Венец для королевы проклятых - Виктория Александровна Борисова

class="p1">В лучах заходящего солнца снег казался нежно-розовым, словно перья птицы хелиг, что вьет гнезда на болоте. По Орнвайскому тракту, проложенному еще во времена империи, двигался длинный караван карет и повозок, сопровождаемый вооруженными всадниками в серых плащах джедри-айр с золотым крестом.

Гвендилена плотнее закуталась в накидку из лисьего меха. Кузов кареты, хитро подвешенный на прочных цепях, мягко покачивался, навевая сон… В небольшой жаровне еще не прогорели все угли, так что внутри было тепло и уютно. Маленький Альдерик заснул, положив ей голову на колени, зато Римеран, расплющив нос о стекло, смотрел в окошко. Снежная равнина словно заворожила его, и он готов был любоваться ею бесконечно.

Дело с поездкой на таймери-гивез устроилось на удивление легко и быстро. Хильдегарда и уговаривать-то особенно не пришлось. Гвендилене стоило лишь намекнуть, что мальчиков пора бы представить ко двору их деда, и принц поспешил согласиться с ней.

– Да, ты права, дорогая! Мой отец никогда еще не видел внуков. В детях моего брата он души не чает, так что стоило бы напомнить ему, что у меня тоже есть сыновья!

То, что Гвендилена должна сопровождать мальчиков, даже не обсуждалось. Это казалось чем-то само собой разумеющимся, тем более что принц Римеран наотрез отказался ехать без нее, а маленький Альдерик, узнав о предстоящем путешествии, почему-то испугался и, как всегда в таких случаях, начал капризничать и хныкать по любому поводу.

Поначалу Гвендилена опасалась, что ехать зимой до самой Орны будет непросто, тем более с детьми. Не простудился бы кто-нибудь (особенно это касалось, конечно, Альдерика!), не расхворался… Впрочем, ее страхи оказались напрасными. В удобной карете, оборудованной всем необходимым, путешествовать было легко и приятно.

В пути принца и его свиту сопровождали вооруженные до зубов гвардейцы джедри-айр, опытные проводники, конюхи, искусные повара (в их числе был и Глан, которого Гвендилена старательно избегала), даже певцы и музыканты! А еще – множество умелых и предупредительных слуг, готовых в любое время исполнять желания своих господ. Они ловко и быстро разводили огонь на привалах, топили воду из чистого снега, поддерживали горячими угли в жаровне, чтобы знатным особам не приходилось мерзнуть в дороге, кормили лошадей и следили, чтобы путешествующие ни в чем не испытывали недостатка.

Продвигались неспешно. Глядя из окна, Гвендилена не могла сообразить, какое расстояние они преодолели за день, но кучер не настегивал лошадей, и они шли спокойной размашистой рысью. Как всегда, принц Хильдегард озаботился тем, чтобы выехать заранее, и рассчитывал прибыть в Орну накануне праздника Йома.

Ночевать останавливались в замках или усадьбах местных землевладельцев, оказавшихся поблизости. Радушные хозяева выходили навстречу с караваем пшеничного хлеба, как принято встречать почетных гостей, провожали в лучшие покои, старались накормить повкуснее и господ, и челядь… Возможно, для кого-то из них это было весьма обременительно, и Гвендилена не раз видела на лицах кислые улыбки, но роптать, конечно, никто не смел. Принимать у себя члена королевской семьи – высокая честь, даже если потом придется затягивать пояса потуже.

Впрочем, Гвендилена предпочитала не задумываться об этом. Господа и вассалы уж как-нибудь разберутся между собой… Но как хорошо, когда после целого дня в пути тебя ждет горячий ужин, чистая постель и пылающий камин!

Почти всегда так и было, но не сегодня. Кучер уже предупредил, что на этот раз предстоит ночевка под открытым небом. В общем-то, беспокоиться не о чем – в обозе достаточно дров и еды, доброго вина и овса для лошадей, а для джедри-айр не составит труда расправиться с любым хищником или лихим человеком, если он вдруг вздумает напасть…

Но почему-то Гвендилена почувствовала страх, и в сердце что-то кольнуло остро и болезненно. В этот миг она всей душой пожалела, что Гилы нет рядом. Она-то умела справиться с любым недомоганием, а главное – от одного ее присутствия, голоса, прикосновения маленьких, но сильных рук сразу становилось спокойно на душе.

Но Гила осталась далеко, в Терегисте. При расставании она дала Гвендилене целую шкатулку разнообразных снадобий – сушеных трав, баночек с мазями, порошков и микстур – с подробнейшими наставлениями, как и что нужно применять, если вдруг случится заболеть ей или мальчикам.

– Запомни, траву хилет заливай крутым кипятком и настаивай от заката до рассвета! При поносе пить по маленькой ложке после еды. От простуды помогает мазь беллайта, если с вечера нанести на шею и грудь, а если начнется насморк, закапай вот эти капли, по одной в каждую ноздрю…

Тогда, перед отъездом, Гвендилена совсем захлопоталась. Слова Гилы пролетали у нее мимо ушей, хотя девушка добросовестно старалась запомнить все, что она говорила. Наконец целительница сжалилась над ней:

– Ладно, можешь больше не мучиться и не хлопать глазами, как телка на выпасе! Я все написала, там, в шкатулке, есть конверт.

И, чуть прищурившись, добавила:

– Ты ведь умеешь читать, правда? Наставнику маленького принца стоило бы брать двойную плату!

Шкатулка со снадобьями надежно упакована, завернута в три слоя льняного полотна и лежит сейчас среди прочих вещей в рундуке под сиденьем. Принц даже похвалил Гвендилену за предусмотрительность! Но никто не знает, что в потайном отделении лежит маленький пакетик из плотного пергамента, наполненный бело-серыми крупинками, похожими с виду на толченую каменную соль. Гила сразу предупредила, что прикасаться к нему можно, лишь надев лайковые перчатки и прикрыв рот и нос тонкой тканью, чтобы случайно не вдохнуть даже мельчайшую частицу.

– Ты поняла меня? – снова и снова переспрашивала целительница, – лайковые перчатки и шелк! Потом собери это все в мешок и выброси подальше, а лучше – закопай. Если просыплешь хоть чуть-чуть, – тут же подбери, а след залей из этого пузырька. И чтобы никого не было рядом, никого!

Яд, который должен отправить на тот свет короля Людриха, похоже, внушал страх даже ей самой! А Гвендилена старалась не думать о том, что ей предстоит сделать в самое ближайшее время, иначе просто сошла бы с ума от беспокойства и тревоги.

Она покосилась на свою левую руку. На среднем пальце поблескивало кольцо – старинное, серебряное, с голубоватым переливающимся камнем. Его тоже дала ей Гила… И показала, как перстень раскрывается при помощи тайной пружины.

– Видишь? Там внутри есть небольшое углубление – как раз хватит на смертельную дозу для короля! – объясняла целительница, и на губах ее играла все та же, уже знакомая Гвендилене улыбка, одновременно радостная и безумная, – научись обращаться с ним как следует! Когда наступит время действовать, тебе понадобится вся ловкость, на которую ты способна, девочка.

Механизм, искусно замаскированный среди