Мой любимый Киборг (СИ) - Кривенко Анна

Руэль упал на спину, но не издал ни звука. Я с криком бросилась к нему, хватая его за плечо.

— Руэль! Руэль!!! Как ты???

Он приоткрыл глаза и с очевидным трудом присел. Я увидела, что удар принес ему настоящие страдания в виде усиленных сигналов повреждений, и мое сердце ушло в пятки. Руэль, наверное, ощутил мою панику, поэтому поспешил сказать:

— Не бойся, все нормально…

Но его лицо все равно осталось сосредоточенным и хмурым. Он поднялся на ноги, еще раз бросил взгляд на дверь и твердо произнес:

— Мне нужна твоя помощь…

Я кивнула, испуганно глядя в его решительное лицо.

Он достал из кармана небольшой овальный предмет, а потом неожиданно начал стягивать с себя комбинезон.

Все изумленно уставились на него, не понимая, зачем ему вздумалось оголяться сейчас, но он обнажил только верхнюю часть тела.

Литые мышцы заиграли под кожей, а Руэль достал из кармана небольшой нож. Во взгляде у него появилось странное выражение напряжения, но на лице все равно заиграла улыбка.

С этой же улыбкой он обернулся к остальным. Все замерли в напряженном ожидании, а Руэль неожиданно ухмыльнулся еще шире и насмешливо произнес:

— Предлагаю вам присесть! Боюсь зрелище будет не для слабонервных…

Никто конечно же не сел, но я не на шутку перепугалась. Что он задумал? Его поведение стало таким странным!

Руэль снова повернулся ко мне и приглушенно произнес:

— Ты помнишь, где у киборгов класса Д находится основной блок перепрограммирования?

Я утвердительно кивнула.

— Да, под правой лопаткой, — произнесла я.

— Возьми, — он протянул мне нож. — Найди этот блок и вставь в него вот это!

Он протянул еще и загадочный овальный предмет.

И тут до меня дошел смысл его идеи.

— Нет, Руэль! Я… я не могу!!!

Он помрачнел.

— Надо! Сделай это! — в его голосе зазвучали неожиданные стальные нотки. — Если ты хочешь спасти их…

Он указал на остальных членов команды.

И я взяла. Когда Руэль повернулся ко мне спиной, я дрожащими руками подняла нож. По щекам потекли непроизвольные слезы. Причинить Руэлю хотя бы какое-то подобие боли было для меня невыносимо.

Моника тоже не выдержала.

— Что вы делаете??? Что происходит???

Но ее неожиданно остановил Дэйн Мортолл.

— Не вмешивайся, кадет Риналетто!

Я безошибочно нашла место, где следует сделать надрез, но все не могла решиться на это.

— Не давай же! — прикрикнул на меня Руэль, а я вонзила в него тонкое острие. Брызнула кровь — видимо я задела какой-то центральный сосуд. Таких сосудов именно в спине было много. Потом резким движением сделала надрез в виде буквы «П» и осторожно отогнула лоскут кожи. Открывшийся механизм замигал несколькими разноцветными лампочками, являя на свет металлические ребра, искусственные сосуды и синтезированные мышцы.

Послышался шокированный вскрик Моники и сдавленные ругательства Макса. Ректор поражался молча.

Я осторожно нажала пару кнопок и в появившееся отверстие вставила странный овальный предмет. Послышался мягкий щелчок, сообщивший, что все задуманное получилось, и я вернула лоскут кожи на место. Потом достала оставшиеся пластыри и быстро заклеила ими рану, отдав порез на милость скоростной регенерации.

Я была вся зареванная и уже совершенно не собиралась изображать хоть какое-то мужество. Руэль вздрогнул от какого-то процесса внутри себя, а потом обернулся и первым делом меня обнял.

— Молодец, малышка, — прошептал он мне тихо на ухо и нежно в него поцеловал.

— Больше никогда не заставляй меня повторять это, — пробурчала я, бесстыдно зарываясь лицом в его волосы. Он улыбнулся и хотел уже что-то сказать, как вдруг к нам долетел возмущенный голос Макса Беллена.

— Исид! Как ты можешь… быть с ним??? Он ведь машина!!! Тьфу!!!

Я вздрогнула и поняла, как дико сейчас смотрятся наши с Руэлем объятия после демонстрации его настоящего облика. Но… честно говоря, мне уже давно было на это глубоко наплевать!..

