Мой инфантильный супруг - Анна Денира

хотел меня убить. Когда я услышала позади себя шипение, но грубого толчка мне в спину не последовало, я задумалась над тем, что, быть может, это Родреш, решивший встретиться со мной таким неординарным способом, а потому попыталась не убежать, а хотя бы повернуться к лицу напавшего. Родреш, черт тебя подери, если это ты, а думается мне, что это ты, я тебе фингалы понаставлю. Я баба сильная, отпор дам, просто теперь на харю эту внезапную посмотреть уж больно хочу. Дверь закрылась. Стало темно.

Меня грубо кинули в сено, и я уже думала о том, куда буду бить ногой. Точнее, я уже знала куда бить. Вот только из-за темноты и бесшумности похитителя не ударила вовремя, оказавшись прижатой телом к сену.

Мое лицо начали покрывать поцелуи. Холодные руки забрались под платье, пока я все-время отпихивала извращенца руками и ногами. Когда же он начал разрывать платье на груди, приближаясь к губам, я резко двинула вперед головой. Послышался хруст. В фонарике на стене зажегся тусклый огонек.

Я так и замерла: в разорванном платье, на приподнятых локтях, с широко раскрытыми глазами, словно только что получила сотрясение головы. Надо мной, небрежно вытирая выступающую из носа кровь, нависал…

— Л…Лои?

Его волнистые волосы заметно отросли и теперь свисали мне на грудь. Безумный взгляд сиреневых глаз бродил по моему лицу. И только сейчас я поняла, что от брачной метки по телу разливается тепло.

— Лои… — зачем-то повторила я, касаясь пальцами его щеки. Он выглядел подобно дикому зверю, что давным-давно взрос в человеческом доме. Смотрел на меня жадно, страстно, его руки по бокам от меня начали дрожать.

— Лои, — я обняла его голову и притянула к себе. Он послушно рухнул, сильнее придавив меня к сену. — Лои, — его имя приносило легкость. Радость. Я вновь и вновь повторяла его, крепко прижимая муженька к себе. Как же хорошо. И какая к черту разница — безумен ли он или нет — вот он, рядом со мной, пылко дышит в шею, обнимая за талию. Я люблю его. Так сильно, что более не хочу отпускать ни на минуту.

Когда он вновь поднялся на руках, посмотрев мне в лицо, я не удержала улыбку. Теперь на меня смотрел мой добрый и наивный Лои. И прежде, чем я успела задать главный вопрос, он наклонился и нежно меня поцеловал. Нежно, со вздохом какого-то облегчения, что затем перерос в напор и страсть. Языки сплелись, как и пальцы, как и тела. Наверное, никогда прежде простые поцелуи, касающиеся моих ключиц и грудей с острыми не то от холода, не то от возбуждения сосками, не приносили мне столько удовольствия, от которого я расщедрилась на стоны. Сейчас он был напористым, как никогда. Входил внутрь резко и даже грубо, впиваясь пальцами в мои бедра. Тяжело дышал, но вновь и вновь, сбивая дыхание, целовал мои губы, проводя языком по скулам и мочкам ушей. Я гладила его по волосам, прижимала его тело к себе ногами и руками, слышала смачные звуки соприкасающихся тел и не сдерживала, выходящую страсть. Я хотела еще. Он хотел больше. Блуждал руками по телу, задерживаясь то на сосках, то на бедрах, то на ягодицах. Кончал внутрь раз за разом, тихо постанывая мне в губы. Не вынимая из меня члена, рухнул рядом на сено, повернув к себе мое тело и продолжив быстро двигать бедрами. Не думала, что от смены позы ощущения иными будут. Я вздрогнула так, словно это был мой первый раз, и инстинктивно подалась назад, но Лои притянул меня к себе, поэтому я прикусила его за плечо, чтобы не раскричаться от очередного нахлынувшего возбуждения.

— Я больше не могу…Не могу без тебя, — его голос был хриплым и отчего-то убаюкивающим. — Думал, ты будешь в безопасности, но…Я больше не уйду.

— Обещаешь?

— Клянусь.

Глава 21

— Лоинел! Выглядишь так себе!

— Не называй меня так…

— Да это же твое настоящее имя, разве нет?

— В том-то и дело. Из твоих уст оно звучит отвратительно.

Я смотрела то на светящегося радостью Родреша, то на хмурого беспристрастного Лои, что, засунув руки в карманы брюк, подпирал стенку рядом со стулом, на котором сидела я.

— Ты в обиде на меня за ту гадалку?

— Делать мне больше нечего.

— Ну и прекрасно! Тогда можешь отдать мне кольцо?

— Ты поганый хитрожопый наследник. Его ты явно не заслуживаешь.

— Ладно-ладно, — глаза Чеана окружили многочисленные морщины. Он улыбался. — Отдай ему это кольцо, ситуация у нас экстренная.

— Ситуация не экстренная. Если бы ты не запретил, я бы давно перерезал всем рыцарям глотки.

— Верю. Но зачем нам конфликт с людской столицей?

— Потому что они сами виноваты в содеянном. Шаркану ли не знать. Из-за поступка его братьев погибли сотни людей. Ему бы тоже было бы неплохо всадить лезвие в трахею…

— Лои, — я мягко коснулась руки мужа. Непривычно было видеть его таким, но меня переполняла радость от того, что теперь он просто рядом. Услышав свое имя, Лои тут же смягчился и ласково мне улыбнулся, как при нашей первой встрече. Думаю, теперь мне долго придется привыкать к этим перепадам. Но, если таким образом он балансирует, находясь вне безумия, то я постараюсь принять это как можно скорее. — Если Родреш получит кольцо, он встанет на первый уровень и в его власти будет доказать вину брата Шаркана. Это избавит нас от преследования рыцарей. И…И мы сможем жить, как раньше.

Его глаза широко распахнулись. Из мрачного наемника он мгновенно превратился в ходячий лучик солнца со счастливой и милой улыбкой. Лоинел коснулся моих волос и прижался своей щекой к моей макушке.

— Ну, так, как прежде, точно не будет, — Чеан виновато погладил затылок через темную ткань, — ведь за ним не только рыцари идут, и уйдет время на то, чтобы уладить некоторые дела тем или…иным путем. Вы понимаете, о чем я. И до тех пор, вам будет лучше оставаться в Арбе.

Я заметила напряженный взгляд Лоинела на себе. Ведь и правда, я не раз говорила ему, что никогда не променяю луга и руки, на пустошь и жару. Но впервые, должно быть, я ставила чьи-то приоритеты выше своих. Как сказал Чеан, я являюсь той, ради кого Лои держит свой рассудок на