Худший финал для ведьмы - Мэри Кенли

и исправно кормил меня. Он даже чуть ослабил наручники, когда заметил натёртые запястья. Можно сказать, что мой «тюремщик» был вполне милосердным… Но в его милосердии нет ни капли тепла. Просто сухое исполнение долга.

«Сложно найти асканийца, который не испытывал бы ненависти к Элайзе» — понимающе усмехнулась я. И вот так мы въехали в столицу… Догадаться об этом было несложно: дорога вдруг стала ровной.

Я прикрыла глаза, пытаясь вспомнить отрывки из книги. Там говорилось, что Лазурь была самым чистым городом Аскании. Белокаменная столица, окружённая высокими стенами… Эмилия полюбила это место с первого взгляда. Ей нравились изящные статуи и лазурные фонтаны, что виднелись там и тут. Ей нравились уличные музыканты и разноцветные окна в домах.

Но мне (увы) не дали полюбоваться всем этим великолепием. В карете было душно и темно, а рыцарь явно не оценит идею с экскурсией по Лазури.

Я вздохнула, пытаясь унять дрожь. Неприятное волнение пробуждалось в сердце, диктуя избитые строчки из романа… 

— О, боги… Ты такой лжец. Однажды принц клялся в любви мне, Верховной колдунье Эльмхаита, но что теперь? Решил пригреть убогую дворянку?

— Хватит! Моя привязанность к тебе иссякла в тот день, когда ты прокляла наши земли!

Да, верно… Я побаиваюсь Валентина. Не могу представить, какое наказание ждёт меня впереди. Казнь? Заключение в темнице? Едва ли император вновь отправит злодейку в Шадд…

«А ведь я только-только избавилась от паразита!» — тяжёлый вздох сорвался с губ, и как раз в тот момент карета остановилась.

Арей открыл двери, и яркий свет больно ударил по глазам. Рыцарь молча надвинул капюшон мне на голову, а потом помог выйти из экипажа. Мы находились на огороженной территории: кругом деревья, кусты и странный заброшенный дом поблизости… А это, случайно, не «тайный сад» императора?

Я помню, в «Цветке Скорби» упоминалось загадочное место. Оно было создано кем-то из Азуров — защищённый клочок земли с рощей и таинственным особняком. Говорят, раньше здесь прятали любовниц императоров, но с тех пор прошло очень много времени. А теперь… Валентин пустил в тайный сад ведьму.

«Всё интересней и интересней…» — вздохнула я.

— Вы будете заточены в этом доме, пока император не придёт навестить вас. — холодно проговорил Арей. — Я заменю наручники на блокирующие браслеты. Но никто не будет вам прислуживать.

— Потому что никто в столице не знает о том, что злая ведьма вернулась? — усмешка исказила мои губы. — Как скажете, сэр рыцарь.

Арей резко скривился, опустив ладонь на эфес меча. Рыцарь смотрел на меня голодным зверем, со всей ненавистью, от которой хотелось скрыться. Но… Вот что странно: я не боялась. Будто и впрямь примерила личность мятежной Элайзы.

Арей прикрыл глаза, возвращая самообладание. Он несколько грубо потянул меня в дом, только чтобы защёлкнуть на руках браслеты и (наконец) снять приевшиеся наручники. После этого рыцарь молча отошёл к двери.

— Подождите! Один вопрос: Святая Дева осведомлена о том, что я здесь?

Арей замер, яростно посмотрев мне в глаза. Похоже, этот вопрос серьёзно задел его, потому что мужчина ответил не сразу.

— Да. Она знает.

Дверь захлопнулась, замок щёлкнул три раза, сигнализируя о моём заточении. Я задумчиво потёрла запястья, задев пальцами прохладный металл блокирующего «аксессуара». До чего неприятная штука… Впрочем, чего ещё ожидать от главных героев? Было бы странно, встреть они меня с фанфарами.

«Если Эмилия знает… Интересно, кто навестит Элайзу в первую очередь?» — я негромко вздохнула и решила исследовать дом.

В романе об этом месте сказано так мало… Но очевидно, что выбраться отсюда нелегко. Многие двери были заколочены, окна не открывались, а попытки разбить стекло ни к чему не привели (и почему оно такое прочное?).

Тогда я поняла: заброшенный дом похож на настоящую крепость. Потому Арей и не боялся оставить меня в этом месте.

На втором этаже обнаружилась единственная открытая спальня. Пыльная кровать, облезшие обои и старая мебель… Когда-то всё здесь было очень роскошным, но время не пощадило тайный сад. И вскоре я обнаружила то, что вызвало неконтролируемую дрожь по телу.

От изголовья кровати протянулись длинные цепи, которые заканчивались кандалами. Для рук и для ног…

«В романе упоминалось, что здесь «прятали» любовниц. Но, честно говоря… Всё это выглядит иначе. Будто их похищали, насиловали и держали взаперти» — подумала я и распахнула шкаф.

В нос сразу ударил стойкий запах залежавшейся одежды… От пыли засвербело в горле, но я продолжала рассматривать эти красивые платья из прошлых эпох. Неприятный холодок обжёг хребет: то, что казалось случайным предположением, переросло в неконтролируемое чувство страха.

А затем рядом послышались шаги. Кто-то поднимался по лестнице на второй этаж, и (первым делом) я подумала о Хранителе… Но вместо него в дверях появился Он.

Тот, кого любила Элайза. Тот, кто её приговорил.

Валентин Азур, император Аскании и главный герой романа.

Принц снова встретил ведьму.

Глава 20. Едкие чувства

В моей голове звенела чужая ярость. Она кричала голосом Элайзы, рвалась к ненавистному (некогда любимому) человеку. Ведьма обвиняла его, ведьма хотела бы его убить, но… Не смогла. Валентин оставался её главной слабостью. Он же был величайшим предателем в её жизни.

Я тихо вздохнула, сжав пальцы в кулаки. Что ж, вот мы и встретились! Главный герой романа, император Аскании… И тот, кто будет решать мою судьбу.

«Опять? Даже думать об этом противно»

В романе Валентина часто называли сказочным принцем, и (честно говоря) он вправду похож на обаятельного красавца из древних легенд. Такой высокий, стройный, плечистый… Его волосы отливали золотом пшеничных полей, а от улыбки на щеках появлялись умильные ямочки. Но вот глаза… Фамильная черта клана Азур — рубиновая радужка. Конечно, подобное есть не у всех потомков императорской фамилии, но у многих.

Должна сказать, что это смотрится… Странно. У Валентина глубокий, пронзительный взгляд. Из-за него молодой император казался более хищным. Будто кто-то провёл окровавленной кистью по белому холсту.

— Элайза. — задумчиво позвал он, прервав обоюдное молчание. — Ты… Стала прежней.

Его голос прозвучал чуть хрипло. Валентин смотрел мне в глаза и казался взволнованным, но я не прониклась. Неожиданная сентиментальность от главного героя? Обойдёмся без неё.

— Скучал по мне? — насмешливо спросила, невольно имитируя тон настоящей Элайзы.

Осколки её личности впились в моё собственное раздражение… И мы обе не собирались щадить Валентина.

— Отчасти да. — с неожиданной мягкостью признался Азур.

Он шагнул вперёд, с интересом разглядывая моё лицо, а затем вздохнул:

— Это невозможно. Невозможно снять метки карателя Эльмхаита… Но