Мой любимый Киборг (СИ) - Кривенко Анна

Кто же ты, Руэль?

Мое сердце колотилось, когда он вернулся ко мне. Теперь я хотела знать о нем абсолютно ВСЁ!

Однако, как только Руэль приблизился и машинальным успокаивающим жестом погладил меня по плечу, он тут же обратился к остальным членам отряда:

— Нам нужно срочно выбираться отсюда. Там, за этой скалой, — он указал направо, — есть выход в тоннели. Думаю, они могут вывести нас на поверхность…

На лицах Макса и Моники отразилось некоторое недоумение и недоверие.

— Откуда тебе известно про тоннели?

Руэль усмехнулся.

— Просто доверьтесь мне!

Он развернулся и направился прямо к указанной части пещеры. Я сразу же догадалась, что он собирается снова разбивать эту глыбу голыми руками. Меня это ужаснуло. И хотя я знала, что он заблокировал «болезненные» сигналы, но видеть его искореженные конечности было выше моих сил.

— Постой, Руэль! — выкрикнула я и, достав из аптечки бинты, начала наматывать их ему прямо поверх перчаток, чтобы хоть как-то смягчить удары о каменную поверхность. Мои руки дрожали от волнения, прикасаясь к его покореженным пальцам. Мне было плевать, что они металлические. Они были мои… любимые.

Руэль улыбнулся.

— Не волнуйся, — прошептал он, наклонившись к моему уху. — Со мной все будет в порядке!

Я кивнула, сжимая челюсти, чтобы вдруг не заплакать от жгучего желания его сберечь.

Когда я закончила, то Руэль тут же повернулся к скале. Потом попросил всех отойти на безопасное расстояние и… ударил.

Скала резко затрещала. Появились щель, посыпались крупные осколки. Еще пять ударов, и от скалы откололся огромный валун.

Макс открыл рот от изумления и даже не дышал.

— Он что… железный, что ли? — пробормотал парень, не веря своим глазам.

— Красавчик! — промямлила глубоко впечатленная Моника.

— Просто зверь! — подумал ректор.

— Только бы ты был в порядке! — прошептала Исида, тревожно закусывая нижнюю губу…

Монстр Саалона. Конец еще одной тайны…

Фэргюс вздрогнул и открыл глаза. Все тело жутко болело, дышать было тяжело. Он похлопал глазами, восстанавливая зрение, и понял, что видит над собой… белый потолок.

Вспомнились последние события: сигнал «маячка», измененная внешность кадета Руэля Ярла, что указывало на его нечеловеческое происхождение… Капитан тогда безумно обрадовался. Живой зоннён! Вот только страшно опасный! С таким шутки плохи, поэтому без оружия к нему подходить нельзя.

Кстати, а что они там делали с Исидом Ярлом в кустах? Фэргюс вдруг живо вспомнил руки Исида на плечах у «брата», поблескивающие губы и глаза… Неужели..?

Но почти сразу же вслед за этим всплыли картинки жутких засасывающих воронок. Его куда-то утащило?

Фэргюс вздрогнул, резко привстал и огляделся.

Шок!

Вокруг огромное помещение с чисто белыми стенами, из которых в прямом смысле течет свет. В помещении стоят несколько огромных ящиков такого же белого цвета, больше всего напоминающих криокамеры или саркофаги, но только форма у них необычная — шестиугольная, и вся поверхность ящиков светится также, как и стены этого помещения.

«Где же это я?» — изумленно подумал Фэргюс и вдруг почувствовал непреодолимое желание подойти к самому огромному из этих ящиков, стоящему в центре комнаты.

Чувство было властным и сильно подчиняющим. Ему невозможно было противиться, словно чьи-то невидимые щупальца сковали разум и волю холодными объятьями и начали тащить все ближе и ближе к какому-то голодному ненасытимому рту….

Такие ассоциации заставили Фэргюса вздрогнуть снова, но ноги сами уже понесли его вперед, заставляя сердце биться с удвоенной силой.

Чем ближе он подходил, тем сильнее волосы на его голове становились дыбом. В этом подобии саркофага был НЕКТО! И он мыслил. И он сейчас его к себе тащил!

