Я спасу тебя, или Десять нелепых смертей Эйрин Миттар - Марина Николаевна Александрова
Тяжело вздохнув, я провела рукой по лицу окончательно прогоняя невесёлые мысли.
Схватив с прикроватной тумбочки свои карманные часы, я тут же посмотрела который час. Шустрые стрелки показывали пять сорок два утра. Я не знала во сколько встал этим утром Терон, но лёг точно после двух часов ночи. За три дня проживания в новом доме я поняла, что мой работодатель сова, а вместе с ним теперь и я. Я считала правильным отслеживать его пока он не уснёт и на пределе своих сил вслушивалась в происходящее за стеной пока его сердечный ритм не становился размеренным и не исчезали всякого рода посторонние шебаршения. К своему стыду, была вынуждена признать, что его методичное сердечное «па-бам» усыпляло меня с такой силой, словно меня кто-то прикладывал дубинкой по голове и просыпалась я лишь когда Терон включал воду в своей ванной.
Сейчас же за стеной царила приятная сердцу тишина и монотонное «па-бам» обещало сладкий сон и буквально умоляло плюнуть на всё и поспать ещё хоть минуточку.
— Ну, уж нет, — решительно откинув деяло, я тут же поднялась, но на миг растерялась.
Что предпринять? Где именно был яд?
Нахмурившись, постаралась отстраниться от всего происходящего вокруг и пролистала перед мысленным взором каждое действие Терона в то утро. Его раздражающие реплики, наш совместный поход в столовую, ел ли он что-то? Нет, только остервенело напиливал еду на мелкие кусочки. Значит это всё-таки что-то, что он нанёс на кожу!
Я споро открыла прикроватную тумбочку и достала свой ключ от балконной двери Терона. Эта во всех смыслах полезная вещь была выдана мне при условии использования «в экстренных случаях».
— Я не люблю, когда посторонние заходят в мои комнаты. Используйте только в случае крайней необходимости, — кривляясь и стараясь изобразить самый надменный вид на свете беззвучно бормотала я, направляясь к выходу на балкон.
— Потерпишь, — буркнула я, решительно отпирая балконную дверь.
Слава всем богам петли в поместье Аскарда смазывались вовремя и дверь в покои хозяина поместья отворилась без проблем и лишних звуков. Босыми ногами я бесшумно двигалась в сторону спящего оборотня. Судя по дыханию Терн спал как младениц, но стоило мне пройти мимо него, как он начал нервно принюхиваться.
Подошла поближе и силой надавила на точки на шее, слегка его придушив.
— Спи, котик, а то с твоим везением с тебя станется от разрыва сердца умереть от моего незапланированного вторжения, — прошептала я, слегка похлопав работодателя по щеке.
«И, все же, он такой красавчик», с умилением посмотрела я на жертву своего произвола, который похоже потерял сознание во сне.
Интересно, так бывает? Или все же сон стал глубже?
Войдя в ванную комнату Терона первым делом, я как следует обнюхала каждый сантиметр пространства считывая запахи и пытаясь их уложить в голове. Открыла ящик, где барс хранил банные принадлежности. Всюду улавливался чуть едва заметный цветочный аромат. Ноты почти распались и улавливались с трудом, но запах очень был похож на женские духи. Знакомые, но почти выветрившиеся и с трудом опознаваемые. Возможно, так пахла горничная? Решив подумать об этом чуть позже, я занялась содержимым ящика.
Я помнила каждый запах на коже Терона. Потому помимо лосьона после бритья прихватила и зубную пасту со щёткой, засунув в карман пижамы. Бросив придирчивый взгляд на содержание ящика, решила, что риск не оправдан, сняла с крючка полотенце и выгребла вообще всё, завернув в своеобразный тюк.
Таким же образом вернулась в свою комнату, бросила тюк с вещами на кровать и поспешила вниз по тайному ходу в свою комнату на втором этаже, потом точно так же споро до комнаты Малкольма. Обнести ванну секретаря и раздобыть все необходимые предметы личной гигиены оказалось проще простого. Судя по тому, что от секретаря порой пахло схожими средствами гигиены, кто-то фанател от своего босса и пытался подражать ему хотя бы в похожих ароматах. Точно также вытащив всё содержимое ящика секретаря, я направилась в обратный путь. Малкольм человек и почувствовать моего проникновения он не мог. А, вот лишних вопросов, откуда мне известно, что в лосьоне яд (и я ещё точно не знала там ли) хотелось бы избежать.
Наведя порядок в шкафчике барса, я понадеялась, что Терон не очень хорошо помнит какого цвета у него зубная щётка. Подумав немного щётку Малкольма, решила всё же не оставлять. Не хорошо всё же…
В четвёртый раз за последние двадцать минут выйдя на балкон, я, не скрывая облегчения, перевела дух и сделала глубокий вдох. Утренний ветер, наполненный ароматами осеннего леса, прелой листвы, хвои и дома хлестнул в лицо… Стоп! Дома⁈
Хищно прищурившись, я на четвереньках добралась до ограждения и отчаянно молясь, чтобы мне показалось, всмотрелась вдаль. Туда, где в ярких красках осеннего рассвета, у самой границы огражденного от любого вторжения участка, среди еловых лап мелькали две до безобразия знакомые обнаженные попы!
— Вот же, мелкие паразиты, — прошипела я себе под нос, наблюдая как два моих абсолютно голеньких братца роются в рюкзаке извлекая настоящие маскировочные плащи! Дорогущие артефакты, который способны искажать пространство и вписывать в него укрываемый объект.
Такие вещи не были редкостью в моей семье, потому как с завидной регулярностью перед тем, как уйти со службы мои предки теряли их и ещё кучу всякого разного во время боевых вылазок. Конечно же, государственное имущество с успехом «находилось» в наших кладовых, где и обретало постоянное место хранения.
Мелкие были на приличном расстоянии и разглядеть их практически невозможно, если бы нее мои очки, в которых я могла бы и муху засечь на другом конце поля, что уж говорить о двух мальчиках.
Пока я судорожно размышляла, какой бездны тут вообще происходит, двое оболтусов натянули маскировочные плащи, сверху напялили рюкзаки и поползли по направлению к дому.
— Идиоты, — выдохнула я, наблюдая, как их поклажа будто бы зависнув в воздухе плывёт в сторону особняка.
Должно быть, кто-то из них смекнул, что что-то не так и рюкзаки сперва замерли, а потом как-то суетливо поскакали до ближайшего кустарника.
Закрыв ладонями очки, я могла лишь бестолково спрашивать у всевышнего:
— За что⁈
Ответа, разумеется, не последовало, пришлось ползти в сторону своей комнаты, быстро переодеваться в спортивный костюм, наносить духи и бежать на перехват юным