Я люблю инопланетного киборга-пришельца!

И не разлюблю!..

Плен

Руэль

Как только меня отбросило от двери мощным ударом, я понял, что для моих спутников здесь по-настоящему опасно. Моя проснувшаяся интуиция сигнализировала, что возвращаться на поверхность нужно было предельно срочно. Вот только катастрофически не хватало данных.

Решение я принял быстро. Разоблачение своего металлического тела посчитал невысокой ценой за безопасность Исиды и остальных.

Именно поэтому попросил Исиду вставить в мое тело Проводника.

Как только он подключился ко мне, меня трухнуло. Слияние его разума с моей искусственной нервной системой произошло мгновенно, а в голове сразу же прозвучал голос:

«Приветствую вас, Руэль! Рад видеть вас в добром здр… стоп! Вы не в добром здравии! Ваши руки… точнее, руки вашего тела-киборга существенно повреждены! Нужно срочное восстановление!»

«Отставить! — также мысленно проговорил я. — Этим мы займемся позже! Расскажи мне сейчас, как безопасно вернуть моих спутников на поверхность?»

Проводник несколько секунд собирал информацию, а потом послал мне карту тоннелей прямо в мозг. Я увидел, как передо мной раскрылась схема проходов, растянувшаяся едва ли не на весть континент! А мы стояли прямо в центре карты — напротив входа в неизвестное гигантское сооружение под землей, сравнимое по размерам разве что с самой Военной Базой «Кремень-1».

«Что это?» — спросил я.

«Судя по состоянию, заброшенная, но по-прежнему функционирующая исследовательская станция вашего народа «Могучая Заря», основанная 250 циклов назад вашим дядей Мирамиилом Синоарим…»

От звучания этого имени у меня перед глазами возникло туманно знакомое, но все же какое-то родное лицо светловолосого молодого человека с большими синими глазами. Мой дядя…

Из задумчивости меня вывел голос Исиды, и я понял, что уже минуту не двигаюсь с места. Я обернулся к ней и, увидев глубокую тревогу на ее лице, проникся такой нежностью и благодарностью, что осторожно ее обнял и, поцеловав в висок, а потом в ухо, прошептал:

— Молодец, малышка!

И было в этом всем что-то такое правильное, словно мы сейчас вовсе не шокировали окружающих своими отношениями, а абсолютно законно выражали чувства друг ко другу. Наверное, я совершенно не ощущал смущения, потому что знал, что я вовсе не киборг, и надеялся, что однажды смогу перестать им быть и в глазах остальных. Да и истинный пол Исиды обязательно скоро вскроется, и всё станет на свои места…

А сейчас, прямо сейчас, я хотел дарить ей любовь и нежность каждое мгновение. Эти мгновения драгоценны. Нельзя терять их только лишь из-за какого-то страха перед мнением людей…

Даже когда Макс не выдержал и возмутился, выразив ко мне глубокое отвращение, я ничуть не смутился и вообще пропустил все мимо ушей. Макса можно понять. Но понимать я его собирался молча и без каких-либо объяснений. Просто сказал:

— Следуйте за мной! Через два часа мы выйдем на поверхность планеты…

На ходу натягивая комбинезон, я уверенно завернул в ближайший поворот. Исида старалась держаться рядом, и в какой-то момент я схватил ее за руку, переплетя наши пальцы и заставив ее сердце застучать сильнее. Сзади послышались возмущенные вздохи, но вслух протестовать никто не решился. Все-таки отношения человека и машины, которой я в их глазах сейчас справедливо являлся, были слишком безумны и до отвращения невозможны в мире Ишира. Но это и понятно: таких разумных киборгов, как я, просто не существует, а все остальные в глазах людей — не более значимы, чем простые пылесосы. Отныне я для Макса, Моники и ректора — точно такой же «пылесос», только еще и нагло позарившийся на любовные отношения с человеком! Вот и возмущаются! Что ж, это их право…

За два часа мы не проронили ни слова, однако я не переставал мысленно общаться с Проводником. Сейчас меня интересовала база «Могучая Заря» и возможность в нее войти. Чем больше я думал о ней, тем сильнее чувствовал внутреннее влечение поскорее в нее поспасть. Что-то ждало меня там. Или кто-то. Не знаю для чего, но я ДОЛЖЕН пробраться в нее в самое ближайшее время…