Семья госпожи Аннари - Юлия Шахрай

чем больше будет наследников, тем спокойнее всем будет. И все будут очень рады, если в ближайшее время у вас появится ребёнок.

Смущаюсь:

— Мы это пока не обсуждали, но я не возражаю.

— Это значит, что скоро у меня может появиться братик или сестричка? — глаза Татины восторженно расширяются. — Это было бы здорово! Малыши такие миленькие! Мне всегда будет с кем поиграть, а ещё я смогу их много чему научить!

— Вот видишь, — усмехается свекровь. — Татина с нами полностью согласна.

Усмехаюсь:

— Ничего обещать не могу, но подумаю на эту тему.

Стоит представить, как по дому бегают малыши, похожие на меня и Шардена, и я не могу перестать улыбаться. Вспоминается, какие у новорожденных крохотные ладошки, как вкусно пахнут их макушки; насколько радостно наблюдать за тем, как твой малыш взрослеет и учится. А ещё чувствую, что во мне сейчас столько счастья и любви, что их вполне бы хватило ещё на кого-то.

Похоже, у нас с Шарденом появилась ещё одна тема для разговора.

Глава 21

Весь следующий день играю с Татиной. Последнее время я проводила с ней не так уж много времени и успела соскучиться. После обеда нашу игру прерывает приход Шардена и мастера Биззаброза. Гном показывает макеты комнат, расстановку мебели и уточняет:

— Текстиль и всякие мелочи вы ведь хотите выбрать сами?

— Да, — согласно киваю.

— Я так и подумал. К свадьбе закончим отделку и обустройство вашей спальни, так что сможете провести первую брачную ночь, как и полагается, в собственном жилье.

— Огромное спасибо! Но вы уверены, что справитесь настолько быстро?

— Я снял работников с других проектов, так что работа уже идёт полным ходом. Мы успеем. А ещё хочу поблагодарить вас за приглашение на свадьбу. Это огромная честь!

— Вы мне очень помогли в самом начале, — улыбаюсь я. — Без вас у меня бы не получилось всё так легко и быстро. Я вам очень признательна.

— Мы, гномы, больше ценим дела, чем слова. С тех пор как начал с вами работать, мой капитал увеличился в несколько раз; я смог расширить своё дело; а после того как все узнали о вашей помолвке, аристократы начали говорить со мной со всем уважением. А уж как узнают, что я был на свадьбе, и вовсе от зависти позеленеют. Приятно иметь такого хорошего партнёра, как вы. Все проекты по школам и кафе я завершу как можно быстрее, так что не переживайте и спокойно отдыхайте — лично за всем пригляжу.

— Огромное спасибо!

После того как провожаю гнома, Шарден берёт меня за руку:

— Мне тоже пора. Жаль, что не могу побыть с тобой дольше. А очень хочется.

— Ещё совсем немного, и мы станем мужем и женой, — улыбаюсь я. — Я тоже очень соскучилась, но всё понимаю.

— Тогда я пойду, — произносит он и остаётся на месте.

— Хорошо, — вздыхаю я и тоже остаюсь на месте.

— Скорее всего, мы не увидимся до свадьбы — я, и правда, занят, — и смотрит на меня так, что сердечко замирает.

— Я понимаю.

— Принц Шарден, вам действительно пора, — раздаётся строгий голос Мадж.

Он отпускает мою руку, здоровается с Мадж и уходит.

— Хорошего понемножку, — улыбается свекровь. — Но то, что он не сможет прийти до свадьбы, только к лучшему — завтра примерка свадебного платья, а на послезавтра я записала нас в салон красоты. Когда принц увидит результат, поразится, насколько ты у нас красивая!

— Спасибо, — благодарно улыбаюсь я.

Перед сном причёсываю Татину и укладываю её в постель. Затем интересуюсь:

— Ты действительно не возражаешь против того, чтобы принц Шарден стал моим мужем и мы жили все вместе?

— Он пообещал, что будет хорошо ко мне относиться, будет меня баловать. И ещё сказал, что я могу выбрать, к какому роду хочу принадлежать: к папиному или к его. И что я не обязана называть его папой… Он очень добрый. Мне это нравится. А ещё благодаря ему у меня могут появиться братики и сестрички, так что я смогу стать совсем как Чари.

— Дочка Олирии?

— Да. Я самую чуточку завидовала ей, что у неё есть братики и сестрички. А теперь и у меня будут. Даже если не прямо сейчас, всё равно здорово.

— Но ведь ты понимаешь, что когда малыш рождается, он ничего не умеет, даже ходить и говорить?

— Правда?

— Да. Новорожденные дети маленькие и беспомощные. Первое время они могут есть только молочко, потому что у них нет даже зубок.

— Первое время — это сколько?

— Примерно полгода. Потом малышам можно начинать давать ту же еду, что и нам. Только не всю-всю, а по большей части протёртую. А начинают ходить дети примерно в годик.

— А говорить?

— Этому их тоже нужно учить.

— Ну, я же всё это умею, так что всему научу… Получается, наш малыш будет даже более бестолковым, чем младший брат Чари?

— Первое время да.

— Ничего страшного. Он бестолковый, зато миленький. А ещё радуется всяким глупостям. Представляешь, его можно рассмешить, скорчив смешную рожицу! А ещё Чари рассказывала, что когда он был поменьше, тянул в рот всякую гадость. Чего она только у него не отбирала! Как-то даже здоровенного жука отобрала. Пришлось протереть, потому что жук был совсем обслюнявленный… Я скучаю по ним.

— Олирия планирует перебираться в столицу. Могу попросить её, чтобы она купила дом неподалёку от нас.

— Правда можешь? Было бы здорово! Но я лучше попрошу об этом дядю Шардена — он же всё-таки принц, так что ему тётя Олирия точно отказать не сможет.

Прячу улыбку — похоже, моя малышка очень сообразительная.

— А они приедут на свадьбу? — задумчиво уточняет Татина.

— Да.

— Отлично! — судя по лицу, она уже составляет коварный план.

— Хочешь сказку?

— Да.

Рассказав сказку и убедившись, что дочка уснула, подтыкаю одеялко и улыбаюсь: я привыкла воспринимать Татину как малышку и не заметила, что она повзрослела. Ещё немного и моя детка поступит в Школу магии, а потом и замуж выйдет… От этой мысли малыша хочется ещё больше.

Глава 22

Свадебное платье выглядит великолепно. Отделка ещё не закончена, нужно немного ушить в талии, но это нисколько не портит впечатления. Застываю перед зеркалом и не верю, что хрупкая и невероятно красивая девушка в отражении — это я.

— Отлично! — довольно произносит Ирина. — Можно снимать. До свадьбы успеем всё поправить и дошить. Судя по твоему довольному виду, тебе нравится.

— Очень! — энергично киваю я. — Никогда не чувствовала себя настолько красивой!

— Я рада.

После того