Лиза Смит - Одержимость

Анна рассмеялась, взглянула на сойку, и та улетела.

— Я поблагодарила, — объяснила она, — и сказала, что ей можно лететь. Теперь надо идти вперед, потому что обратную дорогу мы точно не найдем.

Выйдя из-за деревьев, Кейтлин почувствовала себя неловко.

Она шла к дому и думала: «Что, если они не хотят нас видеть? Что, если все это ошибка?»

— Ты кого-нибудь видишь? — шепотом спросил Льюис, когда они поравнялись с одной из надворных построек.

— Нет, — ответила Кейтлин и в ту же секунду увидела.

Сарай, а в сарае — женщина. Она ловко сгребала сено и навоз. Маленькая и хрупкая, она на удивление ловко орудовала огромными вилами. Женщина заметила Кейтлин, прекратила работать и молча посмотрела на нее.

У Кейтлин пересохло во рту, она не могла вымолвить ни слова. Тогда заговорил Роб.

— Мы пришли, — просто сказал он.

Женщина продолжала смотреть на ребят.

Глядя на ее тонкие черты лица, Кейт не могла определить, кто она, египтянка или азиатка. Глаза у женщины были раскосые, но при этом голубые, а кожа — цвета кофе с молоком. Черные волосы убраны в причудливую прическу с серебряными украшениями.

Вдруг женщина улыбнулась.

— Ну конечно! Мы давно вас ждем. Только я думала, что вас пятеро.

— Мы… захватили Лидию по пути, — сказал Роб. — Она наш друг, мы можем за нее поручиться. Но вы действительно нас знаете, мэм?

— Конечно, конечно! — В речи женщины отчетливо слышался незнакомый акцент… не такой, как у канадцев — Вы — дети, которых мы звали. А я — Миринианг. Мирин, если так проще. А теперь идите в дом знакомиться с остальными.

Кейтлин почувствовала огромное облегчение. Все будет хорошо. Поиски окончены.

— Да, вам всем надо пройти в дом, — повторила женщина, отряхивая ладони, потом посмотрела на Габриеля и добавила: — Всем, кроме него.

Глава 14

— Что? — не поняла Кейтлин.

— Что вы имеете в виду? Как это — кроме него? — переспросил Роб.

Миринианг повернулась к ним. Ее лицо, по-прежнему доброжелательное, вдруг показалось Кейт отстраненным и каким-то далеким. А глаза…

Такие глаза Кейтлин видела лишь однажды, когда мужчина с кожей цвета жженого сахара остановил ее в аэропорту. Тогда у нее возникло ощущение, что перед ней человек, переживший столетия. Тысячелетия. Столько лет, что даже при попытке представить этот срок у Кейт кругом пошла голова.

В глазах женщины тоже стояли тысячелетия.

— Кто вы? — выпалила Кейтлин.

Густые ресницы вуалью прикрыли загадочные синие глаза.

— Я уже говорила. Миринианг. — Вуаль поднялась: женщина, не моргая, смотрела на Кейтлин. — Одна из братства, — добавила она. — У нас не много правил, но это нарушать нельзя. Тот, кто лишил жизни человека, не может войти в дом.

Женщина перевела взгляд на Габриеля.

— Мне жаль.

Ярость захлестнула Кейтлин. Она почувствовала, что краснеет от злости. Но Роб ее опередил. Таким взбешенным Кейт его еще не видела.

— Вы не можете так поступить! Габриель не… Что, если это была самооборона? — сбивчиво спросил он.

— Мне жаль, — повторила Миринианг. — Я не могу изменить правила. Наш Путь это запрещает.

Она действительно сожалела, но не утратила спокойствия и, казалось, готова была весь вечер стоять и объяснять гостям здешние законы.

«Мягкая, но непреклонная, — как во сне подумала Кейтлин. — Совершенно несгибаемая».

— Какой такой путь? — спросил Льюис.

— Путь — наша философия, и она не делает исключения для убийц поневоле.

— Но вы же не выставите его, — возмущался Роб. — Вы же не…

— О нем позаботятся. За садом хижина, он может в ней остановиться. Просто он не может войти в дом.

Телепатическая сеть загудела от возмущения.

— Тогда и мы не можем войти, — категорично заявил Роб. — Без Габриеля мы никуда не пойдем!

Он говорил так убежденно, что Кейтлин вновь обрела дар речи.

— Роб прав, — сказала она. — Мы никуда не пойдем.

— Габриель — один из нас, — подтвердила Анна.

— Дурацкие у вас правила! — прибавил от себя Льюис.

Они стояли плечом к плечу и не собирались сдаваться. Все, кроме Лидии: она осталась чуть в стороне и с сомнением смотрела на Габриеля.

А Габриель отступил назад. Он улыбался, так же как улыбался недавно Робу.

— Идите, — разрешил он, обращаясь именно к Робу. — Вы должны туда пойти.

— Нет, мы этого не сделаем.

Теперь Роб стоял прямо перед Габриелем. Золото в синих сумерках — резкий контраст с бледным лицом и черными волосами Габриеля.

«Солнце и черная дыра, — подумала Кейтлин. — Вечные антагонисты. Только сейчас они сражаются друг за друга».

— Сделаете, — сказал Габриель. — Идите в дом и узнайте, что происходит. Я подожду. Мне все равно.

Ложь. Кейт явственно чувствовала ее по сети, но никто не заговорил об этом вслух. Миринианг ждала с терпением человека, не считающего минуты.

Роб медленно выдохнул.

— Хорошо, — наконец сказал он и недружелюбно посмотрел на Миринианг.

— Жди здесь, к тебе придут, — велела она Габриелю и пошла в дом.

Кейтлин двинулась следом, но каждый шаг давался ей с трудом, и она дважды оглядывалась на Габриеля. Один в сгущающихся сумерках, он, казалось, сделался ниже ростом.

Белый дом был построен из камня, внутри оказалось просторно и тихо, как в храме. Даже пол был каменный. Возможно, когда-то этот дом действительно служил храмом.

Но мебель на глаза Кейтлин попадалась исключительно простая: резные деревянные скамьи и стулья, похоже, колониальной эпохи. В одной из комнат Кейт мельком увидела ткацкий станок.

— Сколько лет этому дому? — спросила она у Миринианг.

— Дом старый. И построен на руинах еще более старого. Но мы поговорим об этом позже, а сейчас вы устали и проголодались. Проходите, я принесу вам что-нибудь поесть.

Миринианг проводила ребят в комнату с огромным камином и столом из кедра. Кейтлин присела на скамью у стола. Ей было неспокойно, она чувствовала себя обиженной и… обманутой.

Когда Миринианг вернулась с тяжелым деревянным подносом, настроение Кейт не изменилось. Следом за Миринианг вошла девушка, тоже с подносом.

— Это Тэмсин, — представила Миринианг.

Девушка была очень милая, с кудрявыми золотистыми волосами и греческим профилем. Казалось, в ней гармонично сочетаются черты разных рас, как у Миринианг и у того мужчины из аэропорта.

«Они не такие, как я ожидала», — пожаловалась Робу Кейтлин.

И дело не в том, что они выглядели обычно. Несмотря на простой уклад жизни, они были очень даже необычными. В них чувствовалось что-то не от мира сего: в том, как они держались, как смотрели. Даже молоденькая Тэмсин казалась старше гигантских деревьев возле дома.