Ртуть - Калли Харт

конце похожего на пещеру помещения, обвивали большое окно и тянулись к свету.

Самые толстые лианы вылезали наружу окна — стекло было выбито. Остальная часть неровного каменного пола была усыпана осколками. Пробирки, мензурки, колбы и склянки. По всему помещению валялось сломанное оборудование, словно кто-то в ярости разгромил это место.

Ржавчина уже успела разъесть все щипцы, зажимы и молотки. Очевидно, она не удовлетворила свой ненасытный аппетит, потому что наковальня рядом с треснувшей эмалированной водяной баней была настолько изъедена, что железо осыпалось большими оранжевыми хлопьями. И сама кузница. Боги, кузница. Открытая печь была большой и красивой, этого нельзя было отрицать. Судя по всему, она была достаточно большой, чтобы целая семья пушистых зверьков устроила в ней логово, хотя его обитатели либо ушли по своим делам, либо сбежали, когда Кингфишер вышиб дверь. Вентиляция здесь тоже была, благодаря зияющей дыре в крыше прямо над ней.

Кингфишер поворошил носком ботинка кучу гниющих досок и мрачно нахмурился.

— Теперь я понимаю, почему Клементс так яростно охранял это место.

— Кто такой Клементс?

— Королевский архивариус. Последние двести лет или около того он получал королевскую стипендию, и ему было поручено выяснить, как алхимики активировали ртуть. Если мне не изменяет память, неплохая сумма. Хотя, по-моему, он забил на это дело, потому что это место — настоящая гребаная катастрофа.

Он был прав. Это место не могло быть рабочей кузницей. Печь здесь не разжигали уже очень давно. Здесь пахло пылью, старостью и мускусом животных.

— Я перегрызу ему глотку, — объявил Кингфишер.

— Может, ты поможешь мне, а не будешь угрожать насилием? — возразила я.

Его губы скривились от отвращения, когда я наклонилась и начала складывать обломки дерева у зияющего дверного проема.

— Ты собираешься убрать все это вручную?

— Если только ты не произнесешь какое-нибудь заклинание и не расчистишь все с помощью магии?

— Я не произношу заклинаний. Я не ведьма. Магия фей — это не какой-то дешевый фокус, человек. Наши способности — это священный дар, который следует использовать с умом и в праведных целях.

При этих словах мои щеки вспыхнули. Конечно, он не собирался просто щелкнуть пальцами и покончить со всем этим. У него был настоящий талант заставлять меня чувствовать себя глупо. В этом не было никакой необходимости. Нет, он сделал это, потому что хотел.

Высокомерный ублюдок.

Он явно считал, что я стою меньше, чем грязь под его ногами. Он не любил людей. Сомневаюсь, что, будь ситуация иной, он потрудился бы потушить меня, если бы я горела. Но сейчас я была ему нужна, а значит, я могла задать парочку лишних вопросов. Верно?

Я схватила старое ржавое ведро за край и принялась копаться в мусоре на земле в поисках инструментов, которые можно было бы спасти.

— Если есть Зимний дворец, значит, есть и другие королевские резиденции, верно? Осенний дворец? Весенний? Летний?

Кингфишер выхватил меч.

— Стоп! Стоп, стоп, стоп! Прости. Боги… Я не… я не…

Его ноздри раздувались, когда он расстегнул кожаный ремешок на груди и снял со спины ножны, вложил в них меч и прислонил к стене. Проведя рукой по волосам, он бросил косой взгляд в мою сторону, а его пальцы ловко перебирали кожаные ремешки и пряжки, когда он начал снимать с себя часть доспехов.

— Нервничаешь? — спросил он непринужденно.

— Нет! Я просто… ну, я подумала…

— Ты можешь узнать о других дворах во время занятий в библиотеке с Лейн и Русариусом. Я уже делился с тобой настоящей правдой. Не упускай возможность задать более интересные вопросы. — Он потянулся одной рукой к шее и отстегнул серебряную пектораль с выгравированной на ней головой рычащего волка, позволив ей соскользнуть с его горла. Бросив ее на груду доспехов, — нагрудник, наплечники, наручи, — он расстегнул верхние пуговицы рубашки. Когда-то, совсем недавно, я бы схватила эту металлическую пластину и бросилась бежать. Но теперь мне не нужно было серебро. Еды и воды здесь хватило бы на десять жизней, и меня никто не просил за них платить. По крайней мере, пока.

Поэтому я проигнорировала кусок металла и указала на цепочку, висевшую у него на шее.

— Хорошо. Что это? Как это работает? И почему без нее ты совершенно не в себе?

Кингфишер холодно улыбнулся и провел кончиком языка по одному из своих острых клыков.

— Прямо в яремную вену, малышка Оша? Безжалостно. Мне это нравится.

— Ты сказал задать интересный вопрос. Я хочу узнать о цепочке.

Кингфишер беззвучно рассмеялся. Он наклонился, выгребая из очага охапку листьев и гниющих дров. Боги, он действительно собирался помочь? Так вот почему он снял доспехи. Я решила, что он снимает их, чтобы устроиться поудобнее и наблюдать за тем, как я буду работать.

— Чтобы объяснить, что это за кулон, тебе нужно знать кое-что еще. О чем Лейн, вероятно, тебе не рассказывала.

— Она мне еще вообще ничего не рассказывала.

— Что ж, тогда начнем с самого начала. Ртутные порталы — это врата, соединяющие разные миры. Уверен, ты и сама догадалась.

— Да.

— Сама ртуть изменчива. Некоторые из наших старейшин считают, что ртуть обладает низким уровнем разумности. Правда это или нет, не имеет значения. Вещество опасно. Если ртуть попадет на обнаженную кожу… — Кингфишер замолчал.

— Она была в кинжале Харрона, не так ли? — спросила я.

Кингфишер кивнул.

— Это был древний клинок. Алхимики ковали из ртути оружие для воинов фей. Харрон не имел права прикасаться к этому оружию, а тем более присваивать его.

— Думаю, он что-то увидел. Когда ртуть коснулась его кожи, он начал кричать. — Звуки ужасающих стенаний капитана все еще преследовали меня, когда я закрывала глаза. Его крики леденили душу — было жутко слышать, как такой могучий, сильный боец умоляет спасти ему жизнь.

— Да, все правильно, он видел страшные вещи. Ртуть заставит любое живое существо покинуть границы здравомыслия.

Это я сделала с Харроном. Я запаниковала и невольно воззвала к ртути, а клинок Харрона ответил и приступил к выполнению своей миссии по его уничтожению. Но сначала