Я за тебя умру - Светлана Щуко

в воду и подала мне чашку. «Госпожа, этого количества будет достаточно, чтобы унять боль, но не позволит ей погрузиться в сон».

Мы напоили Ольгу, и через несколько мгновений она расслабилась.

Я тщательно вымыла руки и, глубоко вдохнув, приступила к действиям.

Исследовав брюшную полость, я обнаружила головку плода. Ребёнок находился в поперечном положении, и я начала осторожно корректировать его позицию.

В тот момент я испытывал страх, граничащий с паникой, осознавая свою неопытность и недостаток знаний. Меня одолевали мысли о том, что я могу не справиться и навредить матери и ребёнку.

Но я, собрав всю волю в кулак, продолжала действовать, внезапно плод шевельнулся, словно помогая мне, и принял нужное положение.

— Слава богу, Олечка, у меня получилось, потерпи, милая, скоро всё закончится, — с радостным облегчением сказала я.

У неё вновь возобновились потуги, и показалась головка.

— Олечка, ты умница, ещё чуть-чуть, и ты возьмёшь своего малыша на руки. Княжна потужилась, и младенец вышел на свет.

Он был синюшный, и его хрупкая шейка была обмотана пуповиной. Я быстро обрезала пуповину, перевязала, освободила ребёнка, очистила ротик от слизи, взяла за ножки и хорошо шлёпнула несколько раз по его попке. Малыш молчал.

— Нет, только не это! Ну же, маленький, — я прильнула к его крошечному ротику и вдохнула в него воздух, снова перевернула и шлёпнула. Внезапно он закряхтел и громогласным криком заявил о своём приходе в этот мир.

Слёзы радости хлынули из моих глаз. Только сейчас я обратила внимание, что это мальчик. — Оленька, у тебя сын, посмотрите, какой прелестный малыш, вылитая мамина копия! — Я передала младенца матери. Княжна, дрожащими руками прижав ребёнка к себе, осыпала его поцелуями, не в силах сдержать слёз счастья.

— Викуль, если бы не ты… — и она разрыдалась. — Спасибо тебе!

Я подошла к ней и поцеловала. — Мне надо на воздух. Молли, займитесь княжной и ребёнком, сделайте всё, что положено. — Распорядилась я и, пошатываясь, вышла из каюты.

Морской бриз овеял лицо, принося облегчение. Опершись на перила, я дала волю слезам. Все негативные эмоции, накопленные за всё это время, вырвались наружу громкими рыданиями.

Сквозь пелену захлестнувших меня чувств я ощутила, как на моё плечо легла чья-то широкая ладонь, и, подняв заплаканные глаза, увидела стоящего подле меня князя.

Весь его облик излучал благодарность и счастье. Утерев слёзы, улыбнулась ему.

— Князь, поздравляю вас, вы только что стали дедушкой прекрасного внука. Неожиданно этот благородный и сильный мужчина притянул меня к себе и, заключив в объятья, поцеловал в макушку.

Он отстранил меня и произнёс: — Сочту за честь принять тебя в свой род и наречь дочерью своей. Проси что хочешь, дочка, всё исполню, благодарность моя не знает границ.

— Благодарю вас, князь. Вы оказали мне большую честь- поклонилась ему.

Но я бы хотела вернуться к себе домой, отсюда до моего поместья полтора суток. И я настаиваю погостить у нас и дать время Ольге оправиться после родов. Я улыбнулась ему: — Хотите увидеть внука?

Первая заглянула в каюту. Ольга лежала переодетая с младенцем на руках и умилительно с ним ворковала.

— Оля, я не одна. — Предупредила я её, и мы вместе с князем вошли в каюту.

* * *

— Ледушка, просыпайтесь, мы уже почти приплыли, — голос Молли настойчиво вторгся в мои сны.

— Молли, ну что ты говоришь, я только прилегла, ещё плыть и плыть, я потянулась и сбоку услышала плач ребёнка. — Резко вскочила и очумелыми глазами окинула каюту. Рядом лежала Ольга, на руках держа младенца, который куксился и не хотел брать её грудь.

— Викуля, ты почти сутки проспала, даже мой громогласный Олежка не смог тебя разбудить, — и она с умилением чмокнула малыша в носик.

Выйдя на палубу, обнаружила команду «Россичей», которая суетилась на палубе, сворачивая парус. Вдалеке виднелся порт, и можно уже было рассмотреть людей, находящихся на пристани.

«Вот это я поспала, видимо, моему организму требовался длительный отдых». Подумала я, счастливо улыбаясь. Сердце наполнялось радостью, ещё чуть-чуть, и я дома.

Наняв обоз в селение, мы были в дороге уже несколько часов. Младенец постоянно плакал, и мы его никак не могли успокоить, как оказалось, у Ольги совсем не было молока. Княжна была безумно обеспокоена.

— Оль, всё будет хорошо, не расстраивайся, у нас в поместье есть козы, рядом фермеры, у них есть коровье молоко, всё будет отлично. Скоро доберёмся и накормим нашего княжича. — И я приобняла их обоих. Вдруг князь издал кличь, наш караван остановился, и нас окружили россичи с оружием на изготовку.

— Что происходит? — испуганно прижав ребёнка к груди, спросила Ольга у князя.

— Вооружённый отряд впереди, — ответил он.

Я приподнялась в телеге и устремила свой взор на дорогу.

— Не может быть! — Я с радостным воплем выпрыгнула на землю и помчалась к приближающимся войнам.

— Джон, Джон, это я, Тори! — во всю глотку орала радостно я.

Мужчина во главе отряда спешился и кинулся мне навстречу.

Джон заключил меня в объятия, и я почувствовала, как его сердце бьётся в унисон с моим.

— Жива, жива, слава богу! — бормотал он, уткнувшись мне в волосы. — И ты, и ты жив, как же я счастлива!

К нам подошли наши воины, довольно улыбаясь.

— Джон, — схватив его за руку, я хочу познакомить тебя с князем и его невесткой. — Потянула его к повозке.

— Князь, позвольте вам представить брата моего мужа, графа Джона Кинга. Мужчины склонили головы в приветствии.

— А это прекрасная девушка и молодая мама княжна Ольга. Джон замер, не спуская глаз с моей подруги. Ольга зарделась и опустила глаза. Граф, опомнившись, поцеловал ей руку.

— Счастлив знакомству, прошу вас, следуйте за нами, недалеко поместье, и вы сможете отдохнуть с дороги, — и посмотрев на меня, добавил, улыбаясь: — И всё, всё мне рассказать. Подмигнул мне и запрыгнул на коня.

Я радостная опять уселась в повозку, и мы тронулись дальше.

— Оль, ты даже не представляешь, насколько я счастлива опять видеть Джона живым, я ведь думала, что он погиб.

Подсев поближе к ней, прошептала: — Ну как он тебе?

— Викуся, я таких красавчиков ещё ни разу не видела. — И мы весело захихикали.

— Он не только красавчик, Оль, но и ещё прекрасный человек, и мне кажется, он на тебя запал. — В это время Джон на нас обернулся и послал нам лучезарную улыбку.

Я улыбнулась Ольге и несколько раз многозначительно приподняла брови, и мы обе расхохотались.

Поместье встретило нас радостными криками моих людей. Старый Марк прослезился, Луиза с Мартой кинулись