Лиза Смит - Тьма наступает

— Не прикидывайся, Мэтт. Ты разревелся, как маленький ребенок. Я тоже, — сказала Елена. — И Бонни с Мередит, когда я им позвонила. Так что получается, что я плачу весь день, и в этой ситуации мне надо сниматься с места в карьер, чтобы успеть все приготовить для пикника. Мередит собирается за тобой заехать. Принеси какое-нибудь питье или еду. Целую.

Елена положила телефон. Она тяжело дышала.

— Вот это было действительно трудно.

— Он все еще тебя любит.

— Он предпочел бы, чтобы я все жизнь оставалась маленькой девочкой.

— Может быть, ему нравится, как ты говорила «привет» и «до свидания».

— Теперь ты меня дразнишь, — ее подбородок задрожал.

 Боже меня упаси, — мягко сказал Стефан. — Пошли, надо купить все для пикника — и еще купить машину — он схватил ее за руку и потянул вверх.

К удивлению их обоих, Елена взмыла в воздух так быстро, что Стефану пришлось схватить ее за талию, чтобы она не врезалась в потолок.

— А мне казалось, что теперь на тебя действует сила притяжения!

— Мне тоже! И что теперь делать?

— Подумай о чем-нибудь приземленном!

— А если не поможет?

— Купим тебе якорь!

В два часа Стефан и Елена подкатили на городское кладбище на новеньком красном «ягуаре». На Елене были черные очки и платок, скрывающий волосы, нижняя часть лица пряталась под шарфом, а руки — под черными кружевными перчатками, которые миссис Флауэрс носила в молодости и теперь одолжила девушке.

Елена и сама не могла сказать, зачем ей понадобилось скрывать руки. Завершали картину сиреневое сари и джинсы — так что зрелище, по выражению Мередит, получилось что надо. Они с Бонни успели расстелить скатерть, и муравьи уже начали пробовать на вкус бутерброды, виноград и низкокалорийный салат из пасты.

Елена подробно рассказала, как проснулась нынче утром, и за рассказом последовало столько объятий, поцелуев и слез, что парни уже не могли этого вынести.

— Не хочешь осмотреть лес? Проверить, не ошиваются ли где-нибудь поблизости эти малахи? — спросил Мэтт у Стефана.

— Хорошо бы их тут не было, — сказал Стефан. — Если окажется, что деревья на таком большом расстоянии от того места, где с вами случилась авария, тоже заражены...

— Значит, дело плохо?

— Не то слово.

Они уже собрались отправиться, как их позвала Елена.

— Ну перестаньте строить из себя настоящих мужиков, которые выше всего этого, — сказала она. — Вам вредно подавлять свои эмоции. Научитесь выражать их — будете более уравновешенными.

— Слушай, а ты круче, чем я думал, — сказал Стефан. — Устроить пикник на кладбище...

— Мы постоянно натыкались на Елену здесь, — сказала Бонни, показав палочкой сельдерея на надгробный камень.

— Это усыпальница моих родителей, — просто сказала Елена. — После аварии... здесь я всегда чувствовала себя ближе к ним, чем где-либо. Я приходила сюда всякий раз, когда у меня случалось что-то плохое или мне нужно было получить ответ на вопрос.

— Нy и как, ты получала какие-нибудь ответы? — просил Мэтт, доставая из стеклянной банки домашний маринованный огурец и передавая банку дальше.

— Даже сейчас не могу сказать точно, — ответила Елена. Она сняла темные очки, шарф, платок и перчатки. — Но мне всегда легчало. А к чему ты спросил? У тебя есть вопрос?

— Кхм. Да, — сказал Мэтт. А потом зарделся, неожиданно почувствовав себя в центре внимания. Бонни перекатилась, чтобы лучше его видеть, держа в зубах веточку сельдерея, Мередит приподнялась, лежавшая Елена села. Стефан, с непринужденной грацией вампира стоявший, прислонившись к изысканному надгробному камню, присел.

— В чем дело, Мэтт?

— Я как раз собиралась сказать, что ты сегодня какой-то не такой, — беспокойно сказала Бонни.

— Вот за это — большое спасибо, — огрызнулся Мэтт.

В карих глазах Бонни заблестели слезы.

— Я не хотела сказать...

Ей не удалось закончить. Мередит и Елена пришли к ней на помощь и встали по обеим сторонам от нее. У них это называлось «Клуб динозаврих». Любой, кто попытается обидеть одну из них, должен будет иметь дело со всеми тремя.

— Вся вежливость куда-то подевалась? Мало похоже на Мэтта, которого я знаю, — сказала Мередит, приподняв бровь.

— Она же просто беспокоится о тебе, — ровным голосом сказала Елена. — А ты говоришь, черт знает что.

— Вы правы, правы! Бонни, я от души прошу прощения, — Мэтт повернулся к девушке, и было видно, что ему стыдно. — Я сказал гадость, и я понимаю, что ты заботилась обо мне. Просто... я сейчас как-то плохо соображаю. Так я не понял, кто-нибудь хочет меня послушать, — закончил он с раздраженным видом, — или нет?

Все хотели.

— Так вот. Сегодня утром я зашел к Джиму Брюсу — помните такого?

— Конечно. Я как-то ходила с ним на свидание. Капитан баскетбольной команды. Милый мальчик. Немножко слишком юный, но... — Мередит пожала плечами.

— Он хороший, — Мэтт сглотнул. — Тут такое дело... не хочу сплетничать и так далее, но...

— Сплетничай, — потребовали три девушки разом, как хор в древнегреческой трагедии.

Мэтт смутился.

— Ладно. Кхм. Мы договаривались, что я зайду в десять, но я оказался там чуть раньше и... и там была Кэролайн. Она уходила.

Последовали три коротких вздоха удивления и острый взгляд Стефана.

— То есть, по-твоему, она провела с ним ночь?

— Стефан! — начала Бонни. — Сплетни рассказывают не так. Нельзя вот так прямо говорить то, что ты думаешь...

— Нет, — ровным голосом сказала Елена. — Пусть Мэтт ответит. Я помню достаточно много из той поры, когда не умела разговаривать, чтобы беспокоиться за Кэролайн.

— Беспокоиться — слишком мягко сказано, — добавил Стефан.

Мередит кивнула:

— Это не сплетня, а важная информация, — сказала она.

— Тогда ладно, — Мэтт сглотнул. — Ну да, мне так показалось. Он сказал, что она пришла с утра к его младшей сестре, но ведь Тамре всего пятнадцать лет. И еще — когда он это сказал, то покраснел.

Все серьезно переглянулись.

— Кэролайн всегда была, так сказать, неразборчивой... — начала Бонни.

— Но я никогда не слышала, чтобы она удостоила Джима хотя бы взглядом, — закончила Мередит.

Они вопросительно посмотрели на Елену. Елена медленно покачала головой.

— Не могу представить ни одной причины, по которой ей понадобилось бы заходить к Тамре. И, кроме того, — она вскинула голову и посмотрела на Мэтта, — ты чего-то недоговариваешь. Что там еще случилось?

— Это еще не все? Кэролайн показала тебе свои трусики? — Бонни рассмеялась, но взглянула на красное лицо Мэтта и осеклась. — Да ладно тебе. Это же мы. Нам можно рассказывать все.