Бет Рэвис - Через вселенную

Мы идем по проходу мимо криокамер номер семьдесят пять — сто и останавливаемся у сотой.

Эми дрожащими пальцами тянется к пустому столу. Интересно, она представляет на нем родителей? Или, может, саму себя? Когда пальцы уже почти касаются металла, она отдергивает руку и прижимает ее к груди.

— Так что мы будем делать? — спрашиваю я, чтобы отвлечь ее от мыслей, от которых она уходит в себя.

Эми отступает на несколько шагов, смотрит на пол. Взгляд ее обыскивает пустой, голый цемент, блуждает по больнично-чистому помещению.

— Не знаю, что я ожидала найти, — говорит она наконец. — Наверное, думала, что, как в детективном сериале, стоит только посмотреть, и я найду кусочек ткани, который можно было бы приложить к одежде Старейшины, или капля крови, чтобы сделать тест ДНК, но я даже не знаю, можно ли тут на корабле его сделать…

— Биометрические сканеры читают ДНК, — вставляю я, но она не слышит.

— Или гигантский отпечаток пальца… — Эми осекается. — Инструменты Харли! — вдруг восклицает она и глядит мне прямо в лицо. — Инструменты Харли!

— Что?

— У Харли есть кисти. А еще есть уголь — он делал им набросок перед тем, как рисовать красками. У него есть все, что нужно.

— Я не понимаю, о чем ты! — Это так, но я тоже улыбаюсь, потому что к ней снова вернулась та искорка жизни, что потухла, когда мы вышли из лифта.

— Харли! — зовет она, срываясь с места, чтобы бежать обратно по проходу. — Харли!

Понятия не имею, зачем все это ей понадобилось. Знаю только, что, если нужно, я выдержу новую эпидемию Чумы, чтобы достать их для нее. К счастью, все не так сложно.

— Исходящий вызов: Харли, — нажимаю я на вай-ком.

— Что? — нетерпеливо спрашивает Харли.

— Принеси сюда свой ящик с инструментами.

— Где шлюз со звездами? Тут куча всяких дверей и всего остального тоже, но все заперто.

— Принеси сначала ящик.

— Если принесу, ты мне скажешь, за которой из дверей звезды?

— Ага.

— Щас. — И Харли отключается.

— Что это за штука? — спрашивает Эми, помедлив мгновение, чтобы убедиться, что я договорил. — Я думала, у вас у всех там крошечные гарнитуры, но, похоже, она вшита прямо под кожу, да?

Провожу пальцами по кнопке.

— Это вай-ком. Беспроводное средство связи.

— Это больно?

— Нет, — смеюсь я.

— Круто, — выдыхает Эми; ее легкое, теплое дыхание шевелит волосы около моего уха. — Как будто встроенный в ухо телефон.

Ее пальцы гладят кожу над выступающим вай-комом. У меня перехватывает дыхание. Она прямо передо мной, мучительно близко. Эми прикусывает губу, и из моей головы испаряется все, кроме желания схватить ее, прижать к себе, коснуться губами ее губ.

Потом она отступает, опустив руки, с непроницаемым лицом.

— Док может… эээ… поставить и тебе такой, если хочешь, — предлагаю я, пытаясь не обращать внимания на дикое желание обнять ее и притянуть к себе.

Эми касается руками шеи за левым ухом. Пальцы легко поглаживают кожу.

— Нет. Пока, наверное, не хочу.

Через несколько мгновений появляется Харли и роняет свой ящик с кистями и красками на пол у наших ног. По нему видно, что он порывается убежать и открыть дверь к звездам, но все же ему любопытно, что мы будем делать с его вещами. Мне, кстати, тоже.

Эми роется в ящике, откладывая банки с краской, огрызки карандашей и клочки бумаги. Наконец, вытаскивает кучку углей, завернутую в тонкую тряпочку. И принимается молотить ей по полу.

— Э! — кричит Харли. — Я их сам делал.

— Мне нужен порошок, — говорит Эми, растирая кусочки угля.

— Зачем?

Эми усмехается.

— Смотрите внимательно.

Выбрав одну из самых больших и широких кистей, она обмакивает ее в порошок, а потом аккуратно проводит по дверце.

— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пусть получится, — заклинает она, покрывая металлическую поверхность тонким слоем порошка. Задерживает дыхание.

Под порошком на поверхности дверцы появляются завитки отпечатков пальцев.

— Да, вот только если бы был простой способ понять, чьи это отпечатки! — смеется Эми.

Тут я могу помочь.

— Попробуем вот так. — Я становлюсь на колени рядом с ней, держа в руках пленку со стола в конце прохода. Прикладываю цифровую мембрану к отпечатку и нажимаю «сканировать». Через пару секунд он появляется на экране — Теперь, — говорю я, нажимая на экран, — осталось только сравнить его с данными биометрических сканеров…

— Вот это да, — шепчет Эми. Я смотрю на нее и усмехаюсь.

Пленка пищит.

— Что там? — спрашивает Харли, заглядывая мне через плечо.

— Мой. Я был тут с Доком, это мой отпечаток.

— Тут написано: Старейшина/Старший, — Харли указывает на экран. — Это мог быть Старейшина.

Эми поднимает горящие глаза, но я качаю головой.

— У нас одинаковая степень доступа к компьютеру — биометрические сканеры всегда пишут оба имени. Я проверял карту вай-комов, его здесь не было. Это может быть только мой отпечаток.

— Попробуй другие, — говорит Харли, и Эми с энтузиазмом принимается за дверцу. Я сканирую каждый найденный отпечаток, но из всех достаточно четких четыре принадлежат Доку, а остальные двенадцать — мне. Чаще всего отпечатки смазаны или так накладываются один на другой, что разбираться бесполезно.

— Еще один нашла, — объявляет Эми, обрабатывая верхнюю часть криокамеры. — Это твой?

— Не помню, чтобы я касался этого места.

В глазах Эми появляется блеск.

— Может, это убийца! — говорит она, в голосе снова звучит волнение.

Я прижимаю пленку к отпечатку, сканируя его. Отпечаток довольно широкий — большой палец. Завитки делит надвое тонкая неровная линия.

— Это что такое? — спрашивает Харли, когда на экране высвечивается изображение.

Эми глядит мне через плечо.

— Может, и ничего… но похоже на шрам, правда?

Бип. Бип-бип. Поиск завершен.

«Старейшина/Старший», — мерцает над отпечатком.

— Еще один твой, — вздыхает Эми, лицо ее снова делается печальным. Она отворачивается к криокамере, но теперь водит кистью так, словно ей до боли тяжело.

— У тебя есть шрам на пальце? — спрашивает Харли.

Я внимательно оглядываю пальцы, хоть и так знаю, что на них нет такого шрама, который перечеркивал бы все линии.

— Может, что-то попало под палец, когда он коснулся криокамеры, — говорит Эми, не поднимая глаз. — Попало между пальцем и поверхностью.

Но я до этого места не дотрагивался.

Я это точно помню.

Эми берет в руки пленку.

— Ты уверен, абсолютно уверен, что это не может быть Старейшина?