Шарлин Харрис - Однозначно мертв

Я была настолько потрясена, что не заговорила бы и в том случае, если бы моей жизни угрожала опасность. Мы лежали в тишине, изможденные. Меня не волновал вес его тела на мне. Я чувствовала себя в безопасности.

Он лениво вылизывал метку от укуса, и я улыбнулась в темноту. Я погладила его спину, будто ласкала животное. Я чувствовала себя лучше, чем за все последние месяцы. Прошло много времени, с тех пор, как у меня был секс, но это было как… секс для гурмана. До сих пор я ощущала волны наслаждения, исходящие из эпицентра оргазма.

— Это может изменить нашу кровную связь? — спросила я.

Мне не хотелось, чтобы вопрос прозвучал обвинением. Но, увы.

— Фелипе хочет тебя. Чем сильнее наша связь, тем меньше шансов, что он с помощью интриг тебя получит.

— Я не пойду на это, — меня передернуло.

— А тебе и не придется, — голос Эрика окутывал меня пуховым одеялом. — Мы обручены ножом. Мы связаны. Он не может тебя у меня забрать.

Я должна была быть благодарна за что, что мне не придется ехать в Лас-Вегас. Мне не хотелось покидать свой дом. Не могла себе представить, каково это — быть окруженной жадностью. Хотя нет, могла. Это было бы ужасно.

Большая холодная рука Эрика обхватила мою грудь, его большой палец потер сосок.

— Укуси меня, — сказал Эрик, и он именно это и имел в виду.

— Зачем, ты же сам говорил, что уже дал мне чуть-чуть.

— Потому что мне приятно, — он снова передвинулся на меня. — Просто… для этого.

— Ты же не можешь снова… — но он снова был готов.

— Тебе нравиться быть сверху? — спросил Эрик.

— Мы делали так одно время, — мне не хотелось походить на роковую женщину.

На самом деле, сложно было не зарычать. И прежде, чем я смогла собраться с духом, мы поменялись местами. Он смотрел прямо на меня. Его руки поднялись к моим грудям, нежно лаская и сжимая, рот его следовал за руками. Я боялась, что мускулы моих ног не выдержат. Я была так расслаблена. Я двигалась медленно, но не равномерно. Я почувствовала, что внутри снова зарождается напряжение. Я попыталась сосредоточиться, двигаться размеренно.

— Медленней, — сказал он, и я сбавила скорость.

Его руки нашли мои бедра и начали меня направлять.

— О, — проговорила я, когда острое наслаждение охватило меня.

Подушечкой большого пальца он нашел центр моего удовольствия. Я стала ускоряться, и если он и пытался меня притормозить, я не обратила внимание. Я поднималась и опускалась все быстрей и быстрей, а потом взяла его запястье, и укусила его со всей силы, присосалась к ранке. Он вскрикнул — бессвязный возглас освобождения и облегчения. Этого хватило, чтобы я кончила, и содрогнулась на нем. Я лениво лизала его запястье, хотя в моей слюне и не было коагулянта, как у него.

— Идеально, — сказал он. — Идеально.

Я начала было говорить ему, что он имел в виду совсем не это, с его-то опытом по части женщин, скопившемся за все эти века, но потом подумала: зачем портить момент? Пусть будет так. И в редкое для меня пробуждение мудрости, я последовала собственному совету.

— Рассказать тебе, что сегодня случилось? — спросила я после того, как мы немного вздремнули.

— Конечно, любимая, — его глаза были слегка приоткрыты. Он лежал рядом со мной на спине, а в комнате пахло сексом и вампиром. — Я весь — сплошные уши, по крайней мере, на данный момент.

Он рассмеялся.

Истинное наслаждение, или одно из наслаждений, когда рядом есть кто-то, с кем можно поделиться событиями дня. Эрик был прекрасным слушателем, по крайней мере, в его расслабленном состоянии после секса. Я рассказала ему о визите Энди с Латтестой, о появлении Дианты, когда я загорала.

— Мне показалось, что я чувствовал солнце на твоей коже, — он погладил мой бок. — Продолжай.

Моя речь лилась весенним ручейком. Я сообщила ему о встрече с Клодом и Клодин и о том, что они рассказали мне о Брендане и Дермоте.

Эрик всполошился, когда я заговорила об фейри.

— Я почувствовал запах фери у дома, — проговорил он. — Но я так обозлился, увидев твоего поклонника — тигра-в-полосочку, что забыл об этом. Кто был здесь?

— Ну, это был плохой фейри по имени Мурри, но не волнуйся, я его убила, — сказала я.

Если до этого я и сомневалась, что полностью захватила внимание Эрика, то теперь перестала.

— Как тебе это удалось, любимая? — спросил он очень мягко.

Я объяснила, и к тому времени, как я добралась до той части повествования, где появились мой прадедушка и Диллон, Эрик сел и отбросил одеяло. Он был очень серьезен и обеспокоен.

— Тело исчезло? — в третий раз переспросил он.

— Да, Эрик, исчезло, — ответила я.

— Было бы неплохо, если б ты перебралась в Шревпорт, — заявил Эрик. — Ты могла бы пожить у меня.

Это случилось впервые. Меня никогда не приглашали домой к Эрику. Я не имела ни малейшего понятия, где он находится. Я была поражена и даже тронута.

— Я очень это ценю, — сказала я, — но мне сложно добираться до работы из Шревпорта.

— Если ты оставишь работу, пока не решится проблема с фейри, ты будешь в большей безопасности.

Эрик приподнял голову и посмотрел на меня, его лицо ничего не выдавало, ни единой эмоции.

— Нет, спасибо за предложение. Но, уверена, тебе будет неудобно, и мне тоже.

— Пэм — единственная, кого я приглашал в мой дом.

— Приглашаются только блондинки? — сказала я с лучезарной улыбкой.

— Я оказываю тебе честь этим приглашением, — и снова никакого выражения на его лице.

Я не сильна по части чтения человеческих лиц, но, возможно, у меня получится лучше с языком его тела. Слишком уж я привыкла знать, что люди думают на самом деле, неважно, что они говорят.

— Эрик, я в растерянности. Карты на стол, о’кей? Я вижу, что ты ждешь от меня правильной реакции, но я не представляю, какова она должна быть.

Он выглядел озадаченным. Именно так он и выглядел.

— Что тебе нужно? — спросил он, покачивая головой.

Его прекрасные золотистые волосы растрепались и запутались. Он был в полнейшем беспорядке из-за нашего занятия любовью. И выглядел лучше, чем когда-либо до этого. Экая несправедливость.

— Что мне нужно? — он улегся обратно, а я повернулась, чтобы видеть его. — Ничего мне не нужно, — сказала я осторожно. — Мне был нужен оргазм, и я получила его в избытке.

Я улыбнулась ему, надеясь, что это правильный ответ.

— Ты не хочешь бросать работу?

— Зачем бросать работу? А жить на что? — сказала я тупо, а потом, вдруг до меня дошло. — Не думаешь же ты, что оттого что мы устроили тут гулянку, и ты заявил, что я твоя, я должна бросить работу и стать домохозяйкой? Весь день уплетать конфеты, чтобы ты поедал меня ночью?