Когда же Фэргюс подошел к ящику вплотную и наклонился над ним, он увидел… о ужас… жаждущие глаза! Нечеловеческие, узкие, с продольным животным зрачком, но в этом взгляде, очевидно, плескался разум…

— Какое-то полуразумное животное… — пронесся в разуме капитана презрительный голос, принадлежащий, похоже, этому существу, а Фэргюс просто не смог оторвать от него взгляда.

Он был человекоподобным, то есть имел две руки, две ноги, голову, только кожа его была покрыта черной поблескивающей чешуей, а на голове вообще не было волос. Нос с двумя небольшими ноздрями был небольшой, вместо губ — тонкая, но длинная полоска, которая в какой-то момент раздвинулась в стороны в некотором подобии улыбки-оскала, показав острые зубы.

«Монстр!» — подумал Фэргюс и сильно задрожал.

«Самый настоящий!» — злорадно ответило существо, мысленно гипнотизируя капитана своим самодовольным взглядом. — Положи руки на крышку и скажи: отдаюсь во власть Маашейю Рину!

Фэргюс напрягся, чувствуя, что эти слова станут его смертельным приговором.

Существо резко перестало скалиться и злобно зарычало.

«Говори сейчас же!!!» — обрушился на Фэргюса дикий мысленный вопль, и капитан закричал от ударившей в его голову боли. Несколько минут существо давило на него, заставляя стонать и вскрикивать, потом приказало снова, и Фэргюс сдался. Положил руки на саркофаг и дрожащим голосом произнес:

— Отдаюсь… во власть… Маашейю Рину…

Монстр торжествующе засмеялся, крышка саркофага резко открылась, выпуская ужасный кислотный смрад, а тело капитана замерло, окончательно скованное ментальной невидимой силой.

— Как ты быстро сдался, ничтожное существо, — презрительно бросил монстр, снова используя телепатический контакт. — А ведь я бессилен против чьей-то воли…

Фэргюс захрипел, понимая, что допустил свою самую большую в жизни ошибку, но было поздно. В одно мгновение освободившееся чудовище изменило форму тела, превратившись в полуэфирное существо, и с размаху вошло в тело капитана. Проблески дикого ужаса были последними следами личности Фэргюса Лурда, промелькнувшими в его стекленеющих глазах. Когда на ноги поднялось ухмыляющееся существо с лицом капитана, это уже был не человек…

— Да здравствует СААЛОН!!! — воскликнул очеловечившийся монстр. — Как давно я не был в этом мире…

***

Исида

Тоннели светились мягким голубоватым свечением также, как и пещеры. Руэль уверенно шел вперед, мы шли за ним и напряженно оглядывались.

Рядом с Руэлем я чувствовала себя очень спокойно. Он был потрясающе надежным. Но остальные, конечно, не доверяли ему так сильно, как я.

Иногда я вспоминала его разговор с ректором. Он очень волновал меня. Я бы хотела знать о Руэле все, что возможно, и даже немного обижалась на него, что он до сих пор мне ничего о себе не рассказал. Но нам еще нужно выбраться отсюда.

Странно, но в последнее время я начала остро чувствовать чужие эмоции. Например, Макс сейчас был зол. И злился он, похоже, на меня. Моника была огорчена и напугана, а ректор… на удивление, больше всего был наполнен неуемным любопытством.

Через три часа блужданий мои ноги начали подкашиваться от усталости, и приходилось до боли сжимать зубы, чтобы устоять. Однако вдруг неожиданно мы уперлись в необычайное препятствие.

Один из тоннелей привел нас к… металлической двери, умело встроенной в скалу. Руэль замер, прислушиваясь, а я еще долго хлопала ресницами, поражаясь несовместимости каменных пещер с этим высокотехнологичным творением из какого-то поблескивающего металла, напоминающего мне серебро.

— Отойдите на несколько шагов назад, — приказал Руэль, и мы все мгновенно подчинились. Никто и не думал своевольничать, потому что Руэля трудно было воспринимать, как прежнего молодого кадета. Даже невозможно. Он был кем-то весьма загадочным и сильным. Он был… пришельцем? Меня бросало в дрожь каждый раз при мысли об этом.

Когда мы отступили назад, Руэль осторожно приблизился к двери и прикоснулся к ней перебинтованными пальцами. Однако вдруг на его ладони перекинулись голубоватые росчерки молний, послышался треск, и ударной волной его отбросило прочь от дверей.