетерпение.

— Дай мне секунду, ладно? — отвечаю я, намыливаю руки и споласкиваю их. В автомате для бумажных полотенец пусто, поэтому я вытираю руки о рубашку и выхожу. Викториан пристально смотрит на меня. — Видишь? Не убегаю, — говорю я. Он молча берет меня за локоть и ведет вперед.

Мы подходим к лифту, и Викториан затаскивает меня внутрь. Я знаю, что он использует все свое внушение, чтобы удержать меня, потому что я пытаюсь вырваться. На этот раз у меня не получается. Он нажимает кнопку первого этажа. Как только двери начинают закрываться, я улавливаю запах. Знакомый запах. Я с трудом могу в это поверить. Эли здесь.

Внезапно в узкой щели между дверями появляется рука, и в следующий миг меня буквально выдергивают из лифта и швыряют на землю. Я со стоном приземляюсь на бетонный пол гаража, в десяти-двенадцати футах, на бок. К брату Эли, Серафину, сокращенно Фину. У меня внутри все сжимается от смущения и неожиданности. Он помогает мне подняться. Скорее, он поднимает меня.

— Ты в порядке? — спрашивает он, ощупывает меня руками, проверяя, не поранилась ли я. Когда я отталкиваю его, то ищу взглядом Эли. Как только я вижу его, то бросаюсь к лифту.

— Райли, остановись! — кричит Фин, пытаясь схватить меня, но промахивается.

Я не слушаю. Не могу слушать. Потому что я знаю Эли.

Он убьет Викториана.

Вик не только представляет отвратительный орден вампиров из Румынии, он еще и влюблен в меня, и Эли это знает. Плохое сочетание, несмотря на то, что он не злой кровосос, а я определенно не отвечаю ему взаимностью. У нас с Виком действительно есть что-то общее, но это не любовь с моей стороны. Эли все равно. По его мнению, Викториан должен умереть. Особенно учитывая, что ДНК Вика теперь связана с моей. Для Эли Викториан Аркос — смертельная угроза, от начала и до конца. Я не виню Эли. Но я должна защитить Вика.

Как только я бросаюсь к лифту, Эли и Викториан вываливаются из него. В потоке рычания, хрюканья, французских ругательств Эли и румынских ругательств Викториана мы все падаем на землю. Эли превращается в вампира — клыки выходят, лицо искажено, глаза белые, с узким алым зрачком. Это пугающее зрелище. Внешность Викториана тоже меняется; даже сейчас она не похожа ни на что, что я когда-либо видела. Его кожа пепельного цвета, выглядит почти… мертвой. Не просто белой. Его глаза кроваво-красные, а клыки длинные и зазубренные. Эли отталкивает меня одной рукой, и я снова падаю на землю. С яростным проклятием я вскакиваю, но Эли и Викториан уже в тридцати футах от меня. Они сцепились, рычат, швыряют друг друга на землю. Я убегаю, когда Фин пытается схватить меня. Добежав до них, я останавливаюсь. Одной рукой обхватив Викториана за горло,