А если второй шанс, чтобы пожить счастливо? - Людмила Вовченко

все прочие звуки, будто пытаясь заявить: здесь я — первое и последнее слово.

Виктор стоял у обрыва. Под ногами — трава, колючая и крепкая, пробивавшаяся сквозь камень, будто напоминая: даже здесь, где ветры сдирают кожу, можно вырасти, если не бояться.

— Хм. Красиво, — заметил Тулг, оглядываясь. — И пахнет, как… как рыба, которая ещё не умерла. Это комплимент.

Виктор усмехнулся.Рядом Сапфира развалилась на тёплом камне, обнажив живот. Её шерсть была густой и немного лоснилась — в ней уже явно угадывались признаки беременности. Она не ходила на дальние вылазки, больше дремала, ворчала и ловила обитателей окрестных кустов для разминки.

— Ты собираешься сказать, что это наш будущий дом? — лениво промурлыкала она, прикрывая глаза.

— Я собираюсь сказать, что это будет стартовая площадка. — Виктор указал рукой вниз, к заливу. — Вон там гномы предложили выкупить участок. Старая деревня, заброшена лет двадцать. Вода рядом, лес, скалы, руины, даже остатки медной шахты. Удивительно, что ратуша ещё не оттяпала её для какого-нибудь клана.

— Наверное, потому что там призраки. — вмешался Тулг с довольной физиономией. — Ну или что-то ползучее. Но это ерунда. Главное — земля плодородная, камень хороший. Я уже говорил с кузнецом из моей родни, он приедет глянуть. Если подойдёт — поселится.

— И ты хочешь, чтобы я взял на себя всю бумажную волокиту? — фыркнула Сапфира. — Я, конечно, прекрасна, но не чиновница.

— Нет, это сделает Макар. Он, между прочим, уже изучает магию под моим началом. Пора приучать его к административному аду. Это тоже искусство.

Сапфира только закатила глаза.

---

В ратуше городка у моря было, как обычно, шумно, пахло пергаментом, потом, металлом и чьими-то амбициями. Виктор уже успел выучить: в любом городе магов и бюрократов первым делом надо уметь улыбаться, а вторым — пугать.

— Вы хотите купить целую деревню? — переспросил писарь, прищурившись.

— Заброшенную, — поправил Виктор. — У меня есть документ от последних владельцев — семьи гномов. А вот и подписи. И подтверждение наличия золотых.

На стол легла аккуратная связка чеканных слитков. Настоящих. Новых.

Писарь сглотнул. Соседка его — женщина в очках с хищным лицом — поправила очки и промурлыкала:

— Мы, конечно, должны провести аудит… осмотр… инспекцию…

— Естественно, — согласился Виктор. — С моими орками, магом и беременной кошкой.

Женщина сморгнула.Молчание продлилось ровно три секунды.

— Я запишу вас на завтра, — сказала она сладко. — Прямо с утра. Земля у скал… Хм. Вы же знаете, что там раньше были медные штольни?

— Знаю. И именно поэтому я её покупаю.

---

Пока бумаги подписывались и магическая печать томно светилась синим, Тулг устроил встречу с ещё двумя семьями орков — его бывшими побратимами, а теперь — потенциальными жителями новой земли.

Они пришли с детьми. С мечами. С надеждой.

— Ты думаешь, я потащу жену и детёнышей в какую-то дыру? — проворчал один, угрюмо разглядывая план на пергаменте. — У меня два кузнеца и одна травница. Если будут условия — мы с вами.

Виктор хлопнул по столу:

— Будут. Не сразу. Но будут. Землю вы получите в долю, будете строиться, обеспечим едой и защитой. С нас артефакты, безопасность и общая цель. Не хотите — не надо. Хотите — сразу идём и подписываем.

— …Он мне нравится, — буркнул орк, — прямой. Как мой топор. Ладно. Мы с вами.

---

На третий день он уже стоял среди остатков деревни. Уцелевшие дома — скелеты. Один колодец, полуразрушенная баня, и в одном из домов даже был гоблин — упрямый, с вилами, объявивший себя "временным смотрителем".

— Ты теперь уволен, — сказал Виктор, вручая ему монету. — И нанят. Будешь сторожем. С жильём. С едой. Если не сбежишь — станешь старостой.

Гоблин моргнул, схватил монету и с достоинством влез обратно в свою нору. Через пару часов уже строил забор из старых дверей.

---

К вечеру Сапфира сидела на обломке колонны и внимательно рассматривала ржавое кольцо с символом — круг, пронзённый молнией.

— Нашла в подвале. Был тайник. Артефакт древнего рода строителей, если верить надписи. Видишь резьбу? Магия земли и крепости. Может, это и есть твой "строительный артефакт".

Виктор взял кольцо.Магия внутри ощущалась как спящий зверь. Сила. Камень. Укоренение.

Он сжал его в ладони.

— Значит, мы точно на верном пути.

---

Ночью он стоял у костра, глядя на догорающее пламя.

Позади — гномы разметили место под кузню. Орки начали рыть рвы. Макар чертил защитные глифы на земле, тренируясь. А Сапфира, зевнув, подтянулась и шепнула:

— Ну что, командир… Скоро поедем за ней?

Он кивнул. И глядя в темноту, почти неслышно произнёс:

— Подожди. Я иду.

Глава 66.

Глава 66.

Вылазка ради золота, стеклянного фарша и древнего кольца

— Знаешь, — протянул Тулг, подтягивая кожаный ремень, — никогда не думал, что стану охотиться на гиппопотамуса. Да ещё ради стеклянного фарша.

— А зря, — хмыкнул Виктор. — Это отличный бизнес. Стеклянное мясо — лучшее средство против бронированного брюха. Он же всё жрёт подряд. Главное — не спешить, дать проглотить. А потом ждать, пока он откинет копыта. Ну, или лапы. Или что там у него.

— У него… много, — вставила Сапфира с тяжёлым вдохом, — и я не иду. Хватит с меня. Я, между прочим, скоро рожу. Моя туша официально в декрете. А вы там, командир, с орками, пусть себе стеклом и фаршируете кого хотите.

Она отвернулась и продолжила вылизывать бок, явно довольная своим статусом. В глазах — хитрая искорка. На её животе уже слегка подрагивала округлость, и никто в лагере не спорил с тем, что она теперь «главная».

---

Маршрут был не из лёгких. Ушли до рассвета — Виктор, Тулг, трое орков (Хорн, Басса и мелкий Рогг), да ещё и Макар — теперь уже в магическом плаще, который сам себе зачаровал на «невидимость» (но на деле он просто начинал светиться зелёным при любой попытке скрыться).

— Макар, ты светишься, — устало заметил Виктор.

— Это иллюзия! — шепнул тот и попытался свернуться в куст.Куст заорал голосом воробья и распался.

— Иллюзия, говоришь? — хмыкнул Тулг. — Ну-ну, давай, тренируйся, маг ты наш. Только гиппопотамуса не испугай. Мы ведь его подкармливать собираемся.

---

В локации «Пепельные трясины» воздух был густой, как