Месть Богов - Джеймин Ив

Я покачала головой. — Нет. Мое место всегда с ним.

Она обняла меня одной рукой, но спорить не стала. Мы обе были в одинаковом положении, наблюдая за Титаном, которого мы любили, в опасности, так что она понимала лучше, чем кто-либо. Черные пчелы летали вокруг в хаосе, пока Кронос продолжал медленно разрывать сущность Смерти.

Гиперион был сосредоточен на куполе, стиснув зубы, пока не давал Смерти и ее созданиям сбежать. Медленно пчелы дрогнули, разлетаясь неровными узорами и падая на землю. Кронос толкнул молнию еще ниже, рассекая живот Смерти, и именно тогда весь ад вырвался на свободу.

— Мэйзи, берегись! — Тейя отбросила меня назад как раз в тот момент, когда упавшее дерево раздавило то место, где я только что стояла. К счастью, я приземлилась на спину, Тейя наполовину смягчила удар.

— Лава! — крикнул один из Титанов, и я едва успела выпрямиться, прежде чем лава начала пузыриться и закипать над горой.

Смерть не ушел бы спокойно.

Он давал это понять предельно ясно.

Пока Титаны смотрели на лаву, я крикнула Рее. — Используй свою ледяную магию и охлади ее!

Она встряхнулась, словно пробуждаясь ото сна, прежде чем сделать именно то, что я предложила. Лед и морозный воздух замедлили движение потока красной лавы, который угрожал скатиться прямо на Крона и Гипериона. Там, куда попала ее энергия, она почернела по краям, остывая и образуя толстую лавовую породу.

Я снова посмотрела на Крона и Гипериона и была рада увидеть, что он почти полностью разрезал Смерть пополам.

— Еще одно дерево! — Океанос крикнул, и я почувствовала, как малышка пнула меня.

Развернувшись, на этот раз я обошла падающее дерево.

— С мамой все в порядке, — сказала я в спешке. — Не забирай маму с этого мира! Я использовала свой тон — ты наказана, и она подчинилась.

Когда все больше земли начало осыпаться вокруг нас, все, что я могла видеть, были Кронос и Гиперион, сцепившиеся в битве со Смертью. Мой Титан выглядел так, словно он колебался, его энергия была более тусклой, чем раньше.

В тот момент я знала, что мне нужно было сделать.

— Мэйзи, убери от него свою тупую задницу! — Крикнула Рея, когда я подошла прямо к светящемуся куполу, созданному Гиперионом.

Кронос бросил быстрый взгляд через плечо на меня, и я увидела вспышку страха в его глазах. Прежде чем он смог остановить меня, я просунула руки сквозь щит и положила ладони ему на спину.

— Давай подбодрим папочку, детка, — сказала я, и тепло вырвалось из-под моих ладоней.

Шесть разрядов молнии вспыхнули внутри купола, разрезав Смерть на четыре части. Все пчелы замертво упали на землю рядом с четырьмя комочками черной чернильной массы, которая была очень похожа на Пластилин на земле.

Я вытащила руки из купола, благодарная за то, что смогла помочь. Вместе мы становимся сильнее.

Кронос наклонился, взял два кусочка и впитал их в свое тело, как ядовитый крем для кожи. Гиперион сделал то же самое, защитный купол исчез.

Я затаила дыхание, внимательно наблюдая за ними обоими.

Кронос тяжело дышал, его лицо исказилось от боли.

Гиперион издал болезненный звук, и мое сердце чуть не выпрыгнуло из груди.

— Гиперион? — Тейя шагнула вперед.

Темные вены расползались по их коже. Не было никаких признаков того, что все идет хорошо.

— Дай им время, — сказала Рея, и я хотела ударить ее по горлу, но воздержалась.

Шли минуты, и как раз в тот момент, когда я была готова полностью погрузиться в свой психический срыв, тьма исчезла из их вен, и Кронос поднял голову, открыв глаза.

Когда он посмотрел на меня, я приготовилась увидеть Смерть, смотрящую в ответ, но это был просто мой мужчина, эти кобальтово-голубые с золотом глаза, ясные и яркие. Он раскрыл объятия, и я бросилась к нему. К счастью, он снял кольцо и положил обратно в коробочку, прежде чем оно коснулось меня.

Я подняла на него глаза. — Ты хорошо себя чувствуешь?

Он кивнул. — Немного сломан, но Смерть связан, с кляпом во рту, и больше никогда не выйдет.

— Я тоже, — сказал Гиперион, и его глаза тоже выглядели нормально. — Грехи исчезли. Навсегда.

Я хотела указать, что на самом деле они не исчезли, и если Титаны не смогут держать их в страхе, они всегда смогут сбежать, но я передумала.

— Давайте праздновать! — Крикнула я.

#Один большой стакан воды со льдом пожалуйста .

Кронос покачал головой. — Мне нужно убить Зевса.

Я прижала ладонь к его груди. — Одна ночь. Одно празднование. Затем завтра мы убьем Зевса и будем жить долго и счастливо.

Он посмотрел на меня сверху вниз, черты его лица смягчились. — Хорошо. Одна ночь.

Койос ухмыльнулся. — Я как раз знаю одно место. Следуйте за мной.

Глава 17

Ибица. Я не была уверена, были ли мы когда-нибудь в Испании во время наших путешествий, но я точно знала, что никогда не была на этом испанском острове. Я понятия не имела, как Койос вообще узнал о его существовании, но у мальчика были связи, это точно.

Мы полностью и эксклюзивно пользовались великолепным местом для пляжных вечеринок с бассейном, белоснежными шезлонгами, коктейлями — для меня, конечно, безалкогольными, и музыкой, которую можно было услышать на всех пляжах с белым песком.

Район Санта-Эулалия был совершенно ошеломляющим, и я была почти уверена, что после Бали и Гавайев это мое новое любимое место в мире. Мне явно нравилась жизнь на острове.

— Ты в порядке, любимая? — Спросил Кронос, ставя передо мной еще одно блюдо со свежими фруктами. Прежде чем я успела ответить, он скользнул на другой конец кушетки, его масса почти отправила меня в полет, когда он поднял мои босые ноги к себе на колени.

После этого он начал растирать мне ступни так, как я никогда в жизни не массировала, и я застонала.

— Ты все изменил для меня, — честно сказала я ему, вспоминая свои дни в «Крабьей хижине». — Я боюсь моргнуть прямо сейчас, потому что, если я это сделаю, все это может исчезнуть.

Он уставился на меня таким нечитаемым взглядом, но было приятно чувствовать на себе его взгляд таким образом. — Это никогда не исчезнет. Я обещаю тебе, Мэйз. Ты можешь моргнуть.

Это обнадеживало… Это был Титан времени, буквальный бог среди людей, поэтому, когда он сказал, что эта жизнь никуда не денется, я собиралась ему поверить.

— Протяни следующие шестьдесят или около того лет, прежде чем старость доберется до меня, — сказала я, фыркая от